Марена и Кощей - AlanaDargo

Марена раздраженно дернула плечами, а потом поймала себя на мысли: а он в кольцах моется?

Взволновано взбила рукой волосы, не давать же прямое согласие — после того как фыркала и брыкалась — не поверит. Но весьма красноречиво опустила глаза и бросила:

— Я лучше буду читать ваши скучные свитки.

Кощей усмехнулся, вновь опуская голову на подушки.

— Ах, как жаль. Мы могли бы провести время более… интересно, не так ли? — произнес он с ухмылкой. — Но раз ты не хочешь, читай свитки.

Марена закусила губу. Почему не сработало? Каждое его слово и улыбка выглядели, как очередное издевательство. Словно он все знает, опережает ее на множество шагов вперед, и чтобы она не придумывала, он наверняка, уже изобрел какой-то каверзный план, как противостоять ей, и унизить ее еще больше.

Она подняла голову и увидела застывшее ожидание в его взгляде.

«Ах, он ждет, что прямо попрошу его об этом! Нет уж!

Наверняка, пойдя с ним в баню — не получу кольцо, но вполне возможно потеряю там последние остатки чести и гордости. Если от нее хоть что-то осталось».

— Давайте уже к делу, ваше бессмертие, — раздраженно произнесла она. — Что мы будем читать?

Кощей, посмотрев на неё с некоторым удивлением, прошелся взглядом по свиткам, разложенным вокруг.

— Ты снова выбираешь неудачный тон, — произнес он, смеясь. — Мне сложно поверить в твою искренность. Старайся лучше, моя синеглазая. Почему Ярослав не видел какая ты корыстная.

— Кто сказал, что я притворялась с Ярославом!

«Ну, вот зачем ты это сказала! Ну почему он постоянно ее так сильно бесит! Аж голову откусить охота!»

Кощей, усмехнувшись, закрыл глаза.

— Так тебе все-таки действительно нравится этот милый мальчик? Будет грустно, если он не вернется с раскола. Сколько он уже там? Два месяца? Два месяца — тишины… Как же это прекрасно.

Марена швырнула свиток об стол, чуть не попала в голову Кощея. Он не шевельнулся, лишь расплылся в широкой улыбке.

— Значит он — милый мальчик, который сражается с тварями из раскола. А ты здесь! Могущественный и сильный! Лежишь на кровати и ухмыляешься! Если ты такой сильный и могучий, то почему ты занят тем, что хочешь залезть мне под юбку, а не выполняешь долг, который на тебя возложен?

И тут же Марена ужаснулась тому, что наговорила.

«Ну что у тебя дуры рот никогда не закрывается!»

Кощей распахнул глаза и посмотрел на неё таким взглядом, которым можно было крошить камень.

— Я свое отвоевал! Я защищаю этот мир уже более тысячи лет! А Ярослав должен получить свой опыт, — произнес он, как будто любуясь мукой, отображаемой на её лице. — Ты часто о нём думаешь? Скучаешь? Вряд ли он захочет тебя, после меня… Думаешь, до него не дошли вести, как ты проводишь свое время? Даже если он тебя простит, а я сомневаюсь в этом, в любом случае ты сможешь лишь поплакать над его трупом. Так что молись, чтобы он тебя не простил… А теперь закрой рот, ведьма… и читай.

Сердце Марены болезненно екнуло. Жгучая боль от его слов снова взвилась в ней, как огонь, разжигающий все темные уголки её сердца.

— Я не смогу читать с закрытым ртом…

Кощей поднялся на локте. В его глазах полыхал интерес, как будто он ждал продолжения. Но Марена промолчала, прикусив язык.

— Однажды мы увидим, куда твоя дерзость нас приведет. Пока лишь она привела тебя на колени, где ты готова была исполнить мои самые грязные желания… Но стоит только дать тебе хорошее отношение, как ты снова умоляешь, чтобы я принялся воспитывать тебя, как козу.

Марена закипала от гнева. Каждый его упрек и язвительный тон словно острые иглы, вгрызающиеся в её гордость.

— Будь признательна, что я позволяю тебе быть рядом, — вдруг сказал Кощей. — Иначе кто-то бы уже давно задумался, о том… что в тебе очень много странностей, Марена. Неужели так сложно быть благодарной?

Она почувствовала холодок ужаса в сердце. Как много он знает?

— Я ужасен! Да, ужасен… потому что волка нельзя заставить жрать ягоды. И все же… я тебя защищаю. Ты даже не представляешь, чего мне это стоило.

Марена молча ухватилась за свиток, и начала читать, едва понимая слова. И злилась, злилась, злилась…

Что ему это стоило? Он же сам не говорит! И никто не заставляет его помогать!

Кощей замолчал, то ли довольный, то ли недовольный тем, что она перестала огрызаться. Постепенно, ее голос стал звучать монотонно, убаюкивая и её саму. Она смотрела на Кощея, который лежал на подушках, смежив веки. Вскоре тяжесть его дыхания заполнила комнату. Безмолвие окутало их, словно магическая завеса.

Спит? На самом деле спит?

Марена отложила свиток и медленно подошла к Кощею.

Сердце ее стучало, не стучало, выпрыгивало из горла от ужаса, и, собравшись с духом, она присмотрелась к его кольцам. Остановила взгляд на самом простеньком, из черного металла… Наверное, это оно.

Она погладила его по руке, ожидая откроет ли глаза. Не пошевелился. Марена попыталась осторожно снять его кольцо. Но в момент, когда ее рука снова коснулась его руки, глаза Кощея мгновенно открылись. Он сжал её запястье, его хватка была крепка, а взгляд — проницателен.

— Глупая девица, — раздраженно произнес он, и с легкостью затянул на кровать, и подмял под себя.

Кощей прижал её к себе, целуя в губы с ненасытным желанием. Его рука скользнула по её талии, притягивая ближе. Он был холодным, смертельно холодным, и это странно действовало на Марену, как разряды маленьких ледяных молний, которые разлетались по ее телу обжигающими вспышками.

Она ответила на его поцелуй, и Кощей мгновенно углубился. Она словно потерялась в этом чувственном обмане. Холод наполнял ее жаждой, силой, и каким-то первобытным голодом, она сильнее вжималась в Кощея, чтобы вобрать свое.

— Черт, — ругнулся Кощей. — Я забыл снять… Ты не пострадала? — он приподнялся на локтях и удивленно посмотрел в ее огромные и жадные глаза. Потом взял ее руку и провел по своей ледяной шее, расплываясь в довольной и сытой улыбке.

— Теперь я тебя точно никому не отдам, — он снова наклонился жадно целуя ее.

Марена застонала, царапая его сквозь шелк накидки, пытаясь содрать с него эту тряпку, чтобы чувствовать эту обжигающую кожу. Ей нужно было еще… Так мало… Еще…

Кто-то яростно заколотил в дверь.