Любовники - Виктория Романова

— Я не желаю видеть тебя в моём доме. Рядом с моими детьми. И рядом с моей женой. Тебе ясно? И на работе тоже можешь не появляться, твои две недели уже давно истекли.

Но она точно ненормальная! Улыбка на её лице стала лишь шире, и только сейчас я понял, что она уже нехило поддатая. Вообще удивительно, как она на ногах держится.

— Ми-и-илый, ну не ругайся, — хмельным голосом произнесла она, — Ты ведь был рад меня видеть?

— По мне похоже, что я рад?

— Зол? — судя по всему, мой рык она воспринимала как какую-то дешёвую ролевуху, — Может, тогда ты накажешь меня?

Нет уж, с пьяной говорить — только себе нервы портить. Я хотел закинуть её на плечо и вынести через порог дома, но эта пьяная амбразура вцепилась в меня своими ногтями, которыми можно было смело человека вспороть, а потом потянулась к губам.

— Я хочу свой прощальный поцелуй….

Если только с дверью. Отстранился от неё и ещё раз попытался перехватить за талию, чтобы выкинуть этот мусор из дома. Правда, зря я это сделал. Она в тот же миг смекнула, что может ещё сильнее впиться ногтями в мою шею.

— Ты чего творишь, ненормальная?

Но она не ответила, повиснув на мне в поцелуе. Сука! Ещё немного и она на меня даже свои ноги закинет. Я попытался отстраниться от неё, но ничего не вышло. По крайней мере, по-хорошему не вышло. Я уже хотел неплохо так треснуть её по шее для отрезвляющего эффекта, но меня остановило тактичное покашливание. И оно могло принадлежать только одному человеку. Самому неподходящему, если быть честным.

Как будто в жизни мало сложностей! Гнев в глазах Марины был виден даже из космоса. Одно радует, под этим взглядом Анна от меня отстала, видимо посчитав, что её миссия на сегодня выполнена. А вот у меня прибавилась лишь дополнительная куча проблем. И попробуй теперь докажи Марине, что тебе не сдались эти две недели. Особенно после такого.

К счастью для меня, она сама подняла вопрос о том, что с любовниками пора попрощаться. Одной проблемой меньше. Вот только…она же думает, что я скотина и предатель. По большому счёту, так и есть, но всё же не настолько, насколько ей кажется. Я рассказал ей всё о том, что произошло внизу, но сразу понял — не поверит. Кажется, лимит доверия окончательно исчерпан. И самое обидное то, что он исчерпывается именно в тот момент, когда ты начинаешь говорить чистую правду.

Если подводить итоги, то день рождения у меня не задался. И это было меньшим из всех моих разочарований. Утром в офисе была Анна и, чтобы не прибить её с самого начала, я решил просто вычеркнуть её из моей жизни. Выгнал её уже на следующий день, произведя расчёт и проследив, чтобы она свалила из офиса. Всё. Одной проблемой меньше.

Вот только к концу недели — она снова появилась в моём кабинете. Думал, что прибью её сразу и даже слушать не буду, но всё же сдержался. Мы несколько дней с Мариной только и делаем, что подчеркнуто игнорируем друг друга и это — моя самая большая проблема. С Анной я сейчас разберусь и избавлюсь. Скажу охране, чтобы её больше не впускали.

— Миша, — с придыханием произносит она, пока в моей голове крутятся мысли о том, как её отсюда выгнать, — Давай поговорим? Пожалуйста…я так соскучилась.

Интересно по чему. Глубоко вдохнул, но это не особо помогло, а тем временем она продолжала:

— И я так хочу тебя. Твоя жена ничего о нас больше не узнает! Обещаю! Скажи ей, что ты уволил меня, а сам…ты же знаешь, где я живу.

С чего бы? Я у неё дома никогда не был. Да, адрес работника есть в его личном деле, но зачем мне туда смотреть? Она что, думает, что я реально был ею когда-либо заинтересован? Очень…странно. И наивно.

— Слушай, — бесстрастно начинаю я, — Всё, что было в этот месяц — одна большая сплошная ошибка. Ты мне не нужна. Единственный человек, который мне нужен — это моя жена. Так что, развернись и проваливай.

Вроде…вежливо. Не очень. Но меня это не волнует. Анна дышит так громко, что это слышу даже я. Она точно хочет сказать что-то ещё, но я не хочу этого слышать. Встаю сам, подхожу к двери и открываю её для Анны, намекая, что ей пора. Провожаю её вплоть до выхода. Раз уж всё равно стал, то дам распоряжение охране лично. Эту ненормальную не впускать и вообще не подпускать ближе чем на пушечный выстрел.

Видимо, спустился я не зря, а может и зря. На парковке я видел машин Марины и то, как она хмурится. Вот чёрт, она же точно Анну видела. Беру в руки телефон и звоню ей. На этот раз она хотя бы берет трубку. Вот только — снова не верит и даже не хочет слушать.

Пока Марина полностью игнорирует меня, я вспоминаю, что у меня есть ещё кое-какие обязанности. На автомате еду сначала за Розой, а потом и за Марком. Заезжаем в магазин, закупаясь продуктами и кое-какими вредностями, а потом возвращаемся домой. Отвожу детей в их комнату, переодеваю и спускаюсь вниз, готовить незамысловатый ужин из того, что мы купили. Отварил лапшу, поджарил бекон и смешал с сыром, своеобразная карбонара. На всякий случай приготовил и овощной суп. А вот Марины всё не было. И это заметил не только я.

— Пап, — тянет Роза, накручивая на вилку лапшу, — А где мама?

— На работе.

А что мне ещё им ответить? Что я не знаю? Что она умчалась от меня со скоростью света и не желает разговаривать? Вот уж нет, только детей я ещё против родной матери не настраивал. Ложь, конечно, не лучше, но всё же. Главное, чтобы они об этом не узнали. Засыпаю я прямо в их постели, нервотрепка прошедших дней дала о себе знать.

Утром я обнаружил Марину в нашей спальне. Чуть припухшие глаза, немного размазанной туши по подушке…и это моя вина. Есть ли смысл сожалеть, если это ничего не изменит? Я хотел всё исправить, но, честно говоря, я уже боялся пытаться. Каждый раз, когда мне кажется, что вот он — идеальный момент, чтобы всё прояснить, случается очередная задница, которая всё портит. И пока я смотрел на неё — она проснулась.

— Доброе утро, — тихо говорю я, на случай, если у неё болит голова.

Они лишь кивает и осматривает комнату. Что ищет? План побега? Но вроде нет, встала и тянется к теплому халату.

— Дети ещё дома, — говорю я, — Я думаю отвезти их к родителям, чтобы…

— Нет, — почти испуганно обрывает она меня, — Они ещё спят? — я киваю, — Пусть спят дальше, а мне нужно в ванную.

— Мы можем поговорить?

— Да, конечно, — почти безжизненным голосом соглашается она, — Давай я приведу себя в порядок, мы накормим детей и пойдём в парк, хорошо? Там и поговорим.

Это спокойствие, которое исходило от неё…здесь точно было что-то не так. Ещё вчера она полностью игнорировала мои звонки, а в её глазах сверкали молнии, а что сейчас? Она что-то скрывает? Что-то задумала? Или это её попытка дать мне последний шанс объясниться? Приободренный последней мыслью, я слабо улыбнулся и кивнул. Очень надеюсь, что я оказался прав.