Опалённая жизнь - Мари Милас

подкрепляет мою уверенность, помогая почувствовать себя важной.

— Ты проиграл борьбу со сном, — шепчу я Лео, укладывая его в коляску.

Я слегка покачиваю ее, и через пару минут дыхание моего сына становится ровным и

тихим. Гарри стоит рядом, опершись на перила пирса, и смотрит на нас.

— Он отключился за тридцать секунд.

— Магия воды.

Я накрываю Лео легким пледом из муслина, низко опускаю козырек, чтобы солнце не

могло до него добраться, и тихо отхожу.

Мы с Гарри поднимаемся на пирс и садимся на край. Наши ноги свисают над водой.

Синева озера так завораживает, что я долгие минуты не могу оторвать глаз. Солнце уже

начинает склоняться ниже, и воздух становится мягче.

Я чувствую мягкое прикосновение к бедру и поворачиваю голову. Гарри смотрит на

то место, где мокрые шорты облегают мои бедра. Волосы, ставшие на тон темнее из-за воды,

свисают ему на лоб. С них все еще изредка стекают капли и прокладывают дорожки к его

челюсти, покрытой трехдневной щетиной.

Указательный палец Гарри опаляет мою кожу, проводя под краем шорт. Его глаза

темнеют с каждой секундой и согревают мои щеки, шею и грудь.

— Раздевайся, Шарлотта.

Воздух отказывается поступать в мои легкие, но все же мне удается выдавить:

— Это приказ?

— Только если ты скажешь: «Да, сэр» — и сделаешь это.

Я ощущаю биение пульса по всему телу. Низ моего живота наливается теплом, а

бедра почти дрожат от того, что мне приходится прилагать невероятные усилия, чтобы не свести

их вместе. Пустота между ног ощущается такой острой, что я хочу вылезти из кожи.

Я тянусь к пуговице шорт и быстро снимаю их, не смотря на мужчину, не сводящего

с меня глаз. В следующую секунду мои лопатки касаются нагретых солнцем досок причала.

Опустив солнечные очки, я позволяю себе просто смотреть на ярко-голубое небо, от которого

кружится голова.

Дерево пирса нагрето солнцем и приятно обжигает спину. Ветер скользит по коже,

все еще влажной после воды, и каждая клетка моего тела будто просыпается.

Я слышу, как Гарри медленно выдыхает, и чувствую его взгляд. Не тот быстрый и

оценивающий, которым иногда смотрят мужчины. Нет, взгляд Гарри другой. Он внимательный,

интенсивный и горячий, как луч солнца. Я ощущаю его на своих коленях, на линии бедер и

животе.

И я вдруг остро вспоминаю утреннее зеркало. Ту длинную, почти мучительную сцену,

когда я стояла перед ним и рассматривала тело так, будто это отвратительный рисунок. Я тогда

провела пальцами по этим линиям и подумала: «никто не должен это видеть».

Но сейчас…

Сейчас на меня смотрит Гарри. И даже не глядя в его глаза, я чувствую, что он

хочет меня вопреки всем моим недостаткам.

Я слышу, как доски тихо поскрипывают под тяжелым весом. Горячие шершавые пальцы

снова находят мое бедро.

— Лолс, — тихо говорит он.

Я поворачиваю голову. Солнечные очки сползают на кончик носа, и я смотрю на него

поверх темных стекол. Гарри все еще мокрый после озера. Капли воды скользят по его шее, по

груди и исчезают где-то у пояса шорт.

Я беру книгу из пляжной сумки и усердно пытаюсь вчитаться в первое предложение,

но это становится почти невозможным, когда Гарри ложится рядом со мной.

— Это их первый поцелуй?

— Да, — откашливаюсь я, продолжая вчитываться.

В целом это бесполезное занятие, потому что Гарри зачитывает вслух сцену:

— «Я прикусил ее губу, приказывая открыть рот шире. Поцелуй стал

сильнее и глубже, мои руки опустились к ее бедрам. Наши языки погладили друг друга, посылая

искры в отдаленные участки груди».

Боже, книгоиздание теряет шикарного чтеца в лице Гаррисона Эшфорда с его низким,

слегка хрипловатым голосом в нужные моменты.

— Как называется эта книга?

— «Возмездие», тут тако-о-о-ой шикарный Энцо Делла Морте, что я готова стать

женой дона Коза Ностры, — я поигрываю бровями.

— Лола, детка, я только научился гоняться за тобой по лесу. Мне нужно время,

чтобы стать мафиози.

Мы продолжаем читать книгу в комфортной тишине, где никто не считает нужным

комментировать или осуждать действия персонажей. Я ощущаю себя так легко и непринужденно,

что не могу не задуматься о том, что, кажется, этот слегка чудаковатый мужчина идеально мне

подходит.

В моей жизни еще не встречались люди, с которыми мне удавалось без лишних

тревог, мыслей и волнения просто… читать. Заниматься самым любимым

делом на планете.

Мне не нужно пытаться понять Гарри, не нужно рассказывать ему, почему я

действительно читаю ради сюжета, даже если горячие мужчины порой слишком сильно захватывают

мое внимание.

С детства я пыталась понять других людей, когда меня понимали только книги.

Сейчас я чувствую, что книги понимают нас двоих. А Гарри понимает меня.

— Как ты думаешь, смогла бы я создать во Флэйминге… — я отвожу книгу и

постукиваю по подбородку. — Сообщество, объединенное любовью к книгам? Я давно вынашиваю эту

мысль. Как и пытаюсь привести в порядок библиотеку. Нам требуется финансирование, поэтому

мне необходимо поговорить с папой. С мэром. Мне нужно донести до него

проблемы, с которыми сталкивается Флэйминг из-за того, что у людей нет культуры чтения.

Гарри не перебивает меня, пока этот поток слов льется с такой легкостью, что я

даже не успеваю поймать себя на неуверенности. Вау, так приятно говорить о том, что ты

любишь и чего хочешь, не пытаясь при этом закрыться за огромной стеной страха. Гарри

опирается на локоть и склоняется надо мной, соединяя кончиком пальца веснушки на моей груди.

— Я думаю, Шарлотта, что ты смогла бы привить любовь к чтению даже самому

упрямому жителю Флэйминга. Даже старушка Роуз заинтересовалась бы, если бы ты сказала, что в

одном из романов девушка годами борется за парковочное место.

Я смеюсь, потому что это действительно может сработать.

— Как насчет того, чтобы представлять не только свой интерес, но и интерес

некоторых жителей? Я готов подписаться под каждым твоим словом.

Я поднимаю руку и провожу ладонью по челюсти Гарри, он прикусывает мои пальцы,

когда они касаются его губ.

— Не бойся, — говорит он, ложась рядом со мной. Такая простая фраза, но впервые

она ощущается как нечто действительно важное. Впервые она ощущается так, будто я чувствую

сильнейшую поддержку за своей спиной. — А теперь подними книгу, мы должны узнать, чем там

все закончилось.

Я листаю страницу за страницей, пока трепетные прикосновения Гарри к моим ребрам

и талии нагревают кровь. С каждым вздохом и каждым подергиванием за завязки бикини мое тело

дрожит все сильнее.

За темными стеклами солнцезащитных очков я