Пять минут жизни - Эмма Скотт

– Прекрасно.

Прилив адреналина от того, что меня почти поймали, исчез, оставив лишь приятный гул счастья. «Голубой хребет» не мог остановить меня, но они могли бы усложнить ситуацию, если бы вовлекли в дело полицию. Но я наконец вырвалась в мир. Зелень летней Вирджинии бушевала за нашими опущенными окнами, и ветер играл в моих волосах.

– Музыку включить? – спросил Джимми.

– Ты читаешь мои мысли.

Он взял с приборной панели свой телефон и передал мне.

– Грузовик слишком старый для блютус, но если сделаешь погромче…

– Поняла.

Я просмотрела его плей-лист.

– У тебя просто море танцевальной музыки и техно для любителя рок-н-ролла.

– Я загрузил его перед твоей процедурой, – сказал он. – Для наших прогулок или пока ты рисуешь.

– Черт, Джимми. Ты мало говоришь, но всегда самые чудесные вещи.

Он не сводил глаз с дороги, но уголок его рта приподнялся в полуулыбке.

Я нашла «We Are Young by Fun» с Жанель Монэ. И нажала воспроизведение.

– Мне нравится. Обожаю Жанель, – сказала я через несколько минут. – Но это не техно.

– Знаю, но услышал песню и решил, что тебе понравится.

– Ты был прав.

Я увеличила громкость на припеве. Он наполнил кабину, словно гимн всему, что я чувствовала в тот момент. Я была жива, я была свободна, и я была с человеком, с которым хотела быть больше, чем с кем-либо в мире.

В течение следующих нескольких часов мы с Джимми слушали музыку и разговаривали. О его дедушке Джеке, потому что это было единственное светлое пятно в его детстве. О моих родителях, и Джимми держал меня за руку, пока я плакала о них. Когда мы въехали в Мэриленд, я засыпала его вопросами о поп-культуре за последние два года.

– Какой фильм выиграл «Оскар» в прошлом году? Надеюсь, что-нибудь со Стивом Кареллом.

– Кем?

– Ты прикалываешься, да? Блестящий актер, который сыграл Майкла Скотта? Лучший босс в мире. Из «Офиса»? Лучшего в мире телешоу?

Он пожал плечами.

– Не могу сказать. Я не очень много смотрю телевизор.

– Всем в жизни нужен «Офис», – сказала я. – Кто выиграл Суперкубок?

– В этом году? «Патриоты».

– А в прошлом?

– «Патриоты».

– Следовало догадаться, – сказала я со смехом. – Кто сейчас президент?

– Ты не поверишь, если я тебе скажу.

У меня зазвонил телефон

– Это может быть только один человек… – Я выловила мобильный из сумки. – Точно. – И нажала прием. – Привет, сестра.

– Тея, где ты? – закричала Делия мне в ухо.

– Честно говоря, Дел, это не твое собачье дело. Уже нет.

– Ты не должна быть одна. Это небезопасно. Если что-то случится…

– Я не одна, – перебила я и посмотрел на Джимми. Он кивнул. – Я с тем, кого нельзя называть.

– Конечно, – сказала Делия, ее тон был горьким от сарказма. – Санитар. Кто еще? Ради бога, Тея…

Я закрыла телефон рукой.

– Делия передает тебе привет.

– Да уж, я думаю.

– Ты играешь своей жизнью, – рявкнула Делия мне в ухо. – А ради чего? Того человека? Он подговорил тебя на это? Конечно, он. Он уже несколько месяцев пытался залезть к тебе в трусы.

– Он идеальный джентльмен, хотя я сделаю все возможное, чтобы вылечить его от этого.

Джимми кашлянул, и его уши покраснели.

– Алтея Рене Хьюз…

– Нет, Делия, – перебила я. – Ты не можешь так со мной разговаривать. Если не придержишь язык, я повешу трубку, и ты больше никогда меня не услышишь.

– Пока тебе не потребуется больше лекарства, – сказала Делия. – Тебе его Рита Сото дала?

– Я украла его у нее. Она не имеет к этому никакого отношения.

– Не оскорбляй мой интеллект.

– Оставь ее в покое. Она хороший человек.

– Тебе нужно вернуться, Тея. У тебя…

– Повреждение мозга? Я не больна, Делия. Я наконец-то выздоровела, и меня достало тратить время впустую.

Короткое молчание. Я практически слышала ее отчаянную попытку удержать контроль.

– Я его арестую.

Я резко рассмеялась.

– За что?

– Похищение больного с черепно-мозговой травмой…

– Попытаешься его арестовать, и между нами все кончено. Клянусь. – Горькие слезы навернулись мне на глаза. – Не делай этого, Дел. Мама и папа были бы в ужасе.

– Конечно. – Ее собственный голос сорвался. – Они были бы в ужасе, как ты рискуешь жизнью ради мужчины.

– Я вешаю трубку.

– И куда теперь? – быстро спросила она. – В Нью-Йорк? Надолго?

– Еще не знаю. На неделю, а может, и больше. И когда я вернусь, это будет не санаторий. Я собираюсь снять себе квартиру. Вернуться в художественную школу.

– Так ты вернешься в Ричмонд?

Мой взгляд переместился на Джимми. Который жил в Бунс-Милл.

– Я не знаю все детали. Хочу плыть по течению. Но когда вернусь, пойду прямо к судье и отменю твою чертову доверенность.

– Это не важно. Ты…

– Мне решать. Я хочу свою жизнь обратно. И я ее возьму.

– Тея…

– Выходи за Роджера. Будь счастлива, Дел.

– Постой…

Я повесила трубку, бросила телефон в сумку и вытерла глаза.

– Удивительно, как можно чувствовать гнев, разочарование и любовь к одному и тому же человеку в одно и то же время. Наверное, так работает семья.

– Кто бы мог подумать, – ответил Джимми с мрачной улыбкой. – Ты все же ей отзванивайся.

– Она угрожала арестовать тебя.

– Она беспокоится о тебе. – Он поднял бровь. – Она одновременно злится, расстроена и любит тебя.

Я покачала головой.

– Ты потрясающий, Джеймс Уилан. Возможно, последний из действительно хороших людей.

Его телефон у меня на коленях зазвонил, высвечивая номер Делии.

– А она настойчивая, надо отдать ей должное, – заметила я, протягивая ему телефон. – Ответишь?

– Наверное, узнала мой номер от Алонзо. И да, я поговорю с ней. – Он нажал на кнопку и поднес телефон к уху. – Мисс Хьюз.

«Он такой вежливый. Интересно, это дедушка Джек научил его, как обращаться с женщинами?»

Джим добрую минуту слушал нотации моей сестры, наблюдая за дорогой.

– Это не мое дело, мисс Хьюз, – произнес он наконец. – Тея должна решать.