Зима. Согрей мое сердце - Алекс Хилл

– Спасибо… – лезу к ней с обнимашками, но она решительно отодвигает меня и тянется к своему мороженому.

– Знаешь, кстати, кто мне звонил вчера? – Фомушкина игриво дергает бровями.

– Вариантов много, – демонстративно задумываюсь.

– Ой! Отвали! – пихает меня плечом. – Максимилиан Строганов. Собственной персоны.

В последний раз я слышала о Максе, когда Женька вернулась из Ростова и привезла мне дневник практики. Как я поняла, именно Строганов забрал их из «Горизонта», но вместо благодарности из подруги выплескивался яд. Фомушкина не рассказала, что конкретно произошло, но догадаться не трудно. Причиной был мой звонок и рассказ обо всем, что случилось. А Макс был в это замешан, был одним из зачинщиков моих бед.

Стыдно ли мне? Не очень. Все-таки это Строганов. Я сказала правду, без намерения как-то припозорить его в глазах Жени. Все остальное их выбор и их решения.

– Ого, – по-настоящему удивляюсь. – И чего он хотел?

– Соскучился, – Женька довольно качает головой. Видимо, у нее в голове играет очередная глупая песенка.

– И-и-и… – подгоняю подругу, потому что мне действительно интересно узнать причину ее такого хорошего настроения.

– И-и-и… – копирует она меня, только подогревая интерес.

Ловлю себя на мысли, что была бы совсем не против если они… Нет, не так. У меня здесь нет права голоса. Я просто была бы рада за подругу. Она зацепила Макса, а он ее. Это было очевидно. С ней он мог бы стать другим. Неверное. Возможно, у них бы все…

– И ничего! – смеется Женька. – Попрощались по-человечески.

– Что?! – хлопаю глазами, не понимая, что происходит.

Попрощались? Тогда почему она такая радостная?

– Ксю, ты же знаешь, мне не нужны привязки в виде отношений. Мне нравится все, как есть. Да и живем мы в разных городах. Я не хочу всех этих головняков и соплей. Хочу быть свободной. Делать, что вздумается и не перед кем не отчитываться. Макс, на самом деле, не так плох, но возиться с ним… Не-е-е… Это не для меня.

– То есть, ты выбрала себя?

– Ага! – сияет улыбкой и облизывает пальчики один за другим. – Мои приключения в Ростове закончились, и я ныряю в следующие.

Сколько в ней энергии. Не могу сдержать ответную улыбку. Именно так нужно быть уверенной в своих решениях и действиях. Иногда не так уж и плохо просто выбирать себя.

– Тебе не холодно? – спрашивает подруга.

– На улице плюс тридцать, не меньше, – хмурю брови, замечая, как счастливая улыбка вдруг превращается в хитрую ухмылку.

– Принести тебе куртку или одеяло?

– Да что ты несешь?!

– Кажется… Твои приключения еще не закончились, – Женька поднимается с места, заводя руки за спину.

– Фомушкина, ты сбрендила?! В мороженном была наркота?

– Зима пришла откуда не ждали, – произносит подруга, шагая назад.

Тень слева от меня заставляет задержать дыхание. Что она сказала?

– Ну, удачи, – подмигивает Женька и быстро уходит дальше по аллее.

Медленно поворачиваю голову и, встретившись с теплым карим взглядом всего на секунду, резко возвращаюсь в исходное положение.

– Предупреждаю. Если ты побежишь, я кинусь следом. Повеселим народ, – насмешливо говорит Зимин.

Сердце сжимается от звука его голоса. Как же я соскучилась. Не передать…

– Мне не пять лет, Зимин, чтобы играть с тобой в догонялки, – отвечаю спокойно. Нужно держать себя в руках.

– Да? А, по моему, мы с тобой до сих пор играем, – Димка присаживается рядом со мной на скамейку.

Мятая белая рубашка, темные брюки. Кожа на щеках чуть тронута щетиной. Видно, что он устал. Что вообще происходит? И как он оказался в Краснодаре?

– Что ты здесь делаешь? – задаю самый актуальный и волнующий меня вопрос.

– Вообще, – усмехается, пожимая плечами. – Я приехал, чтобы разорвать твое заявление о заключении брака.

Сегодня просто какой-то чудо-тупой день. Все говорят какие-то непонятные глупости.

– Какого брака?

– Да я уже понял, что никакого. Вы Моревы решили меня с ума свести. А учитывая, что там и так есть проблемы, я уже на грани. Отдуваться придется тебе.

– Дим, да что происходит? Я не…

Мир улетает в пропасть. Солнце становится черным. И так каждый раз. Каждый раз, когда он прикасается своими губами к моим. Дима теперь сидит непозволительно близко. Одна его рука обхватывает талию, а вторая зарывается в волосы на затылке.

Доза наркотика, способная и убить и оживить. Лучшее, что было со мной за последние две недели. Дима немного отстраняется, продолжая гладить мою шею. Открываю глаза, но не могу взглянуть ему в лицо. Вместо этого просто рассматриваю белый воротник рубашки.

– Я не знаю, как правильно нужно любить кого-то, но знаю, как любить тебя. Потому что это самая естественная вещь на свете. Только тебя, Ксю. И тебе даже не нужно ничего отвечать. Все твои чувства уже внутри меня. Они мои. Я вижу их в твоем взгляде, в касаниях и дыхании, – говорит Дима тихо, только для меня.

Он приподнимает мой подбородок, все-таки заставляя посмотреть ему в глаза. Карие. Теплые. Родные. Мои любимые…

– Знаю, что идиот. Знаю, что со мной может быть тяжело, потому что я иногда не могу думать, как нормальный человек, но с тобой… Если ты будешь рядом, то я сделаю все, чтобы сделать тебя счастливой, – Дима улыбаясь касается указательным пальцем моего носа. – Не плачь, малышка. Если ты не хочешь быть со мной, ничего страшного. Я останусь рядом в качестве друга, приятеля… Как ты сама решишь.

– Ты любишь меня? – слезы все же катятся по щекам. – Как кого? Младшую сестренку? Друга? Приятеля?

Дима смеется, показывая ряд белых зубов. Весело ему? Вот же…

– Зимин! – рычу, ударяя кулаком в его бетонный живот, и жалобно всхлипываю. Нужно перестать так делать.

Димка хватает мою руку и подносит к губам, чтобы нежными поцелуями забрать боль. А потом резко притягивает к себе и снова целует в губы, на этот раз так страстно, что начинает кружиться голова, а тело обмякает в его руках. Сердце в огне. Льда больше нет.

Останавливаемся только тогда, когда кто-то начинает призывно свистеть. Останавливаемся, но не отпускаем друг друга. Мои ноги лежат у Димы на коленях, он обнимает меня за талию, а я его за плечи. Прилипли, словно кто-то вылил на нас клей «Момент».

– Так целуют младших сестер или друзей? М? – насмешливо спрашивает Дима.

– Кто тебя знает, Зимин? Ты «дружил» с шестью девушками и, думаю, не только целовал их.

– Ксю… – опускает взгляд, теряя всю беззаботную веселость.

Черт! Я не хотела… Беру его лицо в ладони и сама тянусь ближе.