Руины - Саманта Тоул

Я хихикаю.

Ло бросает на нее неодобрительный взгляд.

— Арес, скажи нашей сестре, сколько телефонных номеров я заполучил прошлой ночью.

— Много, — говорит Арес Мисси.

Ло бросает на Мисси ну—что—я—тебе—говорил взгляд.

— Ты уже позвонил кому—нибудь из них? — спрашивает она.

— Нет. — Он бросает на нее возмущенный взгляд. — Я не хочу выглядеть отчаявшимся.

— Единственное, в чем ты будешь выглядеть отчаявшимся, это пицца или такси, когда начнешь звонить по всем этим фальшивым номерам, которые тебе дали.

Смех вырывается из меня. Я же говорила, мои гормоны на пределе.

Выражение лица Ло заставляет меня смеяться еще больше. Это смесь раздражения и мелькнувшей мысли: "Черт, неужели она права?»

— Теперь ты точно собираешься проверить все эти номера, не так ли? — Мисси подталкивает, выводя его из себя.

— Ты... — Ло делает паузу, подыскивая, как я полагаю, подходящее для ребенка ответное слово. — Собака женского пола.

— Собака женского пола! — Мисси смеется, и я тоже.

Боже, как я люблю этих ребят.

— Ладно, хватит, детишки. — Зевс забирает Джиджи у Ареса и сажает ее себе на плечи. — Может, хватит обсуждать свидания Ло на глазах у моей впечатлительной дочери? И давайте зажжем эти фонари, пока не спустились сумерки.

Между ними повисает странная тишина, а затем все вскакивают с мест и хором произносят...

— Да, конечно!

— Хорошо, давайте двигаться!

— Всем двигаться к пирсу!

Держа Зевса за руку, мы идем по пирсу, Джиджи все еще на его плечах. Все следуют за нами, и мы останавливаемся в начале пирса.

Зевс зажигает фонарик своей зажигалкой и передает его мне. Затем зажигает свой собственный.

— Все готовы? — спрашивает Зевс.

И мы слышим хор:

— Да.

— Дай мне подержать, папочка, — говорит Джиджи, делая хватательные движения руками.

— Будь осторожна, малышка Джиджи. Он может обжечь тебя.

— Я держу его, — успокаивает меня Зевс.

—Не забудь загадать желание, когда будешь его отпускать, — говорю я ей.

Она улыбается этой великолепной нахальной улыбкой, как будто уже знает, что загадать.

— Хорошо, считаем до трех, — громко говорит Зевс. — Тогда пускайте свои фонарики. Три, — начинает Зевс. — Два... один.

Я отпускаю свой фонарь и наблюдаю, как он начинает свой полет над водой, поднимаясь выше, вместе с фонарями всех остальных.

Затем я ненадолго закрываю глаза, просто наслаждаясь счастьем, которое сейчас испытываю. Не могу поверить, что я здесь с Зевсом, и беременна нашим вторым ребенком.

Если бы вы сказали мне год назад, что я буду здесь с ним, я бы ответила, что скорее на Землю упадет астероид.

Я слышу нежный звук Рианны, поющей "Umbrella", доносящийся откуда—то позади меня, а затем шум тихих вздохов вокруг заставляет меня открыть глаза и повернуть голову.

Зевс стоит на коленях рядом со мной.

Нет. Не на коленях.

На колени.

Святое дерьмо.

Мое тело медленно поворачивается к нему, мои глаза не отрываются от его глаз.

— Что ты делаешь? — спрашиваю я.

— Делаю предложение, — просто отвечает он.

—У меня есть кольцо, мамочка! — Джиджи хихикает рядом с ним, протягивая коробочку с кольцом.

— Зевс... — Слезы наполняют мои глаза.

— Ты — любовь всей моей жизни, Голубка. Это всегда была ты. С того самого момента, как я увидел тебя на ярмарке, понял, что попал. Я влюбился в тебя тогда. Я люблю тебя сейчас. Я сойду в могилу, любя тебя. Я хочу, чтобы ты вышла за меня замуж.

— Кольцо очень красивое, мамочка! — Джиджи протягивает мне коробочку, и я беру ее у нее из рук.

Дрожащими пальцами я открываю коробочку и вижу самое красивое кольцо, которое я когда—либо видела. Оно из розового золота, инкрустированное бриллиантами, с большим круглым бриллиантом, окруженным бриллиантами поменьше.

Мои глаза скользят к Зевсу, и я задыхаюсь.

— Оно принадлежало моей матери, — говорит он мне. — Оно может не подойти, но мы можем изменить его размер.

Ну вот, теперь я плачу.

Я вытираю слезы с лица рукой.

— Ну, что скажешь, Голубка? Ты выйдешь за меня замуж?

— Да, мамочка, потому что я очень, очень хочу быть подлужкой невесты! — Джиджи подходит ко мне, обхватывает руками мою ногу, обнимая меня.

Моя рука тянется к ее голове, прижимая к себе, а слезы забивают мое дыхание.

Я смотрю на Зевса, кольцо в моей руке.

Этот человек... он разрушает меня. Каждым словом. Каждым взглядом. Каждым прикосновением.

Но нет в этом мире человека, которого я бы предпочла. Кроме Зевса.

Стоя здесь, в окружении всех, кто имеет значение, в день рождения моей дочери, с нашей песней и красивыми фонариками, освещающими небо, я даю Зевсу и Джиджи ответ, которого они так долго ждали.

— Я говорю... что из Джиджи получится чертовски красивая подружка невесты.

Лицо Зевса расплывается в потрясающей улыбке.

— Ура! — Джиджи визжит.

— Это было "да"? — спрашивает Ло в замешательстве.

— Это было "да", — говорю я ему, не сводя глаз с Зевса, который поднимается на ноги. Взяв у меня кольцо, он надевает его мне на палец. — Определенное, стопроцентное "да".