Щепотка удачи - Марисса Мейер

слишком залежалых чипсов из тортильи, немного соленых орешков и полпачки печенья «Орео».

Сойдет и это, решаю я, пересыпая чипсы в большую миску. В качестве бонуса в холодильнике обнаруживается баночка сальсы, а в кладовке – немного соуса кесо[79].

Мама заходит на кухню, когда я перекладываю соус в миску для микроволновой печи.

–Привет.– Ее голос звучит так, словно она слегка запыхалась.– Что ты… ах да. Суббота. Верно. – Она потирает лоб.

– Все в порядке? – спрашиваю я.

– О да. Просто в последнее время столько всего навалилось. – Мама вздыхает и наливает себе бокал вина из открытой бутылки, которая стоит в холодильнике. – Налоговый сезон, а еще нужно навести порядок ко Дню музыкального магазина… Честно говоря, я считаю каждый день, когда все пятеро моих детей благополучно возвращаются из школы, никто не пропускает уроки музыки и спортивные тренировки, вечером ужин на столе, и дом не сгорел дотла, маленькой победой. – Она делает глубокий вдох и прислоняется к столу.

– А у тебя высокая планка. – Я ставлю сырный соус в микроволновку на минуту.

Мама ухмыляется.

– Мы не можем все время быть идеальными. Тебе с чем-нибудь помочь?

Я мотаю головой.

– Тогда ладно. Я сказала Пенни, что вечером отведу ее в музыкальный магазин за канифолью, так что если нас не будет, значит, мы отправились туда. Элли я тоже возьму с собой, чтобы она вам не мешала.

– Она не мешает. – И это правда. Элли почти никогда не спускается в подвал во время наших сессий, но, если все-таки заходит, можно просто усадить ее на ковер с несколькими крошечными оловянными фигурками и позволить придумать себе свою собственную игру.

– Я очень люблю тебя, Джуд. Нам с твоим отцом так повезло. – Мама кладет руку мне на плечо, и я наклоняюсь, давая ей поцеловать меня в макушку, как раньше, когда я был маленьким.

Раздается звонок в дверь, и мама салютует мне бокалом.

– Повеселитесь, штурмуя замки.

На крыльце – Майя и Ноа. Майя хохочет так неистово, что ей приходится прислониться к перилам, и держится за живот, как будто ей больно.

Ноа невинно улыбается.

– Похоже, я укокошил нашего бойца.

Я смотрю на них разинув рот.

– Что ты ей сказал?

– Ничего.

– Горен… Ужасный… – вырывается у Майи сквозь смех.

– А-а. – Я киваю. – Да, Ноа – мастер перевоплощения.

– Не понимаю, о чем ты, – говорит Ноа. – Я испытываю огромное уважение к нашему кровожадному другу. Я бы никогда не стал изображать его в шутливой манере.

– Это было… так… в точку, – выдыхает Майя, вытирая слезы.

Я провожаю их в дом, и к тому времени, как мы относим всю еду вниз, Майе удается взять себя в руки.

Пока мы устраиваемся, в дверь звонят снова, и я бегу наверх, перепрыгивая через две ступеньки. Это пришли Рассел и Кайл. Когда я впускаю их внутрь, к дому подъезжает Сезар.

– Этот день настал! – восклицает Кайл. – Знайте, я не уйду отсюда, пока мы не завоюем этот храм, не поубиваем всех монстров и не снимем проклятие.

Я улыбаюсь, но даже сам ощущаю, что улыбка выходит вялая.

– Посмотрим, куда приключения заведут нас сегодня.

Мы совершаем набег на кухню за газировкой и, нагруженные, снова спускаемся в подвал. Майя и Ноа, сидящие друг напротив друга за карточным столом, увлечены разговором.

Я откашливаюсь, и они поднимают глаза. Оба выглядят как будто удивленными.

И… виноватыми?

– Все готовы? Сезар, кубики у тебя?

– О черт! – восклицает он, вскакивая на ноги. Он вечно забывает их в машине.

Пока Сезар ходит за кубиками, я рассеянно перекладываю свои бумаги. У меня внутри все клокочет, но, кажется, никто не замечает, как я нервничаю. Меня поражает, как быстро Майя стала неотъемлемой частью нашей группы. Ребята дружно обсуждают последние события нашей кампании; Кайл хвалит Майю за смекалку, проявленную, когда они наткнулись на злобных маленьких эльфов, и та выглядит искренне польщенной.

И тут до меня доходит. Из всех неожиданных фортелей, которые могла выкинуть вселенная, случилось самое невероятное – Майя Ливингстон теперь одна из нас. И это странно.

– Все хорошо, Мастер подземелий? – спрашивает Сезар.

– А? – Я и не заметил, что он уже вернулся.

Все таращатся на меня.

– В чем дело? – допытывается Сезар, занимая свое место и выкладывая кубики на стол. – Ты выглядишь встревоженным.

– Просто задумался о том, что у нас намечается. – Я сглатываю. – Э-э… в последнюю минуту снизошло вдохновение, и я внес несколько небольших изменений в кампанию. Вам не о чем беспокоиться. Я просто… ну, вы понимаете. Думаю, не упустил ли чего-нибудь.

– Так чего мы ждем? – торопит Рассел. Он терпеть не может светских бесед.

– Я почти готов. – Делая глубокий вдох, я оглядываю группу, и наконец мой взгляд останавливается на Майе. Она вертит в руках крошечную фигурку тифлинга, которую Ной одолжил ей еще в первый день.

Я рассеянно хватаю свой двадцатигранник.

Совершенно обычный кубик, никакой не волшебный.

Если выпадет число больше десяти, я это сделаю.

Большим пальцем я поглаживаю грани и углы кубика.

Нет – больше пяти.

Я бросаю кубик, надежно спрятанный за ширмой. Он катится по моим бумагам.

Останавливается.

И на нем…

Единица.

Критический сбой.

Я смотрю на эту простую цифру. Она смеется надо мной.

Обескураженный, я закрываю глаза.

Но… неужели я позволю какому-то кубику решать за меня? Кубику, который даже не обладает мистической силой?

Нет. Ни за что.

Я – Мастер подземелий, и я здесь главный. Не удача. Не магия. Не храм Ландинтона.

– Хорошо. – Я зажимаю дайс в ладони. – Поиски были долгими и опасными…

Как только вопрос слетает с моих губ, я понимаю, что это была плохая идея. Я чувствую это каждой клеточкой тела. Чувствую по тому, как все смотрят на меня. И прежде всего по тому, как на меня смотрит Майя.

Не похоже, что она польщена. Или счастлива. Или взволнована.

Скорее, ее… подташнивает?

Мое предложение повисает в воздухе, сопровождаемое удушающе неловким молчанием.

Я сглатываю.

– Для протокола, это спрашиваю я. Джуд. А не статуя. – Я опускаю перегородку, чтобы нас с Майей ничего не разделяло. – Майя, ты пойдешь со мной на выпускной бал?

Она открывает рот, но не издает ни звука. По какой-то причине она смотрит на Ноа, затем снова на меня.

– Джуд, – тихо произносит она. – Могу я поговорить с тобой…