Хоккейная сделка - Кристен Граната

— Я просто пытаюсь внести немного легкомыслия в эту атмосферу, — Ария сочувственно хлопает его по плечу. — Читай между строк, приятель.

С тех пор, как мы ступили на порог здания суда, он без умолку исполнял «Chapel of Love» The Dixie Cups, «Let's Get Married» Jagged Edge и «Let's Pretend We're Married».

Но это не момент для радости. Мы не двое влюбленных, собирающихся дать друг другу клятву в вечной любви. Рядом со мной сидит прекрасная женщина, носящая кольцо моей матери, однако все в этом моменте неправильно. Этот день — лишь болезненное напоминание о том, какой мерзавец дед, заставивший меня принять безумное решение жениться на ком-то, чтобы сохранить фамильную виллу.

Я не хочу выплескивать свое разочарование на МакКинли. Он оказывает услугу, будучи нашим свидетелем в этот непростой день. Тем не менее, я не в силах совладать с этим гнетущим настроением.

Ситуацию усугубляют люди, которые непрерывно делают снимки и просят автографы, несомненно, распространяя новость о свадьбе по всему миру.

Тревога тяжелым грузом ложится на грудь, сдавливает горло, и дрожь в руках заставляет меня подняться со стула.

— Я скоро вернусь.

Я направляюсь в туалет и умываюсь холодной водой. Я опираюсь руками на раковину и опускаю голову между плеч, делая глубокий вдох.

Один, два, три, четыре.

Выдох через губы.

Один, два, три, четыре, пять, шесть, семь.

Я вздрагиваю от нежного прикосновения к спине.

— С тобой все в порядке, здоровяк. Просто продолжай дышать.

Я поднимаю голову и встречаюсь с обеспокоенным взглядом Арии в зеркале.

— Ты зашла в мужской туалет.

Она ухмыляется.

— Ничего такого, чего бы я не видела раньше.

— Извини, я хотел…

— Не извиняйся, — ее ладонь делает небольшие круги между лопатками. — Я знаю, что это странный день, но напомни себе, почему мы это делаем. Мы берем все под свой контроль. Ты держишь в руках власть и ключи от виллы родителей.

Она права.

Я все контролирую. А не мой дед.

Я поворачиваюсь к ней и нежно касаюсь костяшками пальцев ее щеки.

— К слову, выглядишь великолепно.

Она бросает взгляд на свое кремовое трикотажное платье.

— Мне пришлось что-то купить к этому случаю. Я не осознавала, сколько у меня черной одежды, пока не пришлось искать что-то белое.

— Ты потрясающе выглядишь в любом цвете.

Я убираю руку от ее лица, сопротивляясь желанию притянуть для поцелуя.

Это то, с чем у меня возникают трудности с тех пор, как мы вернулись из Греции.

Я знал, что она собирается улизнуть и поискать то видео, которое разместил на сайте Кортни. Но не ожидал, что во время просмотра будет трогать себя. Застать ее с пальцами в трусиках, с жарким румянцем на щеках, с похотливым взглядом в глазах… Моя сдержанность лопнула. В ту ночь мы переступили черту, но я не могу найти в себе силы пожалеть об этом. Образ ее полностью обнаженной передо мной, с лодыжками на плечах, пока она растирает мою сперму по своей киске — как я могу сожалеть об этом? Как будто рациональная часть мозга отключилась, и теперь, когда почувствовал ее вкус, я хочу большего.

Я изгоняю это воспоминание из своей головы, чтобы не встать с бушующим стояком перед тем, как мы предстанем перед судьей.

— Я тут подумал, раз сегодня не так холодно, может, я тебя покатаю, прежде чем придет время забирать Джулиану из школы?

Она кокетливо шевелит бровями.

— А я вот подумала, что мы могли бы уже заняться супружескими обязанностями.

Я фыркаю от смеха и качаю головой.

— Ты невероятна.

— Но ведь это заставило тебя рассмеяться, — улыбается она. — Конечно, я с удовольствием прокачусь на мотоцикле, но, если уж на то пошло, не откажусь прокатиться и на тебе.

Мои плечи трясутся от смеха.

— Давай, юмористка, — я шлепаю ее по попе. — Пойдем сделаем из тебя добропорядочную женщину.

Когда подошла наша очередь в зале суда, мы встаем друг напротив друга, беремся за руки и произносим клятвы, чтобы этот брак обрел законную силу.

Обещаю с этого дня быть вместе в богатстве и бедности

В болезни и здравии

Обещаю любить и лелеять тебя

Пока смерть не разлучит нас

Это стандартная клятва, но когда я произношу ее, глядя в большие карие глаза Арии, они словно обвиваются вокруг сердца. Более того, в том, как искренне она смотрит на меня, когда повторяет слова за судьей… Я знаю, что для нее это игра, способ получить сто тысяч долларов на свой банковский счет. Но в те короткие секунды, когда она встречается со мной взглядом и обещает любить и лелеять меня, я позволяю себе поверить в ее искренность.

Потому что хочу, чтобы ее слова были искренними. Потому что сам говорю от всего сердца.

Потому что, как бы ни старался уберечь свое сердце, я влюбляюсь в женщину, на которой женюсь.

И прекрасно осознаю, что она может никогда не ответить мне взаимностью.

— Ты же не будешь ехать слишком быстро, правда?

Я резко поворачиваюсь к Арии и беру ее волосы в руку.

— Ты будешь в безопасности.

— Забавно, что это не отвечает на мой вопрос.

— Я не стану гонять, когда ты сидишь сзади.

— Мне не нравится сама мысль о том, что ты вообще будешь гонять.

— Я больше не гоняю. Не так, как раньше.

Она замолкает.

— Ты что… ты что заплетаешь мне волосы?

— Они запутаются, если я этого не сделаю.

— Полагаю, это один из плюсов отцовства.

Я усмехаюсь.

— Мне пришлось просмотреть кучу видео на «Ютуб», когда Джулиана была младше. Слава богу, что существует интернет.

— Если тебе нужна резинка для волос…

— Есть, — я снимаю с запястья черную резинку и оборачиваю ее