Колдовство любви - Аннет Клоу

— Скажи мне. Еще раз.

Он повторил их, по крайней мере, еще дюжину раз, а затем то, чего они оба ждали так долго, свершилось. Антонио любил Лали трепетно и нежно, вознаграждая ее и себя за те страдания, которые им суждено было пережить.

— Я не верила, что будет так хорошо, — обессиленная, Лали обняла супруга, благодарно ласкаясь.

— Это лишь начало, кара миа… — Антонио нежно поцеловал ее.

— Будет еще лучше?

— Конечно, и я тебе это докажу.

— Сейчас?

— Как пожелает моя госпожа… мой золотой тюльпан.

Лали получила письмо месяц спустя. Его привез Филиппо, когда вернулся из Бельфлера. Последнее время он усиленно добивался руки Доминики. Признание Никколо сняло с синьоры дель Уциано обвинение в соучастии в преступном сговоре с супругом, и Доротея не возражала против женитьбы младшего Карриоццо на ее дочери. Зато сама Доминика едва не ушла в монастырь, желая отмолить грехи отца. Бедная девушка почувствовала себя почти злодейкой, узнав о кознях отца и о том, что он приказал убить Филиппо.

Лали изо всех сил старалась помочь влюбленным, хотя и понимала, что после вскрывшихся делишек Никколо это будет сделать нелегко. Но Лали была уверена в том, что и Доминика, и Филиппо найдут своей счастье, ведь удалось же ей самой справиться со всеми трудностями после возвращения в Бельфлер. Кстати, епископ Строцци больше не обвинял дочь Бельфлера в почитании ислама. Все его помыслы были обращены на Доминику. Его забота о девушке была столь трогательной, что наводила на некоторые мысли о том: кем на самом деле был отец Доминики. Что же касалось Монны, то между ней и Лали воцарились мир и согласие.

— Письмо пришло с острова Мальты, — угрюмо сказал Антонио, стоя за спиной Лали, разворачивающей листок бумаги.

— Я вижу.

— Я оставлю тебя, — муж направился к двери.

Бросив взгляд на его напряженную спину, Лали улыбнулась.

— Останься.

Антонио секунду постоял в раздумье, затем присел рядом с женой.

— О чем тебе пишут?

Девушка протянула письмо, но он отказался взять листок.

— Фернандо предложил свои услуги рыцарям Мальты. Теперь его корабль плавает под их знаменем. А еще он желает нам счастья.

Антонио нахмурился.

— И все?

— Как видишь, — произнесла она и смахнула слезинки.

— Но ты расстроена?

— Все в порядке. Просто я никогда не была так счастлива.

Антонио притянул к себе жену и поцеловал.

— Какое счастье, что судьба оказалась к нам милостива и свела нас вместе в доме Ибрагим-паши. Но теперь я не отпущу свою маленькую птичку из клетки, в которую она меня заманила.