Соблазненная подлецом - Луиза Аллен

— По его словам, замужняя женщина не имеет смысла для него, — сказал Люк так спокойно, что она сразу не поняла, что он имеет в виду.

— Замужняя? Ты хочешь на мне жениться?

— Конечно. — Он улыбнулся, когда увидел, сколько радости принесли его слова. — Нет необходимости беспокоиться о церемонии. Нас может обвенчать викарий в церкви Сент-Джеймс напротив «Олбани». Я могу достаточно легко доказать свою религиозность, хотя меня трудно назвать усердным прихожанином. Ты не против церкви Сент-Джеймс?

— Против? Но ты не можешь на мне жениться, Люк. Тебе нужна жена-француженка. И, ради всего святого, мой дед был бакалейщиком!

— Так ты хочешь снова стать моей любовницей?

— Конечно, — сказала она в нетерпении оттого, что он не понимает. — До тех пор, пока ты будешь желать меня.

— Я хочу, чтобы ты навсегда осталась со мной. — Он покачал головой, досадуя на взаимное непонимание. — Я не знаю, что такое быть влюбленным. Я сделаю все эти нелепые вещи, которые ничего не значат. Да, ты — англичанка, но можешь учить французский, наши дети смогут расти в обеих странах. Наш первенец конечно же унаследует титул, поэтому он должен чувствовать себя больше французом, чем англичанином, но я знаю, что ты меня поддержишь в этом.

— Дети… — прошептала она и кивнула, пробуя на вкус это слово.

Их дети. Она захотела поцеловать его.

— Д’Онэ не женятся по расчету, — сказал с горечью Люк. — Я прямо слышу, как звучат эти слова в моей голове. Я был дураком, предвзятым дураком. Ну, этот д’Онэ женится по любви. Я нашел умную, смелую, красивую женщину, которую обожаю и которая всегда будет на моей стороне.

— Брэдон может подать в суд за потерю моего приданого.

— Тогда пусть забирает свое проклятое приданое, — сказал Люк. — Насколько твой отец любит тебя? Решится ли он на твой брак с французским графом, которого ждет многообещающая карьера на флоте, пока идет война, и который сможет жить в двух странах, когда война закончится? Отдаст ли он все причитающееся Брэдону, если я не стану просить у него приданого для тебя? В конце концов, как он и хотел, он получит зятя, обладающего некоторым влиянием и репутацией.

— Ты смог бы так поступить?

— Конечно. Я отдам все до гроша, чтобы сохранить тебя. Эйврил, ты перевернула мою жизнь вверх дном. Я думал, что знаю, чего хочу, оказалось, все, что мне нужно, — это ты. Ты станешь моей женой?

Внезапная неуверенность в его голосе тронула ее сердце. Он так силен, так уверен в себе, а не знает, что она ответит ему.

Она сглотнула, пытаясь найти нужные слова, он встал на колени в раскачивающемся экипаже и взял ее руки в свои:

— Я люблю тебя, Эйврил Хейдон. Выходи за меня замуж, и я клянусь, что ты никогда не пожалеешь об этом. Выходи за меня, я не смогу без тебя жить.

— Я должна выйти за тебя, — сказала она, подняв их соединенные руки и целуя его пальцы. — Потому что я не могу жить без тебя. Jet’aime.

— Это, — Люк сел рядом с ней и обнял, — весь тот французский, который тебе будет нужно знать в течение долгого, очень долгого времени.

Экипаж приближался к Пикадилли и старой церкви, но Эйврил не замечала этого, покоясь в сильных руках Люка, чувствуя нежность его поцелуев и слыша его слова, которые хотя и не могла понять разумом, но почувствовала сердцем, потому что это слова любви.