Нарушенная клятва - Софи Ларк

Думаю, Кэл и Данте уже нашли его. Они, вероятно, позвонят мне в любую минуту.

Я бездумно переворачиваю телефон Рэйлана в руках, ожидая, когда на экране высветится сообщение о звонке. Когда этого не происходит, я кладу телефон на кухонный стол и открываю ноутбук.

Я все еще отвлекаюсь. Мой мозг все время возвращается к нашей прогулке с Рэйланом по березовой аллее.

Я скучаю по нему.

Это звучит так нелепо, но это правда. Я так привыкла, что он почти всегда рядом со мной. Когда он уходит куда-то еще, я чувствую его отсутствие.

Рэйлан стал, как солнечный свет на моей коже. Теплый, успокаивающий, оживляющий. Когда он уходит куда-то еще, я чувствую холод и уныние. Как цветок, который ждет возвращения солнца.

Это нелепо, я знаю. Я говорю себе, что нужно встряхнуться и вернуться к работе. Потерять себя в схемах, документах и договорах купли-продажи, найти свое удовольствие в труде, как я всегда делала раньше.

Я слышу, как дом скрипит и стонет, когда солнце опускается все ниже и тепло дня уходит. Изменение температуры заставляет старое дерево сжиматься. Кажется, что наверху кто-то ходит, хотя я знаю, что сейчас в доме только мы с Рэйланом.

Я не потрудилась включить свет. Теперь, когда солнце садится, кухня становится тусклой и темной. Экран ноутбука подсвечивается, так что для работы свет мне не нужен. Но я все равно чувствую порыв встать и щелкнуть выключателем. Я чувствую беспокойство, крошечные волоски поднимаются на моих голых руках.

Телефон Рэйлана жужжит на столе, пугая меня. Я поднимаю трубку и вижу номер Кэла.

— Привет, — говорю я.

— Привет. Я хотел сообщить тебе, у нас нет Джоша.

Мой желудок опускается вниз, как лифт.

— Что случилось? — спрашиваю я.

— Мы позвонили дяде Орану, и он сказал, что Джош сегодня не пришел на работу, он заболел. Поэтому мы поехали к Джошу домой. Но там никого не было. Там был полный бардак. Трудно было сказать, собрал ли он вещи и убрался, или он просто неряха.

— В его офисе тоже так, — говорю я Кэлу.

— Мы обыскали все улицы, чтобы узнать, нет ли где-нибудь его машины. Подкупили его соседа, но он сказал, что Джош уехал утром в обычное время, и он не видел, чтобы он возвращался. Мы следим за всем, что только можно придумать…

— Вы проверили квартиру его девушки?

— Да, дядя Оран рассказал нам о ней. Она была на работе, сказала, что не разговаривала с ним. Мы взяли ее телефон, пытались отправить смс и позвонить ему. Не отвечает. Мы заставили ее отдать нам ключи и обыскали квартиру. Ничего, блять.

Мне совсем не нравится, как это звучит.

Мы заканчиваем разговор.

Мой желудок сжимается и скручивается. Меня колотит от беспокойства.

Почему Джош вдруг уехал?

Он должен знать, что мы узнали о его поступке. Но откуда он мог это знать?

Может, это совпадение? Неужели он всегда планировал взять деньги и сбежать, как только соберет достаточно денег?

Я не верю в такие большие совпадения. Он исчезает в тот самый день, когда мы его ищем? Это кажется странным.

Может, он узнал, что Люси послала мне эти файлы. Я никогда не просила ее держать это в секрете.

Я помню, как Рэйлан отреагировал, когда я рассказала ему о переписке. Он выглядел неловко, как будто я совершила ошибку. Можно ли отследить IP-адрес? Если я писала Люси с этого ноутбука, мог ли кто-то определить, откуда пришло мое письмо? Могли бы они узнать, где я прячусь?

Я говорю себе, что у меня просто паранойя. Здесь я в безопасности — вот почему Рэйлан привез меня на ранчо.

Это было просто письмо.

И все же мне хочется, чтобы Рэйлан был здесь, рядом со мной, а не в поле, собирая лошадей.

Я тихо сползаю со стула и подхожу к стойке, где в резном деревянном блоке аккуратно уложены в пазы ножи Селии. Я достаю один из ножей, не тесак, он слишком большой и громоздкий. Вместо него я беру нож для рыбы — длинный, тонкий и смертельно острый. Затем я снова возвращаюсь к столу.

В кухне становится совсем темно. Я могла бы включить свет, но что-то подсказывает мне не делать этого. Вместо этого, очень тихо, я закрываю экран ноутбука, гася последние лучи света.

Затем я сижу в темноте и прислушиваюсь.

Сверху доносится тоненький скрип. Я уже хорошо знаю этот дом на ранчо. Думаю, этот звук доносится из гостевой спальни. Моей спальни.

Я помню, как Джинн ждал меня в бассейне. Как он ждал почти час, тихо и неподвижно, на дне бассейна. Должно быть, он видел, как я прыгнула в воду. Он смотрел, как я плаваю взад и вперед по бассейну, над его головой. Он наблюдал за мной снизу, как акула. Нет… как угорь в пещере.

Джинн — хищник из засады.

Он любит прятаться, ждать и наблюдать. Наслаждаясь беспамятством своей жертвы. Позволяя им подбираться все ближе и ближе.

Затем, когда наступает подходящий момент… он набрасывается.

Мое сердце колотится о ребра. Все это может быть полной фантазией. Нет причин думать, что Джинн нашел меня здесь. Нет причин думать, что он прячется наверху, в моей комнате, только потому что я услышала пару скрипов.

Но я не могу выбросить из головы эту картину — темную фигуру, лежащую в ожидании под моей кроватью. Ждет, когда я лягу и усну, чтобы подняться снизу и снова обхватить мое горло.

Я застыла на месте, желая выйти к Рэйлану, но боясь пересечь темные поля в одиночку. Я сжимаю в кулаке рукоятку ножа для рыбы, застыв неподвижно на кухонном стуле. Мои уши напряжены в поисках любых других звуков, которые могли бы подсказать мне, реально ли то, что я себе представляю, или это всего лишь параноидальная фантазия, как у ребенка, который выбегает из подвала, думая, что за ним по пятам идет монстр.

Тишина. Полная тишина.

Я идиотка. Я просто заставляю себя бояться, сидя одна в темной кухне.

Тем не менее, я хочу видеть Рэйлана так, как никогда никого не хотела видеть. Если бы он сидел рядом со мной на веранде, с напитком в каждой из наших рук, я бы ничего не боялась.

Он, должно быть, уже почти закончил с лошадьми. Я собираюсь выйти ему навстречу.

Все еще держа нож, почти забыв, что он у меня, я быстро иду к двери кухни. Там так темно, что