Страсть к игре - Сильвия Дэй

Глаза Митчелла широко распахнулись.

– Да, я знаю, кто ты, хотя мне и сказали, что ты тогда погиб. – Саймон поднял стакан и опрокинул внутрь его содержимое. В животе стало тепло, на лице появилась улыбка. – Таким образом, ты намерен работать у нее в качестве прислуги, страдая по ней на расстоянии? Или, возможно, надеешься кувыркаться с ней в стогу сена как можно чаще, пока вы не поженитесь или она не забеременеет от тебя?

Саймон выпрямился и поставил стакан, готовый к ожидаемому ответу, но такого ответа, какой дал ему Колин, Саймон не мог даже предположить. Митчелл набросился на него и сбил с ног. Они с парнишкой покатились, сцепившись в схватке, свалив на пол столик и разбив стоявшие на нем фарфоровые статуэтки.

Саймону потребовалось несколько мгновений, чтобы взять верх. Все могло бы завершиться гораздо быстрее, если бы он не старался не причинить парню особого вреда.

– Прекрати, – приказал Саймой, – и слушай меня. – Он больше не растягивал слова, его тон был теперь смертельно серьезный.

Митчелл затих, хотя на лице еще не остыли следы ярости.

– Не смейте так говорить об Амелии!

Поднявшись, Саймон протянул юноше руку, чтобы помочь ему встать на ноги.

– Я всего лишь указываю на очевидные вещи. У тебя нет ничего. Тебе нечего ей предложить, не на что содержать ее, нет дворянского титула, чтобы соответствовать ее положению.

Стиснутые челюсти юноши и сжатые кулаки выдавали всю его ненависть к очевидной истине.

– Я все об этом знаю.

– Ладно. Тогда… – Саймон отряхнул костюм и снова занял свое место за письменным столом. – Что, если я помогу тебе обрести все то, что сделает тебя достойным, стоящим человеком, – деньги, приличный дом, возможно, даже титул какой-нибудь заморской страны, который соответствовал бы твоему физическому облику, чертам лица, которые ты унаследовал?

Митчелл замер, в прищуренных глазах появился жадный интерес:

– Как это?

– Я занимаюсь определенного рода… операциями, которых молодой человек с твоим потенциалом мог бы пригодиться. Я слышал о твоей отчаянной, едва не удавшейся попытке спасения мисс Бенбридж. После соответствующей подготовки ты мог бы стать настоящим приобретением для меня. – Саймон улыбнулся. – Никому другому я не сделал бы подобного предложения. Считай, что тебе повезло.

– И все же почему я? – подозрительно спросил Митчелл не без некоторого ехидства в голосе. В нем чувствовался определенный цинизм, что, по мнению Саймона, было весьма ценно. Обычный зеленый юнец не годился для выполнения стоявших перед ним задач. – Вы же не знаете ни меня самого, ни на что я способен.

Саймон твердо выдержал его пристальный взгляд.

– Я хорошо знаю, на что готов пойти человек ради женщины, которую он любит.

– Я люблю ее.

– Согласен. И я полагаю, что не пожалеешь никаких усилий, будешь добиваться ее, чего бы это ни стоило. А мне требуется именно такой одержимый и самоотверженный помощник. А я, в свою очередь, позабочусь, чтобы ты стал состоятельным человеком.

– На это уйдут годы. – Митчелл пригладил непослушные волосы. – Я не уверен, смогу ли перенести это.

– Дай себе время, чтобы достичь зрелости. Дай Амелии увидеть то, чего ей недоставало все эти годы. И тогда, если она все же станет твоей, ты будешь знать, что это будет решение, принятое женским сердцем, а не детской прихотью.

Некоторое время молодой человек пребывал в нерешительности, его неуверенность казалась осязаемой.

– Попробуй, – убеждал его Саймон. – В конце концов, что ты теряешь?

Наконец Митчелл с тяжелым вздохом опустился в кресло напротив стола.

– Я слушаю.

– Отлично! – Саймон откинулся в кресле, – Значит, вот мои соображения…