Полюби меня такой - Dana D

любящих глаз, медленно стала нашаривать эту дурацкую ручку. Господи… Руки дрожат неимоверно, да и тело все покрыто уже крупной дрожью.

— Что ты здесь делаешь?

— Так, это и есть тот ЧУВАК которому срочно нужна помощь?

Герман раздраженно сводит брови к переносице, вижу как напряженно заходили жевалки на его острых скулах. Явно не пылает огромной радостью находится здесь, рядом с той, которая причинила ему неограниченную боль. Ну Тим! Ну гаденыш мелкий! Ведь наверняка его сюда специально отправил, ну я тебе устрою!

— Ну, и что у тебя случилось?

Важно скрестив руки на мощной груди, он вальяжно встал напротив и пристально, с небольшим прищуром ледяных глаз осмотрел всю мою машину, пытаясь найти проблему моей поломки.

— Ничего. Ты, это… Давай, езжай обратно, я лучше уже подожду эвакуатор.

— Ты вообще в себе? Ты в курсе, что у некоторых людей есть такое понятие, как работа?

— Значит, ты безответственно к ней относишься, раз в свое рабочее время гуляешь загородом.

С моих губ слетел легкий смешок, что ещё больше стало раздражать Германа. Он слегка наклоняется ближе к моему окну, чувствую его дыхание. Черт! Не надо… Не надо этой близости, тяжело. Даже преграда в виде железного метала не особо меня спасает, я дрожу словно от проливного дождя. Кажется даже не дышу.

— Я сорвался посреди рабочего дня, приехал сюда, чтобы по твоему что? Посмотреть в твои красивые глазки, развернуться и уехать, м?

Медленно проговаривает, разминая шею. Хищно скалится и облизывает нижнюю губу, не смотрю в его глаза, смотрю именно на губы. Чувственные губы, вкус которых я до сих пор не могу забыть.

— Ты все бросил и приехал помочь?

С ужасом отбрасывала от себя мысли, что так называемый женишок отослал меня, слился когда мне нужна была помощь, а тот, кого я сама оттолкнула, отогнала от себя, наговорила столько унизительно обидных слов, сорвался и приехал… Между тем, одна мысль всё назойливее и назойливее залезала ко мне в душу… А приехал бы он, зная что именно мне нужна помощь?

— Прикинь, знал бы к кому ехал…

Вот я и получила ответ на свой вопрос… Становится вдруг чертовски неприятно, неужели так быстро он вычеркнул меня из своей жизни? Конечно я сама виновата, но я не думала что это возможно так быстро, ведь я всю эту неделю мучалась, сжирала себя чувством вины и удушающими мыслями лишь о нём. Сама уже не понимала, как выбраться из этого вязкого болота, которое затягивает меня с каждой минутой все больше и больше в беспросветное, топкое дно.

— Что? Не поехал бы?

Гордо вздернув подбородок спрашиваю, а сама замираю в ожидании, Герман лениво склоняет голову набок и томит меня в этом ожидании. Ну же… Скажи правду. Скажи что я больше ничего не значу в твоей жизни, давай! Оттолкни меня! Сделай так, чтобы я тебя ненавидела, а не сгорала от любви. Но он упорно молчит, сканируя меня синими как океан глазами.

— Сама как думаешь?

— Я тебя не просила, я просила Тима, так что, уж извини.

— Знаешь, а ты права, вот сиди и жди своего Тима, ну…. Или позвони своему женишку, уж невесте он в помощи не откажет, адьес.

Больше не говоря ни слова, он накинул на глаза темные очки, развернулся, дошел до своей машины, сел за руль и со всей дури дал по газам, скрываясь в поле моего зрения.

— Ну, молодец Уля, что тут скажешь..

Как полная идиотка все же решила вызвать эвакуатор, как сообщил диспетчер, время ожидания сейчас значительно увеличилось, ладно, подожду. Уже плевать. Зато спокойно и без нервов. Скрестив руки на груди, чуть опустила спинку кресла, устало накинула один наушник в ухо, включила небольшой монитор который был пристроен на панели и откинулась на спинку в ожидании помощи. Мне даже показалось что я знатно так приснула, иначе как объяснить тот факт, что я не услышала звук подъезжающей машины. Снова этот напряженный стук по стеклу. Медленно приоткрываю веки, и уже с полным спокойствием, глядя перед собой в лобовое, приспускаю окно.

— Ты же попрощался и вроде как уехал.

Не смотрю на него, вглядываюсь в высокие хвойные деревья, которыми буквально окружена пустая трасса. Выжидающе жду… Проходит секунда… Минута… Две..

— Значит, не уехал.

Говорит спокойным вроде голосом, а мне становится не по себе. Поворачиваюсь в его сторону, опустив голову, Герман наблюдал за мной исподлобья.

— Получается, ты меня не бросил?

Не бросил, не уехал, вернулся… Неужели я действительно ему нужна, сколько бы я его не прогоняла, сколько бы боли ему не причинила, он все терпит и прощает, не отворачивается от меня, рядом…

— Не бросил… Что у тебя случилось?

— Колесо стрельнуло.

Несмело пожимаю плечами.

— Тебе никто не говорил, что для таких случаев у нормальных людей есть запаска?

Цинично произносит и приподнимает уголок губ, не могу увести глаз с красиво лица. Его ухмылка всегда меня завораживала, очень красивый…

— Соболевская? Ты хоть иногда голову включаешь? Такси не могла взять? Обязательно самой нужно было за руль сесть, тем более после перелета?

— Нежели волнуешься? И вообще, откуда знаешь про перелет?

— Хм… Слушай блондиночка, не трудно сопоставить факты и понять откуда ты выехала на эту трассу, a второе, отвечать вопросом на вопрос, не всегда красиво.

Почему когда я смотрю на этого человека, мой мозг всегда отключается, или как объяснить тот факт, что я сама сейчас расплываясь в блаженной улыбке.

— Товарищ следователь, тот факт, что у меня светлый цвет волос, не значит что я идиотка, я прекрасно знаю про это чертово запасное колесо.

— Серьезно? Ну и где же оно тогда?

Довольно усмехается, упираясь руками о крышу машины.

— Дома выложила.

— Я так понимаю, если сейчас открыть твой багажник, там все будет завалено чемоданами? Да?

Экстрасенс блин! Ну конечно так и есть, откуда я знала что именно сегодня моё колесо решить устроить такую подлянку. Или же все-таки это судьба, сколько бы я не бежала от него, нас все равно кто-то свыше сталкивает лбами? Хотя, я никогда не верила в эти совпадения или же знаки судьбы.

— Ты зачем вообще вернулся? Устроить этот допрос?

— Вернулся… Вернулся свое забрать.

От наглости Геры я немного ошалела, он лупанул руками по крыше и стал обходить мою машину. Открыл пассажирскую дверь и дерзко уселся рядом. От этой близости сносит крышу. А потом и вовсе, внезапно, одним резким рывком, он перетаскивает меня на свои колени.

— Ты что творишь, дикарь?! Совсем что ли озверел?!

— И