Возраст Суламифи - Наталья Миронова

– Они прямо при вас все это кричали? – уточнила Лина.

– Ну да, – криво усмехнулась Оленька. – Это правда, у меня оба деда – академики, а теперь уже и отец академик.

– Они не то имели в виду. Им не звания научные важны, а чистота крови. Похоже, они решили, что вы ведете свой род от графа Разумовского. Ну прямо княжна Тараканова…[22]– Увидев, что Оленька ее не понимает, Лина вернулась к насущной теме. – Но если вы все это видели и слышали, зачем же замуж вышли?

– Жить хорошо хотела, – откровенно бухнула Оленька.

Лина пристально посмотрела на нее, чувствуя, как угасает в душе и без того едва теплившийся огонек сострадания. Перед ней была Нелли – издание двадцать пятое, стереотипное.

– Я ничем не могу вам помочь. – Лина поднялась с кресла. – Сына я ни за что не отдам. Кстати, передайте мужу, он может здорово погореть. Адвокат Понизовский предупредил его отца, чтоб они оставили меня в покое. Оба под статьей ходят. Так и передайте.

Оленька бросилась было еще чего-то просить, еще как-то уламывать, но Лина ее прервала.

– Почему бы вам не прибегнуть к суррогатному материнству? Это будет ребенок Влада, вы пару месяцев походите с подушкой, задурите голову старику…

– Да-а… Тебе легко говорить, – жалобно протянула Оленька. – Где ее взять, эту суррогатную мать? И сколько ждать? И еще неизвестно, кого она родит. А вдруг девочку? А тут готовый мальчик…

– Уходите, – приказала Лина. – Уходите сейчас же. И больше не появляйтесь.

Оленька, всхлипывая, направилась к двери.

– Ну что тебе стоит? – все-таки попыталась она еще раз, всовывая руки в рукава норкового жакета. – Вернем мы тебе твоего мальчика, не бойся. Может, старик завтра помрет…

– Уходите, – повторила Лина. – И забудьте все, что я говорила о суррогатном материнстве. Таким, как вы с Владом, детей иметь вообще противопоказано. Прощайте.

И она закрыла дверь перед носом у Оленьки. Лишь много времени спустя ей пришло в голову поинтересоваться, как жена Саранцева попала к ней в дом, миновав калитку и домофон.

Неприятная встреча уже выветрилась из памяти Лины, когда Карина переслала ей электронной почтой очередной заказ: переписку двух фирм и техническое описание производства метанола на малотоннажных установках. Научная разработка из города Троицка.

Лине не раз приходилось переводить научные и научно-технические тексты, она давно научилась различать, где наука, а где, как говорила прабабушка Виктория, «новаторский подход к процессу варки манной каши». Это чувствовалось по стилю, по повторам или отсутствию таковых, по структурной организации текста. Здесь, с уверенностью решила для себя Лина, была наука. Текст четко структурирован, без «воды», авторы из Троицка даже любезно указали известную им терминологию по-английски. Она была им благодарна, хотя и сама могла найти в Интернете нужные термины.

Лина все перевела, отослала электронной почтой, в указанный день съездила в агентство и получила деньги. Никакого Влада поблизости не наблюдалось. Неужели когда-нибудь она привыкнет ездить в агентство, не опасаясь встречи с ним?

Если бы она знала…

Это Влад велел Карине дать переписку и техническое описание процесса на перевод именно ей, Лине Полонской.

– Почему бы тебе не оставить ее в покое? – проворчала Карина.

– У нее есть кое-что мое, – обаятельно улыбнулся Влад. – А я свое никогда не упускаю, ты же знаешь. Слушай, Кариночка, детка, помоги мне провернуть это дельце, и я оставлю в покое тебя. Ты же этого хочешь, правда? Ты же, говорят, опять замуж собралась? Думаешь, твой женишок обрадуется, узнав о некоторых твоих шалостях? Нет, не обрадуется. Я уйду, клянусь тебе, ты меня больше не увидишь. Хочешь, расписку дам? Но с этим дельцем ты мне подмогни. Никто не пострадает, все абсолютно законно. В итоге все будут счастливы, даже Лина, упрямая дурочка. А от тебя всего-то требуется дать ей на перевод, что я скажу. И держать язык за зубами. Вот и все.

Карина сдалась. Она и вправду собиралась замуж, на этот раз за солидного вдовца с двумя детьми. Он не будет ждать от нее ребенка. Он уже сам немолод, ему нужно, чтобы жена вела дом и исполняла, как теперь принято говорить, представительские функции. Когда-то Карина открыла переводческое агентство, потому что модно было быть деловой женщиной. Зато теперь… ей больше не надо будет разыгрывать из себя бизнес-леди. Она сможет бросить опостылевшую работу и зажить полноценной жизнью, какая подобает дочери министра. И никогда больше не увидит Влада Саранцева. Она согласилась.

Вскоре в агентство поступило на перевод еще одно письмо из Норвегии. Некая фирма всерьез заинтересовалась метаноловым проектом. Позвонил Влад и велел и это письмо, и ответ на него дать на перевод Лине. А потом сделать так, чтобы именно она пришла на переговоры.

– Она не любит ходить на переговоры, хочет дома работать.

– А ты постарайся, чтоб пошла. Скажи, что это крайне важно, что они просят именно того, кто делал техническое описание. Кстати, это чистая правда. Тебе из фирмы позвонят и попросят, чтоб переводчик был «в теме». Пообещай ей вознаграждение. Больше того, что обычно платишь. Ей деньги нужны, я точно знаю. Разницу я тебе возмещу.

Карина сделала все, как он сказал.

Неожиданно опять позвонила Нелли. Да не просто так, потребовала встречи с сыном.

– Что вдруг? – спросила Лина, стараясь не выдать голосом охватившей ее тревоги.

– Я мать, я имею право видеть сына.

– Ты не видела его почти четыре года. А теперь вдруг соскучилась?

– Я имею право его повидать. Меня никто материнских прав не лишал.

– Еще бы, ты же алименты получаешь! – фыркнула Лина. – Ну хорошо. Но только в присутствии адвоката.

– Какого еще адвоката? – оторопела Нелли.

– Понизовского. Он представляет наши интересы – мои и Митины. Да не дури, ты его прекрасно знаешь. Я с ним созвонюсь, договорюсь, когда ему удобно, он человек занятой. А ты подстраивайся. И еще одно: тебе придется приехать сюда, на Ордынку. Я не потащу малыша… – Лина вдруг вспомнила, как Митя ложился на спину и задирал голову, поняла, что он имел в виду, и закончила мысль соответственно: – туда, где Баб-яга живет.

– Что? – не поняла Нелли. – Что ты несешь?

– Твой сын тебя боится. Называет Бабой-ягой. Я его прекрасно понимаю. Может, и я тебя так в детстве называла да забыла.

– Это ты его настраиваешь против меня! – взвизгнула Нелли.

– Не сорви голос, – хладнокровно посоветовала Лина. – В твоем возрасте вредно брать верхнее до. Короче, будет так, как я сказала. Чувствую, ты затеваешь какую-то пакость, не знаю только, зачем тебе Митька понадобился. Но если хочешь его видеть, приходи сюда.