Дважды два - Николас Спаркс

– А что такого? В эти выходные я свободен.

– Пусть так, но тебе еще садиться за руль.

– Помню.

Она избегала смотреть мне в глаза и тянула время, старательно разворачивая салфетку.

– Как работа?

– Лучше. Нашел еще одного клиента. Пластического хирурга.

– Я рада, что у тебя все складывается удачно. Кстати, ты не забыл дать Лондон лекарство?

– Не забыл. И апельсиновый сок тоже.

– А она знает, что сегодня забирать ее из школы приеду я?

– Да, – кивнул я. – И комната для гостей тоже готова.

– А ты не против, если я посплю в нашей спальне? Только сменю постельное белье, разумеется.

– Нет, не против. Мы же все еще женаты.

Кажется, я уловил вспышку ее раздражения, но она погасла так же быстро, как и появилась.

– Спасибо, – сказала Вивиан. – Я просто хочу, чтобы Лондон хорошо провела выходные.

– Так и будет.

Она повернулась к окну, обвела взглядом улицу, потом, вспомнив о чем-то, полезла в сумочку, вынула телефон. Пока она была занята, я в молчании допил свой коктейль. Наконец Вивиан отложила телефон и нехотя улыбнулась.

– Извини, надо было кое-что проверить. Почти всю дорогу до Шарлотта я провисела на телефоне.

– Как прошла поездка?

– Выходные на носу, на дорогах столпотворение. А выехать пораньше не удалось, задержались вчера до позднего вечера. Мы вылетели из Хьюстона, а накануне ночью были в Саванне. Ты себе не представляешь, как я рада возможности расслабиться хотя бы в выходные.

Я постарался пропустить мимо ушей это «мы». Но это лучше, чем «Уолтер». Я молчал, Вивиан потянулась за меню. Никогда не видел ее такой скованной.

– Ты уже выбрал? – спросила она.

– Пожалуй, закажу суп. Я не голоден.

Она вскинула голову и впервые оглядела меня как следует.

– Ты похудел, – отметила она. – Все еще бегаешь?

– Каждое утро. Да, сбросил почти пятнадцать фунтов. – Я умолчал о том, что похудел, потеряв аппетит из-за нее.

– По лицу видно, – согласилась она. – У тебя уже намечался второй подбородок… а теперь его почти нет.

Удивительно все-таки, думал я, как она умеет похвалить и вместе с тем задеть. Интересно, тренируется ли она на Спаннермене? Говорит ли ему подобное? Скорее всего, нет.

– Ты уже решила, чем займешься в выходные вместе с Лондон? – спросил я.

– Пока еще нет. Но последнее слово за ней. Будем заниматься тем, что она захочет. – Она изучала меню. Много времени ей не понадобилось, даже я знал, что она закажет салат, и оставался лишь один вопрос – какой именно. Она отложила меню, а к столику вскоре подошел официант. Вивиан заказала несладкий чай со льдом и азиатский салат, я – суп с говядиной и овощами. Вивиан сделала глоток воды и провела пальцем по запотевшему стакану. Как и я, она, по-видимому, не находила слов, чтобы начать разговор, но напряжение между нами нарастало.

– Итак, – наконец не выдержал я, – ты сказала, что нам надо поговорить.

– В основном о Лондон. Я беспокоюсь за нее. Она не привыкла, что меня почти не бывает дома. Я знаю, как ей тяжело.

– С ней все в порядке.

– Она не всем с тобой делится. Мне бы хотелось иметь возможность чаще бывать рядом с ней.

Я мог бы сказать, что для этого достаточно просто приезжать домой, но она наверняка понимала это и без моих подсказок.

– Могу себе представить.

– Я поговорила с Уолтером, но с графиком поездок, которые предстоят мне в ближайшие несколько месяцев, привезти ее в Атланту нет возможности. Я по-прежнему ночую вне дома три-четыре раза в неделю, мне некогда даже обставить для нее детскую или найти няню.

Я вздохнул с облегчением, но решил все-таки убедиться, что не ослышался.

– То есть ты хочешь сказать, будет лучше, если Лондон останется со мной?

– Только на время. Я не бросаю ее. Мы оба знаем, что девочкам нужна мама.

– Папа им тоже нужен.

– Ты же все равно сможешь видеться с ней. Я не такая мать, которая препятствует встречам ребенка с отцом. Но нам обоим известно, что это я ее вырастила. Она привыкла ко мне.

Ее ребенка, а не нашего – это не ускользнуло от меня.

– Теперь все по-другому. Она учится, ты работаешь.

– И тем не менее. Я хотела поговорить с тобой о том, что происходит сейчас. Несмотря на поездки, я все равно намерена видеться с Лондон как можно чаще. И хочу убедиться, что с этим не возникнет никаких проблем.

– Разумеется, не возникнет. А почему у меня должны быть с этим проблемы?

– Потому что ты зол и обижен и тебе наверняка хочется отомстить мне. Ты ведь даже не поговорил со мной, прежде чем аннулировать общие кредитки. Просто взял и сделал, как тебе вздумалось. Ты понимаешь, что обязан был сначала позвонить? Чтобы мы могли обсудить этот вопрос?

Я растерялся, думая о тайном банковском счете, который открыла она.

– Ты серьезно?

– Я просто хочу сказать, что ты мог бы поступить порядочно.

Ее наглость ошарашила меня. Официант поставил на стол чай со льдом, и в этот момент у Вивиан зазвонил телефон. Взглянув на экран, она встала из-за стола.

– Мне надо ответить.

Она отошла от столика и вышла наружу. Я проводил ее взглядом. Со своего места я мог наблюдать за ней, но заставлял себя не делать этого. И сгрыз пару кубиков льда, пока официант не принес корзинку с хлебом и сливочное масло. Я рассеянно вслушивался в гул голосов вокруг меня. Вернувшись, Вивиан извинилась.

– Прости. Это по работе.

Мне все равно, подумал я. И ничего не ответил.

Официант принес наш заказ, Вивиан полила салат заправкой и осторожно принялась за него. Суп пах аппетитно, но мой желудок словно съежился. Съеденный кусочек хлеба заполнил его целиком. Тем не менее я заставил себя проглотить ложку супа.

– Думаю, нам надо обсудить еще кое-что, – наконец произнесла она.

– Что именно?

– Что мы скажем Лондон. Пожалуй, в воскресенье, перед моим отъездом, нам стоит поговорить всем вместе.

– Зачем?

– Она должна знать, что происходит. Но только то, что доступно ее пониманию. Объяснить ей надо как можно проще.

– Что все это значит?

Она вздохнула.

– Скажем ей, что из-за работы мне придется пожить в Атланте, а она на некоторое время останется с тобой, что мы оба любим ее. Длинные объяснения не обязательны.

Например, что ты влюбилась в другого?