Опороченная истинная Дракона. Заброшенное поместье попаданки - Анна Кривенко

вдруг стало Кайрена жаль. Сердце дрогнуло, заколотилось сильнее. Захотелось внезапно обнять его и пожалеть. Что это? Материнский инстинкт? Или я действительно ощущаю нечто, что исходит из его души — одиночество, растерянность, опустошение?

Кайрен всё это время не поднимал на меня глаз. Сидел напряжённый донельзя, а потом наконец произнёс:

— Да, Мирослава, я осознаю свою вину и понимаю, что всё дело во мне. Я ревнив, эгоистичен, мне не хочется делить тебя ни с кем. Хочется спрятать тебя в какой-нибудь сокровищнице и никогда не выпускать! Но я понимаю, что так нельзя. Теперь понимаю. Это инстинкт дракона. Каждый из нас должен побороть его ещё в юности, хотя я так и не смог. Признаю, что был неправ. Пожалуйста, прости эту вспышку. Конечно, ты можешь иметь друзей. Конечно, ты можешь быть свободной. Только будь со мной, прошу…

Каждое слово давалось ему с трудом. Я видела, каких усилий стоит ему произнести всё это, и почувствовала, как сердце моё окончательно смягчается. Он старается, побеждает свою драконью природу, ищет способ принять меня такой, какая я есть. Славия ему подошла бы больше, была бы более удобной. Она не столь свободолюбивая, а кроткая и нежная. Но я — не она. Более того, полюбил он именно меня.

Выдохнула.

Воспоминания о прежней хозяйке тела вызвали во мне болезненный дискомфорт. Кайрен не знает о том, что случилось на самом деле. Не знает, что его настоящая невеста покинула этот мир из-за его жестокости. Но что толку, если узнает? Никому от этого легче не станет — только хуже. Надеюсь, она нашла свой покой. Надеюсь, у неё ещё будет шанс…

— Спасибо, что начинаешь верить мне, — прошептала резко охрипшим голосом. — Я ценю это. Если ты действительно хочешь нашего союза, если ты действительно любишь меня, то, думаю, у нас может получиться. Ты готов уступать мне. Я готова уступать тебе. Мы должны быть гибкими друг для друга, независимо от тех правил, которые существуют в этом обществе или даже в твоей семье.

— Я согласен! — на сей раз Кайрон был твёрд, как скала. — Я действительно согласен. Ты моя истинная пара. Ты центр моей вселенной. Я знаю это. Я чувствую это. И если кто-то из моих родных не будет согласен — я готов противостоять их мнению.

Я против воли улыбнулась. Мне была приятна его решимость. По телу пробежала магия. Я чувствовала, как между нами что-то вспыхнуло, притягивая друг друга.

Кайрен тоже это ощутил, шагнул ко мне. Глаза его горели. Я затрепетала от небывалого предвкушения. Неужели мы действительно теперь вместе? О Боже! Тот самый Кайрен, которого я так боялась, как огня, тот самый истинный, который был для меня врагом — он сейчас передо мной и смотрит на меня влюблённым взглядом.

Это мой Рен…

До головокружения удивительно! Будто свершилось чудо. Это и есть чудо. Да, для нас обоих. Истинность стала выше человеческого эгоизма, драконьего инстинкта, чужих наговоров, предубеждений и всех тех козней, что окружали нас.

— Мирослава… — прошептал Кайрен, хватая меня в объятия.

Ещё мгновение — и он наклонился, жадно меня целуя. Я не противилась. Я радовалась. Мне было действительно очень хорошо. Как будто рухнули последние барьеры. Как будто теперь уже не о чём думать и нечего взвешивать.

Мы начнём всё сначала. По-настоящему. Вдвоём. Вместе.

И пусть хоть кто-то попробует нас разлучить!

Поцелуй Кайрена из жадного и нетерпеливого вдруг стал нежным и просящим. Движения его губ замедлились, дыхание опалило мне кожу…

— Я люблю тебя… — прошептал он мне в губы на выдохе. — Спасибо, что жива, что вернулась, что дала мне шанс. Но теперь я должен знать всё. Как ты попала в поместье Леона? Ты не смогла бы сделать это сама. Кто-то отправил тебя туда? Кто???

Я выдохнула, отстранилась и опустила глаза. Рассказывать об Авите не хотелось. Она больше не представляла для меня опасности, а вбитое с детства ощущение, что ябедничать нехорошо, настойчиво требовало промолчать.

Но мы — истинные друг другу и учимся доверять. Я не могу предать доверие своего избранника и что-то скрыть от него.

Выдохнула, решилась, подняла взгляд и произнесла:

— Это сделала твоя сестра…

Глава 65. Моя война...

Кайрен ушёл от меня мрачным, как туча. Я даже немного испугалась, как бы он сгоряча не наделал глупостей, о которых потом пожалеет. Но меня успокоил Магик, который возвратился через некоторое время. Он сказал, что видел Кайрена: тот взял себя в руки и направился не к сестре и не к родителям, а в свой кабинет.

Я выдохнула. Что ж… не хотелось бы кровавых разборок в чужой семье. Мне и своих собственных хватает.

На следующее утро пришедшая служанка огорошила новостью, что мне придётся сегодня выйти к совместному завтраку. Почтить родителей моего истинного, так сказать… Я скривилась. Но мне придется сделать этот серьёзный и важный шаг, ведь его невозможно избежать.

Скрепилась, привела себя в порядок и пошла.

В холле меня встретила служанка, и я вдруг узнала её лицо. Да, кажется, именно она прислуживала мне здесь когда-то. Звали её Лисана.

— Доброе утро, госпожа! — она поклонилась. — Позвольте, я провожу вас.

Я кивнула, и мы отправились дальше. Наконец, она указала на дверь. Войдя в неё, я оказалась в просторном помещении, посреди которого стоял длинный обеденный стол.

К моему удивлению, здесь оказалось гораздо больше народа, чем я ожидала.

Родители Кайрена выглядели моложавыми. Сидели во главе стола и при моём появлении даже не подняли глаз.

Рядом с матерью на стуле вальяжно развалился блондин, лицо которого тоже показалось знакомым. И я вспомнила. Угрозы, презрение, ненависть — именно так этот парень встречал меня на одном из приёмов в этом поместье и угрожал расплатой за то, что я «позорю его брата».

Боже, я совершенно забыла о нём! Очередной недруг, наверняка припасший очередную провокацию. Вон, как глаза из-под светлых бровей недобро блестят!

Сестрица Авита сидела напротив него. Вся её поза выражала дикое напряжение.

Но она не стала поворачиваться, не проявила никакой агрессии. Наверное, усвоила-таки урок.

Я чинно поздоровалась, подошла к столу и присела на стул подальше от остальных. А вот Кайрена не было.

Честно сказать, в этой борьбе со всей его семейкой я на него даже не рассчитывала — просто не привыкла. Это моя война. И я собираюсь её выиграть.

Но не прошло и