Доминика и Бовалле - Джорджетт Хейер

Ну, милорд пригласил меня в зимнюю гостиную. Приятно было посмотреть на мою хозяйку, наряженную в платье миледи, когда она что-то лепетала милорду на своем ломаном английском, то и дело поглядывая на сэра Николаса, чтобы он подсказал ей слово.

Милорд сказал мне много хороших слов — а я их от него нечасто слышал. Позднее я получил от него тугой кошелек, а тут он только поблагодарил меня за то, что я привез его брата домой целым и невредимым. Можете не сомневаться, что мой хозяин при этом рассмеялся, но хозяйка ласково мне улыбнулась и поклялась, что милорд прав. И я должен признать, что это так. Однако скромность не позволяет мне на этом останавливаться.

Что же дальше? Осталось рассказать совсем немного. Вскоре после этого мы поехали в Лондон, и я предоставляю вам самим судить, что сказал сэр Фрэнсис, когда услышал нашу историю. Я говорю об адмирале Дрейке — может быть, вы о нем слышали. Не знаю, что рассказал мой хозяин секретарю, но этот тощий Уолсингем даже руки потирал, когда слушал.

Помнится мне, что двор находился в Нонсаче, и туда-то мы и отправились. Даю вам честное слово, королева чуть не закукарекала, увидев, что мой хозяин вернулся, а когда он положил к ее ногам орден Золотого Руна дона Кристобаля, заявила, что он изрядный шутник.

«Это лучшее, что есть в Испании, бродяга?» — говорит она. Королева, когда в настроении, очень веселится и шумит.

«Нет, мадам, — отвечает мой хозяин и подводит к ней свою жену. — Вот то лучшее, мадам, и позвольте представить вам самую новую подданную вашего величества».

Пожалуй, это ей меньше понравилось. Говорят, ее величество не любит, когда красивый мужчина женится. Но ей неудобно было показать, что она недовольна. Ее величество протянула моей хозяйке руку для поцелуя и похлопала веером по щеке. «Ну, что же теперь, миссис? — говорит ее величество. — Вы свяжете моего храброго, бешеного Бовалле по рукам и ногам?»

Больше королева с моей госпожой не беседовала, зато продержала хозяина возле себя битый час, расспрашивая про Испанию.

По-моему, все сошло лучше, чем можно было ожидать, зная, какой горячий нрав у ее величества.

Вскоре мы уехали в Бейсинг, где вы меня и видите сегодня. Да, мы тут уютно устроились, и если вы скажете, что я стал довольно значительным лицом, не стану с вами спорить. Конечно, мой хозяин никому этого не показывает — не такой у него характер, — но возьму на себя смелость сказать, что я незаменимый человек для него и моей госпожи. И по-моему, это вовсе не удивительно! Но мы так никогда и не нашли вторую такую же пару чулок с золотыми завитками на лодыжках, как те, которые потеряли в Васконосе, и я стою на том, что выбросить их на ветер было верхом расточительства. Но так уж всегда бывает, когда мы отправляемся по делам сэра Николаса».