По приказу сердца - Екатерина Шерив

А когда мы подошли к общаге, я предложила ему выпить чаю, и он согласился.

– Я уж думал, сюда никогда не вернусь, – сказал Дима, осматривая кухню общежития.

– Жизнь непредсказуема, – сказала я, потрогав чайник. Он был тёплым. Заглянув под крышку, я увидела, что воды на две кружки должно хватить.

– Тебе лучше? Может мне чай приготовить? – Дима поправил на себе вязаный свитер в серую и чёрную полоску.

– Я в порядке. Расскажи, как у тебя дела?

– Да так… – он сел на табурет и расслаблено положил локти на стол. – Я пока нигде не работаю. Мне кажется, у меня студенческая жизнь продолжается. Вечеринки, встречи с друзьями и так далее.

– А почему не работаешь? – спросила я, зажигая плиту.

– Никак не могу определиться, – Дима стал теребить вязаную салфетку в виде подсолнуха на столе. – Вроде уже и диплом есть. Но идти работать в банк или бухгалтером куда-нибудь не хочу. Да и родители, ты знаешь, у меня при деньгах. И пока терпят моё легкомыслие. Но уже правда с большим трудом. А ты как?

– Ну… – я решила, что скрывать свою новость нет смысла. Кроме того, Игорь и Дима точно не были лично знакомы. Да и говорить об этом вслух мне пора начинать учиться.

Я села на табурет, помешивая сахар в кружке; перед этим я ополоснула кружку от чего сахар стал смешиваться с остатками влаги, превращаясь в густую массу.

– Собираюсь брать академку… – протянула я на громком выдохе.

– Да ты что?

Я заметила, как Дима сначала посмотрел на мою правую руку, а только потом на живот.

– Не рановато ли? – спросил он, чуть усмехнувшись.

– Самое время.

– В общаге останешься?

– Нет. Уеду, – твёрдым голосом произнесла я и встала с табурета. Чайник уже начал кипеть.

– Кир, честно скажи, залетела просто, да? – услышала я Диму у себя за спиной. – Тогда зачем тебе эти трудности? Пока ещё не поздно, то ты можешь…

– Нет, Дима! – перебила его я, брезгливо передёрнувшись от таких слов. – Этот ребёнок появится на свет. Я хочу его больше всего на свете. Я запрещаю тебе произносить подобные слова.

– Хорошо. Извини… не знал, – произнёс Дима, пожав плечами.

– Это ты извини. Я просто только сегодня узнала и ещё не совсем в себя пришла.

– Можно узнать, кто счастливый отец? Я его знаю?

– Дим, тебе не кажется, что ты задаешь слишком много вопросов? – сказала я, разливая кипяток по нашим кружкам.

– Да я не настаиваю. Просто… у меня такое чувство, что тебе нужна помощь. Если что, обращайся. Я тут, – он посмотрел на меня сочувственным взглядом своих голубых глаз.

– Спасибо. Но ты мне не поможешь, – я обессилено брякнулась на табурет, подумав, что эйфория от новости о моей беременности прошла слишком быстро. Но смысла впадать в депрессию я не видела. Главное, что я скоро рожу ребёнка от любимого человека. Всё остальное как-нибудь утрясётся.

Я подняла на Диму, как мне казалось, бодрый взгляд и поднесла кружку с чаем ко рту:

– Дим, расскажи лучше ещё что-нибудь о себе. Мне хочется отвлечься.

***

Я ждала решения относительно своего заявления об академе все положенные десять дней, во время которых ещё и подчищала «хвосты». Эти дни прошли для меня очень нервно. Игорь постоянно мне звонил и писал. Я стала разговаривать с ним сухо, и он, заметив это, начал допытываться, всё ли у меня в порядке. Мне кое-как удавалось убеждать его в том, что со мной ничего не случилось.

После того как я получила долгожданное одобрение моего академа, меня накрыла новая волна стресса. Нужно было сообщить родителям свою новость.

Я поудобнее уселась в свою кровать, взяла телефон в руки и набрала номер мамы. Как только я сказала ей, что беременна, она тут же прервала связь. Но уже через пять минут перезвонила и набросилась на меня с обвинениями в моей неосторожности. Я не могла вставить и слова. Конечно я понимала, что для мамы такая новость была потрясением, но мне так хотелось, чтобы она поскорее свыклась с этим фактом.

Когда чувства поостыли, мама начала уговаривать меня не приезжать к ним, а остаться в общежитии хотя бы до родов. Она ссылалась на то, что их деревня далеко от города и плюс к этому у них даже своей машины не было. А вдруг мне понадобится срочная медицинская помощь. После этих слов у меня началась истерика. Я начала рыдать в трубку, захлёбываясь в просьбах о том, что мне было просто необходимо поехать в деревню. Маму обеспокоила моя реакция и она сказала, что я могу приехать, когда посчитаю нужным. А её предложение было всего лишь советом.

После разговора с мамой я почувствовала облегчение, как и после одобрения моего академа. Теперь она всё знает и скоро расскажет папе. Потихоньку дело двигалось вперёд.

Я решила немного поспать, а потом начать собирать вещи, чтобы уже завтра уехать в деревню к родителям.

Почти задремав, я услышала стук в дверь. Кто это интересно? Я никого не ждала. А моя соседка Оля уехала к родителям на выходные и должна была вернуться только завтра.

Я медленно слезла с кровати, укутавшись в плед и протёрла заспанные глаза.

Когда я открыла дверь, то увидела на пороге Диму. Его взгляд был обеспокоенным.

– Кира, я всё знаю.

– Что?..

– Об Игоре Янковском.

Этими словами он будто нанёс мне удар. Я не смогла сдержать слёз и разрыдалась. Дима приобнял меня за плечи, и мы вместе вошли в комнату. Он посадил меня за наш старенький письменный стол, заваленный учебниками и тетрадками, а потом приставил рядом со мной табурет и сел на него.

– Кира, не плачь. Всё будет хорошо.

– Я знаю. Просто мне очень страшно, – сказала я, вытирая слёзы. – Как ты узнал?

– Оля мне всё рассказала.

– Господи… Я так её просила. Если она проболталась тебе, то проболтается и Игорю. А это значит, что он без труда найдёт меня в деревне. А нам нельзя больше видеться. Что же мне делать?

Я почувствовала, как меня вот-вот захватит ещё одна волна рыданий. Но слова Димы притормозили этот процесс.

Он вдруг сказал:

– Кира, у меня есть одно предложение к тебе.

– Предложение?..

– Видишь ли, родители подарили мне лет пять назад квартиру в Сочи. Но я всё не хотел туда переезжать. Но когда я узнал о том, что ты… короче говоря о твоих трудностях, решил предложить тебе эту квартиру. Соглашайся, Кир. Там тебя Янковский точно не найдёт. Ведь