Двойная тайна для миллиардера - Тала Тоцка

Еще очень рано, солнце невысоко. Прикрыла ему голову шортами, еще раз поцеловала и быстро пошла в предполагаемую сторону автострады.

***

— Ась… — донесся негромкий голос, — Аська… Ты меня слышишь? Не пугай меня, Асенька!

Голос повторил ненавистное прозвище, и я моментально открыла глаза. Так меня называли на судне, чтобы как-то различать нас с Настей, второй официанткой. Которая сейчас и сидела возле меня на стуле.

Хозяин гулета специально подбирал девушек одного типа и с одинаковыми именами, чтобы не заморачиваться, и чтобы нашим гостям было удобнее. А коллеги, чтобы с Настей нас как-то различать, стали называть меня Асей. И то, что меня это жутко бесит, никого не волновало.

Я только замычала в ответ. В горле пересохло, и я скосила глаза на тумбочку, на которой стояла пол литровая бутылка с водой.

— Конечно, — спохватилась Настюха, — сейчас.

Я пила, наверное, целую вечность. Утолив, жажду откинулась на подушку и обвела глазами комнату. Стандартная больничная палата. В ногах прямоугольный столик, рядом с кроватью мониторы. Два окна, одно на улицу, другое — в коридор. Окна прикрыты жалюзи. Дверь закрыта. Настя вздохнула и придвинулась ближе.

— Ась, мы все так волновались. Думали, ты утонула.

— Где я, Насть?

— Ты в больнице. Тебя утром сюда привезли, мы все тут с ночи. Орхан меня попросил с тобой посидеть, он скоро придет.

Орхан — владелец гулета, на котором я работаю. Работала. Вздохнула и закрыла глаза. Лучше бы я утонула… Внезапно мозг прострелило, и я попыталась вскочить с кровати, но снова без сил плюхнулась обратно.

— Артур! Тот парень, которого я спасла, что с ним?

Вспомнила, как сбивчиво пыталась объяснить подобравшему меня водителю, что там на берегу человек после аварии. И еще, как он звонил в полицию, а дальше в голове начиналась сплошная каша из разрозненных фрагментов.

Оставив Артура на берегу, я шла и ругала себя последними словами. В лучах начинающегося дня все представлялось в другом свете. Подумаешь, замерзла! Я и теперь мерзла. Солнце поднялось высоко и пригревало уже довольно сильно, а я все равно дрожала под его лучами.

Остановилась и присела на теплый песок. Щеки пылали, лоб покрылся испариной — похоже, у меня поднялась температура. Я слишком долго пробыла в воде, а потом холодный песок и воздух добавили организму стресса, и последствия не заставили себя ждать.

В горле саднило, пить хотелось невыносимо. Я то и дело облизывала пересохшие губы. Каждый шаг отдавался болью в висках. Волосы отяжелели от соленой воды и налипшего песка, нестерпимо зудела кожа.

Я пыталась хоть как-то отвлечься, разглядывая растущие кругом пальмы и какие-то неизвестные мне растения, и медленно шла на звук летящих машин.

Мало-помалу приближалась к трассе, спасение было уже рядом. Кто-то из проезжающих мимо обязательно остановится и вызовет полицию. Но едва я достигла асфальта, силы совсем меня оставили. Хватило лишь на то, чтобы объяснить откуда я и рассказать об Артуре.

Спать и сейчас хотелось, тело ломило незнакомой болью то ли от лихорадки, то ли от камней, на которых я… на которых мы… Ну ладно, потом мы спали.

— Так это ты его вытащила? — прервал воспоминания голос коллеги, вот только тон ее странно изменился. — А ты вообще знаешь, кто он?

— Утопленник, — пробормотала в ответ, не открывая глаз. — А еще нудист.

— Кто? — не поняла Настя. — Ты что, Аська, это же Артур Тагаев! У него отец недавно в самолете разбился, и Артур теперь самый молодой миллиардер в Европе. Не слышала?

Захотелось спрятаться под кровать, а еще лучше пробить пол и исчезнуть навеки.

— Откуда? Я что, миллиардеров коллекционирую?

— Ну ты даешь! Ты теперь столько денег огрести можешь за его спасение!

— Не могу, — мотнула головой я, — я ему на глаза показываться не могу, Насть.

— Чего это? — коллега скосила глаза с подозрением. — Что ты такое сделала?

— Переспала с ним, — выпалила я и прикрыла глаза ладонью.

— Ты… ты… с Тагаевым… — Настька уставилась на меня, как будто я не с Тагаевым переспала, а сама в него превратилась. — Ну ты даешь, Аська, вот это да! А такая тихоня!

— Это адреналин, — поспешила я оправдаться, — мы оба были не в себе. Он чуть не утонул, а я замерзла…

Я и правда пришла к такому выводу, пока шла к автостраде. Читала когда-то, что у мужчин после пережитой опасности случается выброс адреналина, и их тянет размножаться с утроенной скоростью. Но почему потянуло размножаться меня? Вот это оставалось загадкой.

Артур говорил о покушении, о службе безопасности, о том, что должен вступать в наследство, и есть толпа желающих этому помешать… Я закрыла лицо ладонями и застонала от собственной глупости.

— Аська, ты чего? Да ты теперь сама можешь миллионершей стать! Стряси с этого Тагаева побольше бабла!

— Нет, — сказала я глухо, — ни за что. Я же его нудистом обозвала. И утопленником. И я ему в глаза смотреть не смогу, Настя, потому что… Потому что не смогу.

— Ася, если ты останешься в клинике, тебе придется самой оплачивать свое лечение, — Орхан смотрел на меня пустыми черными глазами, и мне снова хотелось плакать. А я уже и так наревелась, когда Настя ушла.

— Почему? Разве в трудовом договоре не предусмотрена медицинская страховка?

— Видишь ли, — Орхан пожевал губу. Весь его вид говорил, что он отчаянно борется с собственной совестью и постепенно одерживает победу, — мы подписали договор с отсрочкой. Там внизу приписка мелким шрифтом. Я взял тебя на испытательный срок, и по документам ты оформлена как турист на моем судне. А в страховку не входит госпитализация, только оказание первой медицинской помощи.

— Как это? — потрясенно переспросила я. — Я же работала! Отпахивала полный рабочий день! Да как вы можете?

— Хочешь разбираться через суд? — равнодушные глаза Орхана свидетельствали о том, что битва закончена, и совесть повержена. — Твое право. А я предлагаю тебе деньги и билет на самолет. Водитель отвезет в аэропорт. Если ты выпьешь жаропонижающее, за два часа ничего не случится, долетишь. Твоя тетка тебя встретит. Выбирай.

Орхан прекрасно говорит по-русски, пускай и с акцентом. Выбор передо мной стоял небольшой. Я не пойду ни в какой суд, он знал, каким будет мое решение.

Водитель привез мой чемодан, в больнице дали выписку, и меня отвезли в аэропорт. Орхан даже на жаропонижающее не пожлобился. Полиции он сообщил, что я туристка, и сегодня заканчивается мое время пребывания в стране, поэтому меня отпустили.

В самолете повезло занять место у иллюминатора, я прислонилась виском к обшивке самолета и закрыла глаза.