Чёрный феникс - Софи Росс

Просто чтобы не упасть. Устоять на ногах и не растечься довольной лужицей перед ним. Только поэтому.

Разворачивает меня спиной к себе, перебрасывает волосы на одно плечо и прижимается губами ко впадинке на плече. Мокрый след, легко тянет кожу губами и тут же отпускает, чтобы отпечатков не осталось.

А мне они так нужны сейчас. Как воздух.

— Это что за квест такой? — усмехается и скользит пальцами, прочерчивая линию позвоночника.

Смеюсь, потому что в точности так подумала о дорожке маленьких пуговиц во всю спину, когда увидела это платье в магазине.

— Можно в суд подать на разработчиков? Это же никакого терпения не хватит, — я хватаюсь за край раковины, когда пальцы со слегка грубыми подушечками начинают петля за петлей расправляться с испытанием моды.

Я крутилась перед зеркалом не меньше получаса, когда пыталась застегнуть их все, и становится даже немного обидно, что Матвею удается спуститься вниз за какую-то несчастную минуту.

Задыхаюсь, потому что вместо того, чтобы снять с меня платье, Матвей кладет ладони мне на бедра и резко вжимает ягодицами в пах, где концентрируется его желание. Очень твердо концентрируется.

— Хочу тебя, малышка, но не уверен, что после одного раза смогу отсюда выпустить, а без тебя там, по-моему, все развалится.

Что?..

Что он говорит?

Я ничего не понимаю, мне хочется молча и дальше ощущать его прикосновения.

Сама подаюсь навстречу, трусь о твердый член и спускаю с одного плеча платье, наблюдая за проступающей темнотой в мужских глаз вполоборота.

Пальцы впиваются сильнее в бедра. До легкой боли. Только это совсем не работает.

Хочу ещё.

— Провокаторша, — оставляет поцелуй на плече, тянет ткань ниже и обхватывает грудь ладонью через тонкий полупрозрачный лиф.

Оттягивает чашечку, касается затвердевшего соска, а я, кажется, готова кончить даже без его пальцев между ног. Мне хватит горячего дыхания на шее и бесстыдной ласки груди.

Сумасшествие какое-то.

Как же я скучала по нему все это время…

Словами передать не получится, а вот стонами, которые то и дело слетают с моих приоткрытых губ, очень даже можно. Потому что они становятся все громче с каждым бесстыдным движением мужчины за моей спиной.

— Пожалуйста… — вырывается из моего рта, и Матвей в точности угадывает направление просьбы.

Он избавляет меня от платья и тут же расстегивает свою рубашку, чтобы я могла обнаженной спиной прижаться к его телу. Ладони скользят по груди, обрисовывают чуть выступающие ребра и одна из них ныряет под резинку трусиков.

Мне нужно не так много. Всего лишь несколько правильных касаний, чтобы в следующую секунду сдавленно захныкать в прижатую к моим губам руку, глушащую звук, от ошеломляющей волны оргазма.

— Когда тебя увидел, подумал, что еще красивее ты быть не можешь. Показалось, — самодовольно ухмыляется мне с отражения в зеркале, стоит мне распахнуть зажмуренные от удовольствия глаза, и поправляет сдвинутое им же самим белье на мне.

Один — ноль.

Дурацкое сердце обыгрывает разум.

Глава пятьдесят седьмая. Рокси

Если я прямо сейчас не возьму перерыв — взорвусь.

Натуральным образом лопну от переполняющих меня эмоций и растекусь не очень красивой лужицей по полу, как будто уборщикам мало было шоколадного безобразия.

Я просто ненавижу выступать перед большим количеством человеком. Честно говоря, толкнуть какую-то речь перед одним для меня уже огромная проблема, а сегодня приходится регулярно это делать перед целым залом абсолютно незнакомых людей.

— Мань, поговори со мной? — пришлось прятаться на кухне, потому что занимать уборную в очередной раз не очень хотелось, а на улице был риск подхватить температуру и красное горло.

— Ты просто… Вау! Я смотрела прямой эфир, мне все очень понравилось! А это платье? Откуда ты вообще его взяла? Вроде другие фотографии мне отправляла… — я даже через телефон могла почувствовать, что подруга улыбается.

— Так оно и было другим. Просто в последний момент… Думаю, надо мной сегодня потрудилась фея-крестная. Фей, если точнее.

Фей, после свидания с которым у меня до сих пор подкашиваются коленки, а тело отчаянно просит продолжения.

— Ты что, нашла себе замену? А Матвей знает? Мы подруги, но я все равно не одобряю, — а теперь Маша, должно быть, нахмурилась и абсолютно точно погрозила пальцем в воздухе.

— Да никого я не нашла… Мне испортили платье, а Матвей откуда-то достал новое. Как раз то, которое ты видела в эфире. Оно просто потрясающее, я вообще не хочу его снимать. Так и буду по дому в нем ходить.

— А… Так вот зачем он у меня размеры твои спрашивал… А я все никак сообразить не могу. Обычно на примирения украшения дарят, а ему нужен был размер одежды, а не пальца, — подруга выдала задумчиво, а у меня на лице теплая улыбка.

— Какая-то ты неправильная подруга, Манюнь. Правильные звонят сразу же после расспросов мужчин их подруг и докладывают все практически дословно.

— Испортить сюрприз? Как можно! Я вообще целиком и полностью на его стороне, если ты не заметила. Это в твоем учебнике «правильности» тоже порицается?

— Да.

— Ну и ладно, пусть я буду ужасной, но вы все равно помиритесь.

Я вздохнула.

Большая часть меня тянулась к этой стороне решения вопроса, но я ведь осознавала, что сожру себя, если мы с Матвеем сделаем вид, будто ничего не было. Будто я не находила под нашей кроватью чужое белье, будто мой сюрприз после больницы удался и я встретила своего мужчину по намеченному за день без него плану.

Сложно все это. Сложно доверять без доверия. Какая-то я, наверное, сама неправильная.

— Ты чего там так тяжело дышишь? — Маня встрепенулась после моей паузы.

— А мне уже и дышать нельзя?

— Можно. Желательно в промежутках между примирительными поцелуями…

— Ай!

Телефон от испуга вывалился из рук, а по щеке теперь стекала непонятная липкая субстанция.

Я обернулась и тут же получила новый мазок, кажется, сливками теперь уже по кончику носа. Машинально выставила язык, попытавшись слизать все это безобразие, но он у меня не настолько длинный, достать не получилось.

— Открой рот, — Матвей хитро щурился и держал в руке вазочку взбитых сливок. Рядом на стол приземлилась тарелка с клубникой на деревянных шпажках.

— Это еще что за непристойные предложения посреди моего рабочего процесса? — я улыбнулась и стерла пальцами сливки с лица. Коснулась языком подушечек и блаженно зажмурилась от сладкой патоки во рту. Живот тут же отзывчиво заурчал.

— Кормить тебя буду. Открывай, а то опять испачкаю.

Пришлось подчиниться. Осторожно стянула губами ягоду в сливках и готова была застонать