Профессорская дочка - Юлия Николаевна Николаева

Дурацкая улыбка все время наползает на губы, а сердце то заходится, то замирает, когда я думаю об этом. Я знаю, будет нелегко, уверена в этом, но мне все равно. Я хочу попробовать. Очень хочу.

И в этот момент распахивается входная дверь. Колокольчик звенит как-то тревожно, пронзительно, врываясь в ход моих мыслей, спугивая их, заставляя разлететься в разные стороны. Резко поднимаюсь, потому что в помещение входит Марина. Она одновременно зла и расстроена, глаза красные, лицо опухшее, вероятно от слез.

– Что случилось? – спрашиваю, похолодев. Марина открывает рот, глядя на меня, губы дрожат.

– Ты… – начинает она, голос тоже дрожит, сразу же срывается, девушка замолкает, сглатывая. – Ненавижу тебя… Ненавижу! – последнее слово она выкрикивает и дальше продолжает на повышенных тонах. – Ты забрала у меня отца! Из-за тебя я перестала общаться с ребятами! А теперь… Теперь увела того, кого я люблю!

Я обалдело хлопаю глазами, не понимая, что происходит. Краем глаза вижу, что из мастерской появились парни и замерли где-то там же, не приближаясь.

– Я не понимаю, Марина, – говорю осторожно. – Кого я увела? Я…

– Диму! Диму, кого же еще! – выкрикивает она истерически, а я расширяю глаза в изумлении.

– Диму? – повторяю, а на сердце тут же сворачивается змейка тревоги. – Ты с Димой… Вы встречаетесь? – спрашиваю бестолково. Конечно, разум соотносит события, и головой я понимаю, как они могли сойтись, но вот принять данный факт… – Я его не уводила, у меня с Димой ничего нет.

– Конечно, не уводила, – выплевывает Марина презрительно. – Ты у нас ведь не такая, да? Правильная девочка, умница и скромница… А сама спишь с моим отцом!

– Ты сказала Диме? – доходит вдруг до меня.

– Сказала, и что?! Он и сам знал! Потому что видел, как отец к тебе таскался, – Марина делает шаг в мою сторону, и я чувствую запах алкоголя. Боже, она пьяна. Заливала горе? Только я никак не пойму, что произошло? – Видел, потому что сам приходил к тебе. А зачем? Потому что он, видите ли, любит тебя. Лю-бит! – произносит она по слогам. – Вот за что? За что? Ничего в тебе нет! Серая мышь, некрасивая, одеваешься безвкусно… А он любит, – она истерически смеется, я перевожу взгляд на парней. Вижу, что они обалдевают не меньше моего, но Савва делает мне знак, начиная медленно приближаться. Я чуть качаю головой, и он замирает. Не думаю, что мне грозит опасность. – Я только для того хороша, чтобы время проводить, – она сильно тычет себя в грудь, – чтобы пытаться со мной тебя забыть. А он у меня, между прочим, первый мужчина!

Марина вдруг оседает на пол, сжимаясь, и я аккуратно приближаюсь.

– Я просто хотела счастья, – говорит она тихо, глядя в пустоту, – я что, хуже всех? Хуже тебя, да? – резко вскакивает, и я от неожиданности делаю шаг назад. – Запомни, Алевтина, – Марина выставляет вперед палец, – ты мое счастье разрушила, я твое разрушу. Я все сделаю, чтобы отец тебя бросил, поняла? Все сделаю!

И резко развернувшись, она покидает магазин.

Я смотрю в пол, но не вижу ничего, все расплывается. Через мгновение чувствую сильные руки, меня поддерживающие. Савва.

– Что это было? – спрашивает он, посадив меня на стул. А я словно прихожу в себя, вскочив, хватаю телефон и выбегаю на улицу.

Набираю Романа, у него лекция, потому он сбрасывает. Набираю еще раз, и еще, и только на четвертый мужчина снимает трубку.

– Что случилось? – спрашивает тревожно.

Выдыхаю и пересказываю случившееся. Не хочется многое произносить вслух, но я понимаю: сейчас не стоит приукрашивать.

– Она ушла? – спрашивает в итоге Роман.

– Да, убежала. Я выбежала следом, но ее нигде нет. Позвонила тебе.

– Правильно сделала. Спасибо, Аль. Если она появится, сразу звони.

Он вешает трубку, не дождавшись моего ответа. Сунув телефон в карман, прижимаю руки к губам. Боже, что теперь будет?

Когда возвращаюсь в магазин, ловлю взгляды парней.

– Объясни, какого черта происходит? – спрашивает Глеб хмуро.

– Все очень сложно, – я быстро собираю вещи. – Я объясню, правда, но позже. Не держите зла, просто надо срочно уйти.

Они молча меня отпускают, и я благодарна парням за это. Как бы там ни было, они всегда чувствуют момент.

Иду в сторону дома, пытаясь осмыслить случившееся. Из потока Марининой речи не все ясно, но кое-что можно вычленить. И оно мне очень не нравится.

Дима. Вспоминаю, как он тогда смотрел на меня и Романа, когда тот советовал держаться подальше. А если он не внял словам и действительно приходил к моему дому? Если видел меня с Ромой? Но тогда почему не сдал раньше? Сердце екает. Он хотел отомстить. И для этого сошелся с Мариной.

Я останавливаюсь, закрывая лицо руками. Он стал ее первым мужчиной, она в него влюбилась. А Дима дождался момента и бросил ее, обыграв все это большой любовью ко мне. Распустил слух по институту. Господи, да неужели человек может быть на такое способен? Неужели…

Я на мгновенье остро ощущаю боль. Я виновата в том, что Роман просмотрел все это. Он так увлекся отношениями со мной, что перестал обращать внимание на дочь. Не говорил с ней, не следил за ее жизнью. Если бы не я… Если бы не я, и всей этой ситуации с Димой не было бы!

Дрожащими пальцами вызываю такси. У Димы дома я была пару раз, но даже номер не помню, потому тыкаю наугад в дом на нужной улице. И уже выйдя там, понимаю, что прогадала прилично. Прохожу четыре дома, прежде чем узнаю его. Замираю у нужного подъезда. Номер квартиры не помню, но высчитываю по указанным номерам на табличке нужную.

– Да, – слышу девичий голосок. Полина?

– Привет, Дима дома? – задаю вопрос, стараясь, чтобы голос звучал ровно. Это сложно, потому что внутри меня клокочет злость. Я никогда не была мстительной, скорее, переживала боль в себе, если она случалась. Но сейчас во мне бурлит вулкан, потому что за дорогого мне человека и за тех, кто дорог ему, я готова идти до конца.

– Да… А это кто?

– Это Алевтина.

Возникает пауза, слышу какое-то шуршание, а потом дверь открывается. Быстро поднимаюсь по ступенькам, Дима стоит на пороге, разглядывает меня с подозрением.

– Что случилось? – спрашивает, когда я приближаюсь, тяжело дыша. А я с размаха бью его кулаком в лицо. Я совсем не боец, бью наугад, но видимо, попадаю хорошенько. Димина голова неестественно дергается, а сам он по инерции делает пару шагов назад.

– Ты что, сумасшедшая? – слышу девичий звонкий голос, следом появляется его обладательница – Полина, сестра Димы. Ну наверное, она, потому что в моей памяти остался только смутный образ, в который девушка вполне вписывается.

– Не надо, Поль, – Дима рукой отстраняет ее, глядя на меня, в уголке рта скапливается кровь из разбитой губы. Дима паршиво усмехается.