Подаренная Снежному. Королевство Драконов - Дора Коуст

я все-таки открыла, но исключительно от удивления. Неужели драконы умели разговаривать в своей второй ипостаси? Правда, не вслух. У меня создалось ощущение, что я слышала голос форда прямо в своей голове.

Прижавшись к нему животом, тихо сообщила:

– Для кого красота, а для кого сердечный приступ. Вы бы хоть целителя вызвали на всякий случай.

Некоторое время дракон молчал. Я уже подумала, что обидела его своим высказыванием. На самом деле он был прав. Заснеженные леса и поля, горы и реки выглядели потрясающе с высоты птичьего полета. В груди разрасталось какое-то новое пронизывающее чувство. Мне все еще было страшно. Я фактически обнимала дракона за шею, но не могла не признать его любовь к полетам.

Это было удивительно. Ни на что не похоже.

Черный дракон с всадницей у основания шеи тоже выглядел захватывающе. Я даже осмелилась помахать Ристе.

– Хочешь взлететь еще выше? – спросил Квелин, но его тон показался мне странным.

Он будто пытался говорить сдержанно.

– Не хочу, – ответила я честно. – Для первого раза достаточно. А так и должно быть, что я слышу твой голос в своей голове?

В моих мыслях дракон усмехнулся, а снаружи одновременно всхрапнул:

– Должно быть, Анатейзия. Так должно быть.

Напоследок Снежный все-таки не пощадил мои нервы. Он сделал крутой поворот и пошел на снижение. Летел стрелой до земли, а я визжала, не помня себя. Но приземлился мягко.

Когда защитная магия пропала, я просто скатилась с его спины, не чувствуя ног. Так и упала в сугроб у крыльца. Лежала и смотрела на серое небо. С него крупными хлопьями медленно падал снег.

Вернув себе свой человеческий облик, Квелин лег рядом со мной. Среди снежинок четко выделялся черный дракон. Но что странно, он с каждым взмахом явно отдалялся от охотничьего домика.

– Кажется, Ахасан полетел показывать Ристе свою пещеру, – заметил форд с довольной усмешкой.

– Пещеру? – удивилась я.

Квел усмехнулся и объяснил:

– У каждого уважающего себя дракона должна быть пещера с сокровищами, чтобы привлекать самку.

– Сами вы… Самки! – с обидой в голосе ответила я.

Квелин рассмеялся и вдруг навис надо мной. Его пальцы коснулись моей щеки. Убрав разметавшиеся волосы от лица, он поцеловал меня в кончик носа.

Сердце загрохотало у горла. Я боялась, что осмелится снова поцеловать в губы, а потому поспешила продолжить беседу:

– У тебя тоже есть пещера?

– Увы, – он даже плечами пожал, словно ему и правда было жаль, – я скучен до безобразия и предпочитаю хранить деньги и драгоценности в банке.

Я удивилась. Налицо было полное несоответствие драконьим правилам. В наших книгах пещеры часто упоминались как хранилище всего нажитого драконом.

– А как же ты тогда собрался привлекать самку? – уточнила я, почему-то представив двух драконов во вторых ипостасях посреди развалин банковского хранилища.

– Собой, – выдохнул он мне прямо в губы и склонился еще ниже.

Меня пронзил уже знакомый жар. Квелин все-таки поцеловал меня. Поцеловал по-настоящему. Мягко, нежно, волнующе. А я позволила себе этот поцелуй, позволила себе отвечать на его бережные касания, потому что была не в силах противостоять.

Я сама хотела касаться его. Но у моих слабостей имелись четкие границы.

Я позволила Квелу поднять себя на руки. Прятала пылающее лицо, уткнувшись в его шею, пока он поднимался по ступенькам и заносил меня в дом.

Лестница на второй этаж показалась бесконечной. Кажется, я слишком сильно сжимала пальцы на его плечах, но совладать со страхом не получалось.

Уложив меня на кровать, Квел поочередно поцеловал мои веки. Я отпустила его и приподнялась. Внутри меня дрожала струна. Я готовилась к новому противостоянию.

Но форд удивил:

– Отдыхай. Разберешься, как пользоваться ванной?

Я ошеломленно кивнула. Даже не надеялась, что он действительно оставит меня в спальне одну. Но именно это Снежный и сделал, а уходя, предупредил, что его комната соседняя. Если мне что-то понадобится, я могла дать ему знать.

Дверь закрылась, а я еще какое-то время так и лежала с пустой головой поверх покрывала. Но вскоре стало жарко. Да и ванну действительно хотелось принять. Разобравшись, что к чему, я понежилась в теплой воде и вышла в спальню в одном полотенце за неимением чистых вещей.

Только чистые вещи были. На кровати меня ждала рубашка Квелина. От нее пахло елью, пряниками и специями.

Накинув ее, я застегнула все пуговицы и спряталась под одеяло. Снежный все же очаровал меня, влюбил в себя. Кутаясь в его рубашку, я тайком вдыхала аромат с ткани и едва слышно вздыхала. Не могла надышаться им, не понимала, почему так бывает. За что мне эти испытания?

Я жалела себя ровно до того момента, пока в дверь не постучали.

– Войдите, – неуверенно позволила я и села.

На пороге оказался Квел с подносом. Он принес пряники и чай со специями, а мне так и хотелось спросить: где же ель?

– Спасибо, – замялась я.

С кровати не поднималась. Почти по шею закрылась одеялом, но дракон ни на что не претендовал. Он оставил поднос на столике, предупредил, что Риста и Хас вернулись, и снова вышел.

Провожая его прямую спину взглядом, я вдруг поняла, что не хочу, чтобы он уходил. Но я еще не выжила из ума. Не собиралась его провоцировать на то, о чем в первую очередь пожалею сама.

К чаю я так и не притронулась. Сил выползти из-под одеяла не осталось. Закутавшись плотнее, я отвернулась к большому окну и прижала к себе ноги.

Снаружи по-прежнему хлопьями сыпался снег.

Дверь открылась, когда я находилась на грани сна и яви. Спать хотелось, и очень сильно, но страхи не давали отпустить контроль.

Я напряглась. Каждый его шаг вторил ударам моего сердца. Слышала, как дошел до кровати. Чувствовала, как прогнулась постель под его весом, и почти не дышала.

Квелин обнял меня со спины. Не знала, как не вздрогнула. Но, подтащив меня к себе ближе, он уткнулся носом в мои волосы да так и замер.

Этой ночью он уснул первым.

Пока усталость не одолела, я осторожно гладила его пальцы.

Глава 26. Последнее свидание

Вряд ли кому-то еще в жизни удавалось проснуться, лежа на драконе. Но именно так я и проснулась. Лежала у Квелина на груди, а он обнимал меня обеими руками. Собственно, только поэтому тихонько уползти на другую часть кровати