Исчезнувшая - Кира Романовская

милая улыбка на идеальном накрашенном лице, волосы уложены в низкий пучок, ласкающий шею. Игорь разозлился на эту красавицу писаную ещё больше, потому что не мог отвести от неё взгляд, а ведь ему надо было следить за Лизой, которая была важной клиенткой агентства Филина. Пережила попытку убийства, потом избежала ещё одну, была небольшая попытка похищения, теперь за ней наблюдали во все глаза телохранители, сам Филин и Игорь, который постоянно отвлекался на Виталину.

Она при встрече взглядами лишь коротко кивнула ему в ответ, больше ни одного поворота головы в его сторону он не дождался. Игорь понемногу закипал от этой ледяной стервы. Что она хочет ему сказать? Ходила за тобой летом, а осенью побегай за мной сам?

Благотворительный показ закончился, началась часть с закусками и выпивкой, где дамочки должны были жертвовать большие суммы на благо общества. На самом деле здесь было всем дело только до самих себя и чуть-чуть до друг друга. Женщины, в основном, общались между собой, обменивались сплетнями. Игорь пристально следил за хозяйкой вечера, а потом сдал её на руки её ухажёру и стал следить за Виталиной, которая не ушла домой, к мужу и детям, как он наделся, а осталась.

Поболтала с Эдиком, потом с ещё одной дамой, которая знала ещё её матушку, затем к ней прицепилась Венера Туманова, светская львица, которая часто прикладывалась к водкопою. Игорь расположился незаметным охотником позади Полины и Венеры и слушал их разговоры.

— Полина, ты до сих пор ничего не помнишь?

— Нет. Меня теперь зовут Виталина. Я решила, что мне нужно новое имя, раз я не помню старое.

— Круто. Тоже так хочу. Так бесит меня моё имечко! Блин, вот бы меня, кто по голове-то треснул, чтоб я половину своей жизни забыла! Особенно, двух моих мужей-сволочей, вот вообще бы ни капли не переживала! Жила бы себе припеваюче. Ещё бы девственность восстановила, и вообще, считай, нулёвочый пробег!

Виталина вежливо кивала Венере, которой, похоже, было вообще плевать, она говорила, её слушали, что ещё нужно для счастья?

К концу вечера Игорь готов был прибить эту чёртову Виталину, из-за неё он проморгал Лизу Туманову и та попала в беду.

*****

На парковке возле здания, где проходил показ поздней ночью осталось всего несколько машин, две из которых были полицейскими, они уехали, как только Игорь передал им свою снятую рубашку, всю в крови известной певицы, которую чуть не убили на этом сборище.

Давлатов с голым торсом копошился возле своего багажника, выискивая там что бы ему надеть, как вдруг почувствовал движение рядом. Он резко повернулся, Виталина, в строгом чёрном пальто, красном шарфе, накинутом на волосы подошла к нему и протянула влажные салфетки.

— У тебя кровь на лице и руках, — тихо сказала она.

Игорь вырвал у неё из рук пачку с каким-то непонятным ему остервенением, и начал вытирать руки.

— Задержалась, чтобы мне помочь? — проворчал он.

— Чтобы Лизу поддержать, желающих кроме меня было раз-два и обчелся. Она не могла так поступить, это точно не она сделала...

— Знаешь, сколько я таких оправданий слышал, когда людей сажал?

Игорь усмехнулся, комкая грязные салфетки и кидая их в багажник, оставаясь всё ещё только в штанах. Ему было жарко от одного её взгляда, которым она едва касалась его тела, сосредоточив свои светлые глаза на лице. Он замер, когда она подошла ближе и коснулась его лица рукой, стирая салфеткой капли крови на лице.

— Ты и Филин сегодня спасли женщину от смерти, вы герои.

— Герои не носят плащей, — усмехнулся Игорь.

— Они, видимо, предпочитают ходить голыми, — улыбнулась Виталина. — Спокойной ночи, мне пора.

Она начала делать разворот, чтобы уйти к своей машине, и Игорь потянулся за ней, больше не смог себя сдержать в узде приличного человека. Он схватил её за руку и развернул к себе, прижавшись губами к её. Виталина будто только этого и ждала, тихо ступая за ним следом по пятам, она будто искала знак, что это можно сделать ей, или он сделает сам. Но видела только знак тормоза. Игорь целовал её так, как целовал её одну за всю жизнь. Он ласкал её губы, крепко прижимая к горящему от её близости телу. Мужчина скучал по ней, хотя они никогда не были по-настоящему вместе и близки, он всё равно скучал.

Их вечер закончился в его машине, на заднем сиденье, где он целовал её открытое плечо до изнеможения, на которое смотрел весь вечер. Игорь вдыхал всё тот же аромат запеченного яблока в карамели, которым пахли её волосы и шея. Виталина была сверху, двигала бёдрами так жадно и быстро, что он понял, что скучал не он один...

Она не сказала ему ни слова ни во время их близости, ни после. Нежно поцеловала его на прощание, оделась и уехала домой, где её заждался муж, его двоюродный брат. Игорю уже было плевать на это родовое проклятье. Он хотел взять в руки шпагу и идти биться за свою Констанцию хоть со всеми мушкетёрами королевства Виталина.

*****

Вита вошла в дом, который стал будто тюрьмой, в которую она сама вошла и заперла на ключ. Она выходила отсюда каждый день, но упорно возвращалась обратно, потому что так сама решила. В этой тюрьме кроме неё жили счастливо двое детей, которые будто не замечали, что мама и папа не спят в одной комнате, почти не разговаривают между собой и не торопятся домой после работы.

Она с силой бросила ключи от машины на полку, не заметив, что ключей от машины мужа там ещё нет. Лишь, когда Вита увидела няню на диване в гостиной, она поняла, что мужа дома не было. Жена усмехнулась про себя, она была с Игорем, а муж, наверное, с Лианой, новым администратором, имя которой всё чаще высвечивалось на экране его телефона.

Стоя под душем, Вита смывала с себя прикосновения мужчины, которые ей были приятны. Поначалу и с Ромой было приятно, он так смотрел на неё, как никто никогда не смотрел — как на богиню какую-то. Она себя таковой и чувствовала, это быстро прошло.

Вита была лишь человеком, которого по привычке любил мужчина, что всё ещё испытывал вину и стыд и изо всех сил пытался её загладить. Год, второй, потом ей это надоело, ему тоже. У них не было ничего общего, кроме детей и разговоров о них. Они давно двигались параллельными дорогами, каждый в своей машине, но всё ещё приезжали парковаться в один