Красотка для подиума - Маша Царева

Лизка скорчила смешную физиономию за ее спиной. Не обращай, мол, внимания.

– По-моему, вы рехнулись. – Николь наконец остановила свой выбор на салате с маринованными мидиями. – Настя, то, что ты мне пыталась рассказать по телефону, – полный бред. Вы что, не понимаете, что модельных агентств сейчас как грязи.

– Вот именно! – усмехнулась я. – Как грязи, сплошная грязь! А у нас будет нечто другое.

– И как ты себе это представляешь? – прохладно усмехнулась Николь. – Если не будет грязи, на чем же мы будем зарабатывать деньги? Об этом вы, начинающие бизнесвумен, конечно, не подумали?

– Ну почему же, – встрепенулась Лизка, – мы заключим эксклюзивные контракты с какими-нибудь модельерами. И будем предлагать своих девушек журналам.

– А еще, – перебила я, – еще мы можем провести конкурс красоты! Чтобы заявить как-то о себе! – Эта элементарная мысль пришла в мою голову только что. И как я раньше об этом не подумала? – Девчонки, мы же познакомились на конкурсе красоты! Будет так символично, если мы проведем его все вместе!!

– Конкурс, – криво усмехнувшись, протянула Николь, – тот конкурс был моим единственным. Мне еще предлагали участвовать в «Мисс Москва», но потом было сказано, что я слишком старая.

– А мы нарушим привычные возрастные рамки, – подала голос Лизка, – это будет конкурс не истощенных моделей, а по-настоящему красивых женщин. От двадцати до тридцати лет.

– Но тогда это будет уже не модельное агентство, – с сомнением возразила Николь.

– Это будет агентство красавиц, – улыбнулась я, – мы сломаем привычные каноны красоты. Будем брать всех красивых женщин, а не только тощих дылд.

– Не знаю… – Николь промокнула тонкие, красиво очерченные губы льняной салфеткой. – С конкурсом, может, и хорошая идея… Я, пожалуй, могла бы поговорить с мужем. Но агентство… Мы не выживем. Нас сожрут.

– Ура-а! – Лизка захлопала в ладоши, как малышка на детском утреннике. – Надо же с чего-то начинать. Пусть пока будет просто конкурс.

– Можно пригласить Лену Штиль, – сказала я, – где-то у меня были ее телефоны. Она могла бы быть директором. А в жюри можно позвать одну мою парижскую знакомую – Амалию Роша.

– Саму Амалию Роша? – удивилась Николь. – Она приедет, если ты ее пригласишь?

– А у меня есть личный переговорщик, – со смешком я кивнула на Лизку, – эта кого хочешь уболтает.

– За это надо выпить.

Не дожидаясь официанта, Лизка ловко откупорила заранее заказанную бутылку шампанского, которая ждала своего часа в наполненном льдом мельхиоровом ведре. Видимо, бутылка охладилась недостаточно, потому что пробка, к неудовольствию остальных посетителей ресторана, с громким хлопком взлетела вверх.

Три хрустальных бокала с интеллигентным звоном встретились над покрытым клетчатой скатертью столом. Три головы – блондинистая, темная и рыжая – склонились над листом бумаги, на котором деятельная Лизка уже успела набросать какие-то кривые запутанные схемы.

Я подумала, что надо бы прервать неловкое молчание каким-нибудь подобием праздничного тоста. Все же такое дело начинаем.

Но Лизка, как всегда, меня опередила.

Она выпрямила спину, поправила выбившуюся из прически прядь и звонким своим голосом громко сказала:

– Девочки! За нас!