Украденные звёзды - Риган Ур

Ей было сложно сожалеть о своих действиях ещё больше, но именно это она и делала.

— Я не хотела скрывать это от вас, — выдохнула она. — Сначала я просто была в таком шоке, что всё казалось нереальным, но когда я вернулась в реальность, я уже тонула. Ты был так расстроен, что выходил из комнаты каждый раз, когда кто-то произносил его имя.

Она помолчала.

— Майлз просто закрылся, и мне было сложно понять, как вы со всем справлялись.

Она пожала плечами.

— Дни шли, и мне становилось всё сложнее рассказать правду. Мне было проще держать это в себе, чтобы никто не смотрел на меня так, словно это я его убила.

— Джессика, — пробормотал Карсен. — Перестань. Тебе надо отпустить это. Если ты этого не сделаешь, я боюсь, с тобой случится то же, что и с Диланом.

Эмоциональный тон его голоса привлёк её внимание, и она посмотрела на него.

— Я бы никогда этого не сделала, — прошептала она, — потому что я знаю, что значит быть одним из тех, кто остался.

Она взял её за руку, и она ему позволила.

— Пообещай мне, что ты никогда не сделаешь ничего подобного.

Он явно ей не верил, раз он заставил её дать такое обещание.

— Я обещаю.

Он притянул её к себе и крепко обнял.

— Хорошо.

* * *

Человек с ручкой и блокнотом в руках, сидящий напротив Джессики, выжидательно посмотрел на неё. Казалось, что это так неправильно открывать незнакомцу свои самые большие секреты, хотя Чарли и убеждал её в том, что это должно было помочь.

Ей пришлось собрать все свои силы, чтобы начать открываться, по чуть-чуть. И не успела она оглянуться, как сеанс подошел к концу.

— Увидимся на следующей неделе в то же самое время, — сказал высококвалифицированный психотерапевт.

— Хорошо, — пробормотала она, вставая. — Спасибо.

Она вышла из его офиса, чувствуя беспокойство, но снаружи её ждал Чарли. Он встал, когда она вошла.

— Как прошло? — спросил он, выводя её из здания.

Она пожала плечами. Разговаривая с психотерапевтом весь последний час, она не чувствовала, что открылась ему. Не то, чтобы им хватило времени, чтобы перейти к тяжелым вещам, но этого было достаточно для того, чтобы она чувствовала себя опустошенной.

Это происходило всякий раз, как она вспоминала о самоубийстве Дилана и об его последствиях.

Когда она ничего не ответила, Чарли остановил её обеспокоенным взглядом.

— Всё прошло нормально? Все очень рекомендуют доктора Рида.

Она кивнула.

— Всё прошло хорошо. Просто я говорила в течение целого часа, и уже наговорилась.

— Это хорошо.

Чарли был всегда таким понимающим, и она задалась вопросом о том, почему все парни, в которых она влюблялась, не могли быть как он. Если бы она любила его, всё было бы так просто.

Но она влюбилась в Майлза. Всё началось под звёздами в бассейне в ту ночь. Он украл её сердце, сам того не осознавая, а потом было уже поздно.

В тот день она чувствовала себя не в своей тарелке, и ей отчаянно хотелось быть рядом с Майлзом. Она не могла с ним связаться, поэтому она решила попробовать что-нибудь другое.

Она надела купальник и пошла в бассейн. Чарли был занят в офисе, где у него проходило телефонное совещание, поэтому она могла побыть наедине с собой. Она содрогнулась, когда начала медленно входить в бассейн. Она ненавидела прохладную воду, но через несколько минут её тело привыкло, и она начала согреваться.

Она легла на спину и посмотрела на небо. Вода была спокойной, и хотя небо не было сейчас таким же прекрасным, как небо усыпанное звёздами, тем не менее, оно тоже было красивым. Облака медленно проплывали у неё перед глазами, и она могла легко заблокировать все свои мысли, кроме этого неба над головой.

Она вздохнула, чувствуя связь с Майлзом, хотя это было трудно объяснить. Она почувствовала успокоение среди того хаоса, который наполнял её жизнь последние несколько дней.

Ощутив себя спокойнее, она закрыла глаза и стала покачиваться на поверхности воды, наконец-то оставшись в одиночестве. Никто не смотрел за ней, ожидая, что она вот-вот сорвётся или сделает что-нибудь истеричное.

Она переживала огромный стресс, и было здорово отключить весь мир, хотя бы даже ненадолго.

Почувствовав, что она понемногу начала обретать контроль над собой, она опустила ноги, коснулась дна и встала. Чарли сидел на крыльце с пивом и озадаченно наблюдал за ней.

Она вовсе не была одна.

— Ты в порядке? — спросил он, настороженно наблюдая за ней.

Она кивнула, выжала остатки воды из своих волос, после чего переместилась к краю бассейна поближе к нему. Она сложила руки на бортике и положила на них подбородок, осторожно перебирая ногами в воде.

— Да, — проговорила она, понимая его озабоченность, хотя временами она душила её. — Прости за всё, Чарли.

— Ты меня напугала.

— Всё что я могу сказать это — извини. Всё, что я делала, было нечестно по отношению к тебе.

Даже попытавшись сделать всё как надо, она причинила ему боль.

— Ты самый важный человек в моей жизни. И я не могу просто выключить то, что я чувствую, только потому что ты не чувствуешь того же.

Его слова пронзили её насквозь, и она это заслужила. Она внимательно посмотрела на него, и впервые увидела что-то ранимое в его глазах.

— Может быть, я и не люблю тебя так же, как ты любишь меня, но с тобой я чувствую себя наиболее защищенно.

Он сделал большой глоток пива.

— Даже не знаю, что я после этого чувствую.

Ей стало грустно из-за того, что она поставила свои интересы выше его. Когда всё вокруг разваливалось на части, ей был нужен именно он. Теперь она видела, какой она была эгоисткой.

— Может быть, мне лучше поискать место, где жить, и чем быстрее, тем лучше? — проговорила она, оттолкнувшись от бортика.

Она вышла из бассейна по ступенькам и взяла полотенце, чтобы вытереться.

— Прости, Джесс, — пробормотал Чарльз, который теперь стоял в отдалении.

— Тебе не за что извиняться.

Он улыбнулась ему. — Не волнуйся. Я начну подыскивать что-нибудь как можно скорее.

— Не надо. Я не это имел в виду, — он запустил руку в свои волосы, он был взволнован. — Я не хочу, чтобы ты уезжала. Не так сразу.

— Веришь ты мне или нет, но я переживаю за тебя и не хочу причинить тебе ещё больше боли. Я поступила с тобой нечестно, и ещё ожидала, что ты бросишь меня, когда мне было трудно, — она коснулась его руки и