Искренне - Ава Рид

Джун идет позади меня, прикрывая мне спину, пока я пробираюсь сквозь толпу и направляюсь к бару.

– Энди! Мы скучали по тебе. Ты снова в форме?

Мэйсон, по-видимому, сказал Джеку и остальным, что я болела. Мило с его стороны, даже если это не совсем правда.

– Я тоже. Да, мне уже намного лучше. Вы видели Мэйсона или Купера?

Он улыбается и указывает мне за спину на второй бар.

– Они оба там. Мэйс все время при нем. Что-то случилось?

Я не вдаюсь в подробности.

– Спасибо!

Затем я хватаю Джун за руку и пробираюсь к маленькому бару сбоку.

И когда я вижу Купера, то знаю, что вернуться было верным решением. Что бы ни последовало за этим дальше.

Я слышу, как мне шепчет голос моей матери: «Розы не бывают без шипов, Энди». И она права…

Мэйсон давно уже заметил нас. Джун идет к нему, а я подхожу к бару и Куперу. Через мгновение он тоже замечает, что я здесь, и застывает с коробкой бутылок воды в руках. Я хотела бы улыбаться или весело смотреть на него, но я тоже не могу пошевелиться. Я просто отвечаю на его взгляд, изучая каждый контур и линию его лица, и чувствую, как мое сердце начинает биться в ритм с басом играющей на танцполе музыки. Я стою, окутанная волнением, и призываю себя быть смелой. Чтобы хоть в один этот раз собраться с силами и сказать именно то, что я хочу. И сделать это в подходящий момент.

Поэтому я обхожу стойку, улыбаюсь Мэйсону и направляюсь к Куперу, который убирает коробку и вытирает руки насухо о полотенце. На этот раз он не может сбежать. И я тоже. Я не позволю этого на сей раз.

У меня пересыхает во рту и урчит в животе, пока я подхожу все ближе, нашептывая своему сердцу, что ему не нужно бояться. Я смогу склеить его заново, если оно разобьется. Хотя, конечно, я надеюсь, что этого не случится.

– Это, – твердо начинаю я, – я должна была надеть для тебя. Для нашего свидания. – Мне приходится говорить громко, чтобы перекричать музыку, но я понимаю, что Купер слышит каждое слово. На мне сегодня те вещи, которые я купила в свой день рождения. Джун постирала их, пока меня не было, потому что они остались тогда валяться мокрыми в ванной. Мои волосы спадают кудрями на плечи. – Я должна была сказать тебе то, что собираюсь сказать сейчас, еще намного раньше, и… – Мои пальцы перебирают ткань платья. – Я могла бы сделать это по-другому, лучше. Надо было быть смелее и признать, что ты мне нравишься, что мне трудно не думать о тебе или не удивляться тому, что происходит внутри тебя. Я не хочу избегать тебя и тем более не хочу, чтобы это делал ты. Мне нравится то, что происходит между нами – эти переживания, неизведанные возможности, препятствия и мосты, которые нас соединяют. Я хочу этих ошибок. – Я делаю паузу. – Да, я могла бы сделать это лучше… Но теперь я могу только попытаться сделать это как надо.

Я делаю еще один шаг вперед, за ним еще один – и, больше не думая об этом ни секунды, я кладу руки, холодные от волнения, на его щеки и приподнимаюсь на цыпочки, чтобы поцеловать его. Кратко, мимолетно. Оставляя ему шанс отстраниться от меня. Сказать «нет».

Но он этого не делает, поэтому я только сильнее прижимаюсь губами к его губам и вкладываю в этот поцелуй все те слова, которые не могу высказать, и все чувства, которые не могу объяснить. Мое напряжение, мои заботы, мою привязанность к нему, а также боль. Потому что говорить, что мне не было больно, было бы ложью.

Тут он притягивает меня ближе и отвечает на поцелуй, в котором я хочу потеряться. И когда наши губы размыкаются и мы чувствуем дыхание друг друга, мои ноги становятся мягкими, как масло, мои пальцы стекают по его плечам и рукам, и я беру его ладони в свои.

