Жаркий поцелуй - Дженнифер Арментроут

— Это как-то бессмысленно. — Зейн нахмурился – обычное для него выражение лица всякий раз, когда он прокручивает что-то у себя в голове. — Демоны Ищейки – это посыльные. Еще их может призвать какой-нибудь идиот, чтобы найти что-нибудь дурацкое типа глаз лягушки или крови лысого орла для заклинания с неминуемо плохими последствиями. Притворяться для Ищеек не типично.

Я вспомнила, что сказал Ищейка. "Поймал" . Словно он искал меня. Я знала, что должна сказать об этом Зейну, но его отец зациклен на том, где я и с кем, и Зейн обязан будет рассказать ему об этом, поскольку тот является главой клана Стражей в округе

Колумбия.

Кроме того, я, должно быть, ослышалась. У демонов редко есть причины на то, чтобы делать странные или неожиданные вещи. Они же демоны. Достаточное объяснение.

— Ты в порядке? — спросил Зейн.

— Да, в порядке. — Я сделала паузу. — Хотя потеряла свой телефон.

Он рассмеялся. О боже, обожаю звук его смеха. Глубокий. Сочный.

— Господи, Лэйла, какой по счету в этом году?

— Пятый. — Вздохнув, я уставилась на набитые до отказа книжные полки. —

Эббот не купит мне еще один. Он считает, что я теряю их намеренно. Но это не так. Они просто... враждебно ко мне настроены.

Зейн снова рассмеялся, подталкивая меня своим затянутым в джинсы коленом.

— Скольких ты пометила сегодня?

Я вспомнила часы после школы, проведенные до встречи со Стэйси и Сэмом.

— Девятерых. Два Притворщика, остальные Демоны, за исключением Ищейки. —

Которого Зейн, вероятно, никогда не найдет, поскольку существовал большой шанс, что

Бэмби его съел.

Зейн тихонько присвистнул.

— Мило. Мне предстоит беспокойная ночка.

Этим и занимались Стражи. Поколение за поколением они держали популяцию демонов под контролем, еще задолго до того, как о них узнали люди. Когда это произошло, мне было всего семь лет, так что я не помню, что ответила общественность. Уверена, это открытие многих ввергло в панику. Странно, но примерно в это же время я и поселилась у них.

Альфы, ангельские парни, которые всем заправляют, поняли, что в мире должно быть и хорошее, и плохое — Закон Равновесия. Но десять лет назад что-то произошло.

Демоны кучей повалили через порталы, создавая хаос и разрушая все, с чем соприкасались.

Одержимость людей стала огромной проблемой, и ситуация вырвалась из-под контроля. Красавцы из ада больше не желали оставаться в тени, и Альфы не могли позволить человечеству узнать, что демоны реальны.

Однажды Эббот сказал мне, что дело в свободе воли и вере в Бога. Людям нужно верить в Бога, не зная, что Ад, действительно, существует.

Готовые сделать что угодно, лишь бы держать человечество в неведении по поводу демонов, Альфы издали приказ. По мне, так это большой риск, и люди однажды сложат два и два, в результате чего узнают и о демонах тоже.

Только избранные люди знают правду о существовании демонов. Помимо Мориса есть такие по всему миру в полиции, правительстве и, конечно же, армии. У этих людей есть свои причины на то, чтобы держать в неведении целую популяцию, причины, не имеющие никакого отношения к вере.

Мир снизошел бы в хаос, если бы люди узнали, что прямо рядом с ними демоны заказывают утренний кофе. Но именно так это и было...

Стражи помогали полиции ловить преступников, и некоторые из выслеженных уголовников оказывались демонами – пусть тюрьму они и избежали, однако отправились прямиком в ад и Врат не миновали.

Если демоны когда-нибудь откроются миру, то Альфы уничтожат их всех, включая мою счастливую полу-демоническую задницу.

— Ситуация становится безумной, — сказал Зейн, больше обращаясь к самому себе. — Притворщики чертовски активны. Стражи в других областях даже столкнулись с

Геллионами.

— С Геллионами? — вытаращилась я на него.

Зейн кивнул, а я представила себе огромных злобных сущностей. Геллионам, напоминавшим нечто среднее между мутантами обезьян и питбулей, не полагалось находиться в мире.

Зейн, согнувшись, рылся под кроватью. На его лицо упали пряди волос.

Теперь я могла глазеть откровенно. Зейн был всего на четыре года старше меня, но являясь Стражем, казался намного более зрелым, чем большинство человеческих парней его возраста. Я знала о нем все, кроме того, как он выглядит на самом деле.

Оболочка, которую горгульи носят весь день, никак не отражает их истинный вид.

В миллионный раз я задумалась о том, какая же внешностью у Зейна. Его человеческая оболочка красива, но, в отличие от остальных, он никогда не позволяет мне увидеть свою истинную форму.

Поскольку я лишь на половину Страж, то не могу изменяться, как остальные. Я навсегда застряла в человеческой форме, безвозвратно ущербная. Обычно Стражи не слишком хорошо относятся к дефективным. Если бы не моя уникальная способность видеть души и ставить метки на тех, кому ее не хватает, я была бы совершенно бесполезна.

Зейн сел, держа в руке комок набитого меха.

— Посмотри, кого я нашел. Ты оставила его тут пару ночей назад.

— Мистер Снотти! — Я с улыбкой схватила потертого плюшевого мишку. — А я все спрашивала себя, где он.

Его губы изогнулись в улыбке.

— Не могу поверить, что этот мишка все еще у тебя.

Я плюхнулась на спину, прижимая мистера Снотти к груди.

— Мне его подарил ты.

— Это было давно.

— Он мой любимый плюшевый зверек.

— Он твой единственный плюшевый зверек. — Зейн растянулся рядом со мной, уставившись в потолок.— Ты вернулась домой раньше, чем я ожидал. Я думал, ты будешь заниматься с друзьями.

Я кривобоко пожала плечами. Зейн постучал пальцами по своему животу.

— Странно. Обычно ты ноешь по поводу того, что тебе нужно рано возвращаться, а сейчас еще даже нет девяти.

Я прикусила губу.

— И что? Я сказала тебе, что произошло.

— А то, что ты не рассказала мне всего. — Что-то в его тоне заставило меня повернуть голову в его сторону. — Зачем бы тебе мне врать?

Наши лица находились близко, но недостаточно близко, чтобы это стало опасно. И

Зейн доверял мне, верил, что я больше Страж, нежели демон. Я подумала о змее... и парне, который на самом деле был не парнем, а Верховным демоном. И содрогнулась.

Зейн протянул руку через крохотное пространство между нами и положил ее на мою. Мое сердце пропустило удар.

— Скажи мне правду, букашка Лэйла.

Я с легкостью могла вспомнить первый раз, когда он назвал меня так. Это было в ту ночь, когда Стражи привели меня в свой дом. В свои семь лет я была в ужасе от крылатых созданий с клыками и красными глазами, забравших меня из родного дома. Стоило им ввести меня в фойе дома, как я стрелой метнулась к первому же шкафу и забилась в него, свернувшись в клубочек. Несколькими часами позже Зейн выманил меня из моего укрытия плюшевым мишкой и назвал букашкой Лэйлой. Даже в одиннадцать он казался мне огромным, как сама жизнь, и с того момента я ходила за ним по пятам. Иногда старшим Стражам нравилось из-за этого ставить его в неловкое положение.