Любовь во тьме - Кай Хара

- Ты тоже никогда не кончала с тремя в заднице, - рычит он, его голос искажен удовольствием.

Я хнычу от боли, и он убирает большой палец из моей киски, чтобы дать себе больше места. Он не успевает далеко продвинуться, его пальцы скручиваются прямо у входа в мой напряженный сфинктер, моя задница отказывается подчиняться.

- Помнишь свое стоп-слово?

Я молча киваю, по-прежнему не сводя с него глаз. Страх и предвкушение закручиваются внутри меня, почти заглушая физические ощущения.

- Мне оно понадобится? - Спрашиваю я, мои губы непроизвольно дрожат.

Он опускает глаза и видит, как я нервно впиваюсь зубами в свою губу, похоть расцветает еще сильнее в его и без того безумном взгляде.

- Нет, детка, ты возьмешь это.

Момент заботы заканчивается прежде, чем я успеваю это осознать, его глаза злобно темнеют. Он интригует меня своей более мягкой стороной, которую иногда демонстрирует мне. Это заставляет меня чувствовать себя в безопасности, даже когда он жестоко обращается со мной так, как мне нужно.

Он сильнее надавливает пальцами, и мои глаза закрываются от унижения, когда я слышу хлюпающие звуки, исходящие из моей задницы. От моих множественных оргазмов капли моих соков стекают на мою дырочку и покрывают его руку. Его челюсть напрягается в концентрации, его член снова тверд и пульсирует у моего бедра. Мое собственное лицо кривится от извращенного удовольствия и явной боли, когда я пытаюсь расслабить мышцы своей задницы и принять его вторжение.

- О Боже… О! О, нет. Пожалуйста...”

Мои руки сжимаются на его груди, сжимая рубашку в безумной агонии. Он опускает голову и берет в рот один из моих сосков. Они такие тугие, что от одного прикосновения его языка я снова оказываюсь на грани. Чувство наполненности всепоглощающее, до такой степени, что кажется, будто я не могу вздохнуть из-за страха кончить. Его пальцы даже не до конца вошли. Они застряли у первого сустава, моя задница отказывается их пропускать.

Тристан не позволяет этому обескуражить его. Вместо этого он пользуется возможностью поиграть с моим ободом и растянуть его. Он засовывает свои пальцы внутрь и наружу, почти не двигаясь, но посылая волну за волной удовольствия вверх по моей дырочке. Он меняет угол наклона, сводя пальцы в одну сторону так, чтобы кончики все еще были внутри, а затем обводит их полным кругом вокруг моей задницы. Он получает садистское удовольствие от того, как я визжу в ночи, прижатая и бьющаяся под его телом.

- Это слишком туго! Это слишком много, слишком – о Боже. - Я вскрикиваю, когда он полностью убирает пальцы с моей задницы. Немедленное ощущение пустоты заставляет меня почувствовать себя оторванной от реальности. Как я могу скучать по его пальцам в моем самом запретном месте?

Но я недолго скучаю по ним. Он гладко проводит ими по моей щели, собирая там всю влагу, а затем засовывает их обратно в мою задницу, теперь уже до второй костяшки.

На этот раз я кричу.

- Тристан! Пожалуйста, о, черт!”

Я бросаюсь в сторону, моя верхняя часть тела уворачивается от него так, что моя верхняя половина оказывается лицом вниз на земле.

Он предупреждающе рычит у меня за спиной.

- Мы можем сделать это таким образом, если ты предпочитаешь.

Он хватает меня за ноги и переворачивает их так, что я оказываюсь полностью на животе, лицом вниз и вдыхаю свежую грязь. Он хлопает рукой по моей пояснице и прижимает меня к земле, а другая его рука высвобождается из моей растянутой дырочки, чтобы резко шлепнуть меня по заднице.

-Уфф, - стону я, мой разум помутился. Я больше не знаю, где проходит грань между болью и удовольствием, где заканчивается реальность и начинается фантазия.

Мой клитор вибрирует от желания. Он проводит пальцами от моей киски к заднице и проникает полностью. Мои согнутые ноги дрожат и сжимаются вместе, пальцы на ногах сжимаются, как рыба-иглобрюх, которая втягивается, чтобы выдержать натиск удовольствия.

Я не знаю, кончу я или нет, все, что я знаю, это то, что мое тело не выдержит этого. Влажные звуки моего возбуждения в сочетании с его колотящими пальцами слишком грязны, чтобы я могла их даже переварить. Его вторжение обжигает, мой ободок белеет от растяжения, и мне кажется, что я никогда не вернусь к тому, какой была раньше. И все же я знаю, что мне нужно растянуться сильнее, потому что его член в два раза шире, чем его пальцы, сложенные вместе.

Он вырывается и плюет мне на задницу. Он наблюдает, как слюна попадает в мою дырочку, а затем я чувствую, как она скользит по коже между моей задницей и киской, пока не проходит через мою щель и не заканчивается на моем клиторе.

Я отвлеклась и не готова к тому, что он надавит в ответ. Он опускается, затем вытаскивает. Опускается, вытаскивает. Снова, и снова, и снова, пока я не начинаю умолять его просто избавить меня от страданий.

Боже милостивый, он именно это и делает. Он снова погружается в меня. Его пальцы сжимаются, касаясь мягкой области внутри моей задницы. Я мурлыкаю от удовольствия, выгибая спину ему навстречу.

-Тебе это нравится?

-Н-нет, - вру я.

- Тогда почему ты дрожишь? Почему ты дрожишь только тогда, когда я касаюсь именно этого места? - Он трется об него еще раз, и мои глаза закатываются. Он хватает меня за волосы и дергает назад, пока я не откидываюсь на бедра. Его пальцы проникают в мою задницу под новым углом, и я извиваюсь от удовольствия. Я бессмысленно терзаюсь в его руке. - Это не будет похоже на твой последний оргазм, - бормочет он мне на ухо хриплым от собственного возбуждения голосом. - Твоя задница кончит без какой-либо помощи твоей киски. Посмотри, как расширились твои глаза. Не нервничай, ты увидишь, каким чертовски восхитительным может быть анальный оргазм . - Другой рукой он хватает меня за подбородок и поворачивает мое лицо к себе. Он лижет мою щеку, как бешеное животное, и я непроизвольно сжимаюсь вокруг его пальцев в ответ. Он стонет. - Я не могу дождаться, когда почувствую, как твоя дырочка сжимается под моими пальцами, зная, что ты маленькая грязная шлюха, которая кончила только потому, что я поиграл с ее задницей”.

Он отпускает меня и толкает обратно на живот, его толчки в мое лоно становятся совершенно порочными. Я визжу и воплю в ночи, как будто меня убивают, боль от его вторжения борется с удовольствием за доминирование. Не имеет значения, кто победит; в любом случае я приближаюсь к потрясающему оргазму.

Наконец, он засовывается в