Твое сердце будет разбито - Анна Джейн

в нашу компанию, а ты забрала у меня лучшую подругу! Еще и меня виноватой выставила!

Милана хотела сказать мне что-то еще, однако ее вдруг схватили за волосы, и она взвизгнула. За ее спиной стояла Дилара, злая, как стая голодных волков. Ее темные глаза сияли от гнева.

— А ну замолчи! — рявкнула Дилара.

— Отпусти меня! — закричала Милана.

— Не смей так говорить про Полину! — еще сильнее дернула ее за волосы Дилара. — Ты сама во всем виновата! Сначала сделала вид, что мы не подруги, потом из чата меня удалила, игнорировала везде! Я тебе сколько писала и звонила в тот день, а?! Умоляла поговорить со мной! А ты?! Что ты? Ты не отвечала, потому что Малиновская велела и со мной не общаться! Ты меня предала, а виновата Полина, да?!

— Отпусти меня, дура! Волосы выдерешь!

— Вот и выдеру!

— Что, стала общаться с другом Барса, тоже осмелела?!

Милана развернулась и умудрилась схватить за волосы и Дилару. Обе они громко кричали и выглядели так, что вот-вот сцепятся. Я попыталась разнять их, но не получилось, а все остальные просто стояли и смотрели. Кто-то снимал на телефон, кто-то ржал.

Я уже думала, что сейчас Милана и Дилара реально начнут драться, однако к ним подскочили Леха и Вал — им удалось разнять девчонок. Милана одарила нас злым взглядом и ушла, следом за ней бросились близняшки. А Дилара распустила волосы и стала переплетать их, взяв резинку в рот.

— Рехнулись? — спросил Леха.

— Она первая начала, — прошипела Дилара. — Мефафка!

— Ничего не понял, — поморщился парень и вытащил резинку из ее рта, надев себе на запястье. У Дилары стало такое потрясенное лицо, будто бы Леха как минимум украл у нее телефон. Мне стало смешно.

— Говорю, она первая начала, — сказала подруга. — Кстати, Леша, я принесла тебе домашку по русскому и сочинение по литературе.

Я удивленно покосилась на Дилару. Надо же! Она со своими-то сочинениями едва справляется, еще и этому помогает.

— Леша! — захохотал Вал и со всей силы хлопнул друга по плечу — так, что тот чуть не присел.

— Что ты ржешь? — окрысился Леха.

— Такой прикол! Тебя как будто воспетка в детском саду зовет! Леша!

— Захлопни пасть.

Они переругивались до самого начала урока, и только когда пришла Ольга Владимировна и запустила нас в класс, перестали.

— Надо будет у них узнать, что у Барса с Викой, — прошептала мне на ухо Дилара.

— Не хочу ничего знать, — нахмурилась я. — Плевать на него.

— Кстати, а где он? Придет сегодня?

— Не знаю. Он мне не докладывается…

На этом наш разговор пришлось прервать — прозвенел звонок. Я заняла свое место за первой партой, Дилара села позади вместе с Лехой. Классная руководительница поздоровалась с нами, отметила отсутствующих и начала раздавать проверочные, которые мы сдавали вчера. У меня было «пять», у Дилары и Лехи — «двойки». Бедный Костров. Он-то надеялся, что Дилара будет делать за него контрольные на «четыре» и «пять», а она…

Когда Ольга Владимировна раздала все работы, в дверь постучали, и в кабинет вошел Барсов. Он почему-то злобно посмотрел на меня, как будто это я была виновата в том, что он опоздал.

— Здравствуйте, можно? — хмуро спросил Барсов.

— Заходи, Дима, — кивнула классная руководительница. — И постарайся больше не опаздывать.

Барс приземлился рядом со мной и задел своим плечом мое плечо. Я демонстративно отодвинулась. И он удивленно взглянул на меня, не понимая, что со мной.

— Ты почему так рано ушла? — прошептал Барс мне на ухо, когда Ольга Владимировна стояла у доски, объясняя решение уравнения, на котором посыпались многие одноклассники.

— А должна была проконсультироваться с тобой, во сколько мне уходить? — спросила я тихо. Перед глазами стояла фотка, на которой он целовался с Викой. Как же противно! Почему я всё время думаю об этом? И откуда ощущение, будто мне действительно изменили?

— Между прочим, я опоздал, потому что тебя ждал.

— Какой молодец.

— Я тебе звонил, если что, — продолжил Барс.

— У меня телефон на беззвучном режиме, — ответила я, и это было правдой.

— Завтра дождись меня. Пойдем вместе. Поняла?

— Не собираюсь никуда с тобой вместе ходить, — грубо ответила я. С Викой пусть своей ходит.

— Не дерзи, — нахмурился Барс.

— А то что? — весело спросила я.

— Ничего, — отвернулся он. Кажется, он разозлился. Алло, Барсов, это я должна злиться, а не ты! Это ты с кем попало целуешься!

На перемене ему кто-то позвонил, и Барс слинял, зато в проходе рядом со мной разыгралась настоящая драма.

— Серьезно? Двойбан? — возмущался Леха, стоя напротив Дилары. А за ним стоял Вал и угорал.

— Прости…

— Как так-то? Я сам решаю лучше! Стабильно тройки! Айдарова, ты математику вообще знаешь?

— Не очень, — смущенно ответила Дилара, и мне стало смешно. Нет, ну а на что он надеялся?!

— А зачем согласилась мне помогать?! — воскликнул Леха.

— Чтобы ты меня защищал, — невинно похлопала она ресницами. Ей с ними вообще повезло — длинные, загнутые кверху… Мечта, а не ресницы!

— Жесть, — ответил он. — Просто жесть! Айдарова, ты нечто!

— Прости, Леша, — вздохнула Дилара.

Услышав его имя, Вал стал хохотать во весь голос, и даже я невольно заулыбалась, хоть настроение у меня было паршивое. Мягкое произношение имени не подходило тому, кто напоминал школьного хулигана. Хотя, надо признать, друзья Барса, как и он сам, не казались мне больше бандитами. Неплохие мальчишки, если так подумать. Хотя Барсов, конечно, меня всё равно бесит.

— Да захлопнись ты уже, — ткнул друга в бок локтем Леха. — Слушай, Айдарова, ты мне с математикой больше не помогай. Я хочу законный трояк за полугодие получить.

— Как скажешь, Леша, — потупила взгляд Дилара.

Впрочем, на следующей перемене он попросил ее и с сочинением не помогать. Людмила Руслановна собрала сочинения, заглянула в тетрадь Лехи и сказала на весь класс:

— Костров, почерк-то у тебя, конечно, лучше стал, но сколько ошибок! Особенно орфографических. Перепиши-ка, друг мой сизокрылый. Даю тебе уникальную возможность не получить два — два.

— Как так-то? — не понимал Леха. — Я думал,