Защити свою любовь - Люси Скоур

– Меня беспокоит, что с тобой происходит нечто, выходящее за рамки моей врачебной компетенции, – наконец сказала Мак.

– Полная открытость. Я упал лицом в землю, перепрыгивая сегодня утром через этот гребаный забор. Я приземлился в кусты. – Он погладил рукой ссадину на подбородке. – Мне показалось, что нужно решить эту проблему с помощью цепной пилы.

Мак засмеялась.

Линка в кровати не было.

Его красивой собаки тоже.

Прошлой ночью Мак сама решила остаться после двух атлетических раундов секса, принесших необыкновенное удовлетворение. Они забыли о борьбе. Но Мак обошла Линка по количеству оргазмов и считала себя победительницей.

Что же до кровати, то она была такой большой и красивой, о какой можно было только мечтать. Широченный матрас занимал большую часть чердачного помещения. Он был достаточно мягким для того, чтобы нежно обнять израненное тело, но довольно жестким для того, чтобы не казалось, будто проваливаешься в облако.

Простыни были чистыми и хорошего качества. А еще там были подушки. Много-много подушек. Это было что-то декадентское, то, о чем Мак забыла за многие годы командировок и сна на узких койках в комнатах отдыха санитарной авиации. Но теперь вспомнила. Прижавшись лицом к подушке, на которой ночью покоилась голова Линка, Мак вздохнула.

Провести с ним ночь не входило в ее планы. Но Линк, напевающий в душе песню Бейонсе, оказался гораздо убедительнее, чем она думала.

Когда комната осветилась лучами восходящего солнца, Мак потянулась.

Комната выглядела по-спартански, чувствовалось, что живущий в ней человек любит порядок. У стены напротив кровати с двумя ночными столиками стоял неописуемый комод. В углу Мак увидела две корзины с чистым, постиранным бельем.

Надев на себя его форменную толстовку с капюшоном, она на цыпочках спустилась по лестнице, чтобы не нарушить удивительного исполнения песни Irreplaceable.

Под босыми ногами был холодный бетонный пол. На кухонном столе Мак обнаружила кофеварку марки Keurig и была приятно удивлена, найдя рядом с ней коробку с зеленым чаем в капсулах. Там же стояла казавшаяся подозрительно новой кружка.

«Самому прекрасному травматологу в мире».

Мак фыркнула и включила кофеварку.

В ожидании, пока она нагреется, Мак огляделась. Кухня была едва ли больше ее собственной. Шкафы и столы были расположены вдоль одной стены. Обычные серые шкафы. Мак открыла шкаф рядом с раковиной.

Видимо, подглядывала не одна она. На полке рядом с большой картонной коробкой коктейля для наращивания мышечной массы стоял контейнер с ее любимым белковым порошком. В холодильнике и морозильнике Мак нашла приемлемые ингредиенты для смузи и принялась за приготовление двойной порции.

К тому времени, когда Линк спустился вниз, одетый в форменную рубашку-поло и свободные брюки с большими карманами, на этот раз насвистывая что-то похожее на балладу из репертуара дуэта Холла и Оутса, у нее уже были готовы два протеиновых смузи.

Линк был невероятно эффектным. Сексуальным. Притягательным. От него было не отвести глаз.

– Это мне нравится, – сказал он, поворачивая кепку назад, чтобы она не мешала ему поцеловать Мак.

– Что? Милая босоногая женщина на кухне? – поддразнила она, отстраняясь от него и удивляясь тому, что ее тело так быстро возбудилось от легкого утреннего поцелуя.

Линк ущипнул ее за обнаженную ягодицу под толстовкой.

– Умница. Ты в одной моей толстовке со спутанными волосами и мечтательными глазами.

– Замолчи. Они совсем не мечтательные.

– Как бы я хотел остаться и доказать тебе, что ты ошибаешься, – сказал он, беря чашку со смузи и с удовольствием пробуя его. – М-м-м, сексапильный доктор в моей толстовке и полезный завтрак. Сегодня я точно смогу всех спасти.

– Тебе виднее. – Мак взглянула на часы на стене, механическую комбинацию зубчатых колесиков и шестеренок. – Ты рано уходишь.

– Нужно забрать Саншайн у моей сестры. По выходным Бек любит поваляться в постели, – усмехнулся он.

– Я могу забрать ее, – предложила она. Все равно большую часть дня она проведет дома. Не повредило бы иметь рядом с собой лохматого компаньона.

Лицо Линка просветлело.

– Не обнадеживай себя, – сказала она, обороняясь. – Мне нравится твоя собака. Сегодня у меня выходной. Я могу забрать ее в любое время. Это не предложение руки и сердца.

Он посмотрел на часы на руке, а потом снова на нее и плутовски усмехнулся.

– Это сэкономит мне четверть часа, которую я мог бы использовать на кое-что другое.

– Например? – подозрительно спросила Мак.

Скользнув руками по ее телу, он опустился перед ней на колени.

– О. Это, – затаив дыхание, проговорила она.

Его большие, мозолистые ладони скользили по ее бедрам до тех пор, пока не коснулись края толстовки. Мягкая ткань собралась в сборки, когда он вздернул ее к талии.

Расставив ноги пошире, Мак похвалила себя за то, что так уступчиво и уважительно относится к поистине восхитительному утреннему ритуалу Линка.

– Прошлой ночью я мечтал о том, чтобы трахнуть тебя языком, – сказал он, обжигая своим горячим дыханием ее голую кожу.

Мак, как зачарованная, наблюдала за тем, как он прижимается губами к ее промежности. При этом он не спускал с нее своих голубых глаз. Из ее горла вырвался стон, когда его язык, его чертов умелый язык, устремился вперед и скользнул в ее влагалище.

– Я не могу насытиться твоим ароматом. – Словно в подтверждение он погрузил в нее два пальца. Раздвинув ноги шире, она смотрела, как он вытащил пальцы, а потом вложил их себе в рот. У нее задрожали ноги, и это не укрылось от его глаз.

– Ляг на пол и раздвинь для меня ноги, Дрими.

– Что будет с тобой и твоей кухней? – прошептала она, уже уступая.

– Какая разница, на кухне ты или в любой другой долбаной комнате. – Он застонал, когда она раскрылась перед ним.

– А пол чистый? – спросила она.

– Достаточно чистый, чтобы есть с него. – И с этими словами он опустил голову меж ее ног. Его язык без устали атаковал ее клитор. Его пальцы – теперь их было три? – вонзались в нее, до предела растягивая влагалище. И, о, как это нравилось Мак.

Она не могла опираться на левую ногу в ортопедическом сапоге. Но это было уже неважно, так как Линк закинул ее ноги себе на плечи. Он пожирал ее.

– Смотри, как я вылизываю тебя, Маккензи. Смотри на меня.

Когда она приподняла голову, их глаза встретились. Ее пресс напрягся, когда она в первый раз ощутила, как трепещут измученные мышцы ее влагалища.