– Если я должна уйти, потому что ты этого не хочешь, потому что ты не чувствуешь так же, как я, то это нормально, я пойму это. Но никогда больше не отталкивай меня, потому что ты думаешь, что так будет лучше для меня или что ты не сможешь защитить меня. Не отнимай у меня это решение. Пожалуйста, не отнимай. – Я умолкаю, но затем мои губы снова раздвигаются, и я шепчу: – Я влюблена в тебя, Лэйн.

Он шокировано смотрит на меня, я вижу, как бьется жилка у него под кожей на шее и расширяются зрачки.

Я ясно вижу, как он борется с собой, сражается в битве, в которой ему не нужно сражаться. Не из-за меня или, во всяком случае, не в одиночку. Однако это то, чего я, в свою очередь, не могу отнять у него. Я знаю, что мы едва знакомы и нам предстоит многое выучить. Особенно друг о друге. Но я хочу этого. Я хочу использовать этот шанс.

Пожалуйста, – молча умоляю я. – Пожалуйста, пусть он тоже этого хочет.

– Прошу тебя, повтори это, – наконец тихо говорит он хриплым голосом, и чувство облегчения переполняет меня, поэтому я с надеждой улыбаюсь и тянусь к нему, чтобы сделать то, что он просит.

Его руки порывисто обнимают меня, он поднимает меня плавным движением вверх, и я вскрикиваю от неожиданности, когда он сажает меня на барную стойку и прижимается ко мне. Его пальцы гладят меня, они повсюду, от этого у меня по спине пробегают мурашки, и я наслаждаюсь этим. Наслаждаюсь тем, что я чувствую, что он делает со мной. Его губы встречаются с моими, и на этот раз он тот, кто целует меня. Тот, кто контролирует поцелуй, покусывает мою нижнюю губу и словно ждет разрешения, – и я даю его.

Его язык проскальзывает между моих губ, играет с моим. И когда он тихо стонет от того, что я зарываюсь руками в его волосы, и он сильнее прижимается бедром между моими ногами, я чувствую, как мое тело начинает трепетать, ощущаю приятное покалывание, которое расползается внизу моего живота. Мышцы живота напрягаются, ноги еле заметно дрожат. Его большая теплая ладонь лежит сзади на моей шее, а другая притягивает меня за талию так близко к нему, что я безошибочно чувствую его возбуждение. Я слегка склоняю голову в сторону, все больше и больше поддаюсь ему во время этого поцелуя и забываю, где мы находимся…

Пока Мэйсон не прерывает нас, громко прочистив горло, чтобы напомнить, что мы на публике. Я сижу, тяжело дыша, мне жарко и сложно оторваться от Купера.

– Вот, – Мэйс протягивает ключи. – Даю вам несколько минут. Я хотел бы подарить вам весь вечер, но не могу отпустить Купера до десяти. Барменов сегодня и так не хватает, а Сьюзи раньше времени не приедет.

Он извиняющимся взглядом смотрит на нас. Мягко выругавшись, Купер помогает мне слезть со стойки, и я сразу же поправляю платье, которое значительно задралось наверх.

Затем Купер вкладывает свою ладонь в мою, и мы идем мимо Мэйсона, который хитро подмигивает мне, к лестнице у дальней стены. Купер ведет меня, держа близко к себе, и мы поднимаемся наверх, входим через темную тяжелую дверь, которую он открывает передо мной, и попадаем в какую-то комнату.

Почти сразу зажигается свет, и я вижу небольшой офис со столом и различными полками. Это и есть офис Мэйсона? Музыка долетает сюда довольно приглушенно, я чувствую бас у нас под ногами. Но больше всего я слышу, как громко стучит кровь у меня в ушах. Тем временем Купер идет ко второй двери, для которой у него есть отдельный ключ. То, что ждет меня там, полностью лишает меня дара речи. Кровать. Там стоит огромная кровать с черным шелковым постельным бельем, чистая и аккуратно застеленная. Рядом с ней располагается кресло и кресло-мешок, большой пушистый ковер, комод, в котором может быть все что угодно, и я не хочу знать, что именно.