Гахиджи - Ирина Королева

Акил наигранно громко отряхнулся и слегка поежился: – Ух, какая бодрая водичка! – Марина тут протянула ему рубашку, и он галантно согнулся перед ней в поклоне. – Ну что, возвращаемся на берег или еще порыбачим?

Бомани задумчиво потянул мешок с уловом и начал пересчитывать крабов. Катерина смущенно покосилась на Озахара, думая о словах Марины и гадая, изменятся ли теперь их отношения с Озахаром, но он вел себя, как будто ничего не случилось. Бомани откинул мешок. – Возвращаемся на берег, – распорядился он и налег на весла. Лодка плавно скользнула. Улов был хоть и не богатый, но вполне достаточный, учитывая, что еще и трал был набит креветками. Озахар присел рядом с Катериной и подмигнул ей, а затем потянулся к тралу и принялся вытягивать в лодку длинную сеть.

Елена вместе с девчонками сидела на покрывале под широким тентом, прячущим их от полуденного солнца. Они очищали тяжелые раковины и заворачивали их в водоросли, обсуждая по ходу дела питательность моллюсков и особенности их поисков. Катерина первая подбежала и плюхнулась рядом с Еленой: – Фи, мы, что это тоже будем есть?

– Да ты что! – тут же отозвалась Юля, – Это же самая вкуснятина! – Катерина брезгливо высунула язык.

Озахар подошел и поставил возле Контара шевелящийся мешок. Катерина тут же переключилась на свою добычу: – Вот это я понимаю вкуснятина! А свои ракушки ешьте сами. Озахар, а где мы будем их варить? – спросила Катерина, но ответу помешал Контар.

– Готовить их буду я! Уж что-что, а в этом я мастер.

К их дружной компании подошел Акил с Бомани и сбросил на песок сеточный мешок из которого просвечивались больше водоросли, чем креветки.

– А вы можете пока перебрать трал, – продолжил говорить Контар и начал выгребать в песке небольшую ямку. Он сложил туда готовые раковины и вновь засыпал песком, а затем развел над ними костер.

Озахар нанизал на шампур крабов и поставил запекать. Бедные раки были еще живыми, и некоторые девушки убежали, чтобы не видеть их мучений. Катерина с Мариной присели рядом и принялись перебирать из трала крупные креветки, перемешанные с тиной и водорослями.

– Катерина, как думаешь? – тихо шепнула Марина, откидывая скользкие листья в сторону. – Я нравлюсь Акилу?

Катерина нахмурила брови и исподлобья посмотрела на девушку.

– Ну, что ты такая вредная? – застонала Марина. – Неужели трудно ответить? Со стороны ведь виднее.

– А ничего, что ты его знаешь всего второй день?

– Ой, – Марина раздраженно отмахнулась рукой. – Ты говоришь, как престарелая мамаша-неудачница!

– Ох, Марина, – вздохнула Катерина, – не знаю, как ты, а я не собираюсь разводить тут шуры-муры.

– Так и не собираешься? – хитро прищурилась собеседница. – А Озахар?

– Да что Озахар? – вскипела Катерина. – Что ты пристала! Если я с ним разговариваю, то это не значит, что я уже втюрилась в него по самые уши! Мне может вообще тут никто не нравиться и что теперь сидеть заперевшись в четырех стенах?

– Ты просто злая и очень вредная! – в очередной раз обидевшись, буркнула Марина. – И как только Елена тебя терпит! – с этими словами она бросила сеть и отошла к компании возле тента.

Катерина разочарованно опустила мешок «И ничего я не вредная» – подумала она, глядя в спину удалявшейся Марины – «Это ты помешанная на тестостероне». От компании под тентом отделилась Елена и направилась на помощь сестре. Катерина тут же улыбнулась:

– Ты будто чувствуешь, когда мне нужна твоя помощь!

Елена покачала головой: – Я просто за тобой наблюдаю. Как продвигается работа?

– Да просто ужас! – Катерина выглянула из-за Елены и громко крикнула. – Эй! Молодежь! Мы что вдвоем должны тут капаться? А вы все только есть?

Катерина заметила, как сидящий возле костра Озахар, сразу обернулся на её голос,.ласково улыбнулся, а затем быстро поднял большую часть народа, отправляя его на помощь Катерине. Через пять минут трал опустел, а на широкой чаше возвышалась целая груда шевелящих щупальцами и таращащих черные глаза-бусины, креветок. Их Контар также готовил в песке, одновременно запекая над костром оставшихся крабов. Катерина с Еленой вернулись под тент и включились в общий разговор, с аппетитом вдыхая чудесные ароматы. Акил вытащил из воды сетку с охлажденными бутылками вина и, разбавив напиток водой, угощал девушек. Бомани принес из седельной сумки бутылки с пресной водой и свежие овощи, преимущественно огурцы, а Гьяси принялся развлекать всех губной гармошкой. Озахар перевернул первую партию крабов и, оторвав одну клешню, весело сел рядом с Катериной.

– Смотри, какая вкуснятина! – сказал он, разламывая горячий панцирь и вытягивая сочное мясо. – Открывай рот!

Катерина, все еще чувствуя перед ним смущение, послушно открыла рот, но тут же зажмурилась от удовольствия: – М-м-м… Никогда не ела ничего вкуснее!

Озахар весело подмигнул ей: – А я что говорю!

Марина тут же уперла руки в боки: – А нам! С чего это Катерине такие привилегии!

Акил тут же кинулся к костру и оторвал другую клешню, преподнося её Марине. Через минуту не до конца зарумяненных крабов буквально на глазах разорвали на части. Озахар, сидящий между Катериной и Еленой, ухватил для сестер целых четыре клешни и немного икры, спрятанной под панцирем.

– Девочки, вы обжоры! – кричала Катерина, сама с не меньшим удовольствием поглощающая сочное белое мясо и запивая разбавленным вином. – Ешьте свои раковины! – но когда Контар откопал из песка запеченных моллюсков, и Катерина все же рискнула их попробовать, то теперь Юля передразнивала её недавнее отвращение. Бомани сидел возле Елены по другую сторону от Озахара. Он постоянно подливал сестрам все менее разбавленное вино и упорно игнорировал осуждающие взгляды Озахара.

– Ну и, значит, я замахиваюсь трезубцем! – продолжал рассказывать Паки, – протыкаю краба насквозь, а он вот такой ширины! – Гахиджи развел руки в стороны примерно на метр, – а этот злодей, стоило только опустить его в лодку и избавить от трезубца, кидается прямо на меня! Вы не представляете, какой величины были у него клешни!

– Да ладно врать! – захохотал Гьяси, – это, наверное, был совсем детеныш! Просто ты пользуешься тем, что был один, и никто не может подтвердить твоих слов!

Катерина громко рассмеялась, откинув голову назад, как вдруг почувствовала прикосновение к плечу пальцев Озахара. Она медленно повернула голову и посмотрела на Гахиджи. Прикосновение было совсем легким, но её голова тут же закружилась.

– Комар, – тут же пояснил Озахар. – Я отправил его восвояси и наказал кусать кого-нибудь другого, только не тебя.

Катерина удивленно приподняла бровь: – Прям-таки и наказал?

– Да, – спокойно ответил Гахиджи.

И Катерина прыснула со смеху: – Ты прям Маугли какой-то! А комар тебя послушался?

– Конечно! – расцвел он озорной улыбкой, – Я ведь главнее его в мире природы!