Я полюбил тебя в Нью-Йорке - Айдай Нурланова

тем более Майклу. Это и зацепило его в ней. Разве не это её нереальность!

Тридцать вторая глава

Шла двадцать вторая минута телефонного разговора Камилы и Амелии.

– И как теперь тетя?

– Вчера я отвезла её домой. Я позвонила Миранде, она приедет завтра вечером и побудет со своей мамой.

– Мама, мне жаль, что тетя так часто попадает в такие ситуации.

– Есть люди, которые не могут жить спокойно. Им наскучивает и они ищут приключения себе на голову.

– Вы такие с ней разные, мама.

– Да, мне бы немного её духа, а ей немного моего спокойствия....

Камила рассказала Амелии про очередную форс мажорную ситуацию, в которую попала её сестра.

На выставке картин в Нью-Йорке одного известного голландского художника Грета испортила одно полотно, когда в словесной перепалке брызнула в лицо своему оппоненту шампанским. Напиток помимо лица миссис Симонс попал также в самую известную работу художника, которая в аукционе оценивалась в $120 тыс. Нарушительницу общественного порядка попросили немедленно покинуть мероприятие. На следующее утро ей выслали чек в сумме $150 тыс.

– Через неделю я приеду. Я уже купила билет на самолёт.

– Хорошо, доченька. Ты хочешь отдохнуть где-нибудь? Хочешь съездить на море?

– Нет, мама. Я уже две недели как отдыхаю. Мне надо работать.

Амелия только что попрощалась с мамой и собиралась позвонить Бриджит с Green World, как вдруг постучали в дверь. Амелия поднялась с кровати, где лежала и приняла сидячее положение.

– Входите.

Дверь открылась с другой стороны и в комнату вошёл Майкл. Сегодня у него был очень лакомый образ : голубая рубашка и серые брюки.

– Майкл? Привет, – Амелия встала со своего места. Удивительно, какую внутреннюю реакцию он вызывал у неё одним своим появлением. Его визит не был неожиданным. Она каждую минуту, с того момента как её выписали из больницы, ждала его. Бывало, она могла часами смотреть в сторону главного ворота, ожидая его. Но когда он появился, она встрепенулась.

– Собирай вещи. Курорт окончен, – по тону его голоса и выражению лица Амелия поняла «она не задержится здесь и часа», но их непростые отношения вынуждали её сказать

– Ты ни разу не позвонил мне за это время, даже ради приличия не написал одну смску и теперь вот так вламываешься сюда? – возмутительным голосом сказала Амелия.

– Моё бездействие не имеет никакого отношения к безразличию, – его карие глаза были такими завораживающими. Когда он говорил таким повелевающим голосом ему хотелось подчинится, предоставить всё его рукам и следовать за его крепкими сильными плечами, но гордость внутри протестовало.

– Мне хорошо здесь. Я никуда не уйду от сюда, – Амелия скрестила руки на груди.

Майкл подошёл к ней вплотную и посмотрел на неё каменным взглядом.

– Я жду тебя внизу. У тебя есть пятнадцать минут. Если не спустишься, увидишь меня с такой стороны, с какой я не хотел бы, чтобы ты меня видела, – затем он повернулся и вышел из комнаты.

– Извините, – Майкл обратился к горничной, которая вытирала пыль разноцветной метелкой с хрустальной вазы, установленной посреди длинного коридора, – вы не знаете, где сейчас Артур?

– Он сейчас в читальном зале, – женщина указала на большую комнату граничащую с садом.

– Благодарю.

Майкл быстрыми шагами направился в указанную комнату и без стука вошёл в неё. Артур сидел на кресле со свежей утренней газетой на руках. Он переворачивал прочитанную страницу, а рядом с ним на стеклянном журнальном столике стояла чашка наполовину наполненная чёрным чаем с бергамотом.

– Майкл, ты здесь? – нейтральным тоном спросил Артур, затем он отложил газету и медленно поднялся с места и обошёл стол, чтобы добраться до своего друга. По виду Майкла и по его походке Вульвертон понял, что у его гостя не самые тёплые намерения и

ни с одной из сторон не поступила инициатива пожать руку для приветствия.

– Я приехал забрать Амелию. Спасибо за гостеприимство, но оно растянулось, – без церемонии заявил Майкл.

– Ты обсудил это с ней? – Артур сомнительно посмотрел на него.

– Конечно, – коротко ответил Майкл и, не видя причину задерживаться здесь, отвернулся чтобы уйти. Но у Вульвертона было к нему несколько вопросов.

– Я только что разговаривал с ней, она не собиралась уезжать от сюда. На вечер у нас были планы.

– Планы отменяются. Займи себя чем-нибудь другим, – он говорил таким тоном, будто его раздражало каждое слово собеседника.

Артур не подал виду и продолжил уже открытое пререкание другой фразой.

– Почему ты не хочешь, чтобы она осталась у меня?

– У меня к тебе встречный вопрос, – Майкл полностью повернулся к нему корпусом и положил руки в карман. Это был жест недружественности. Артур хорошо знал этот взгляд своего друга. Он никогда не хотел бы оказаться его объектом, но Майкл уже дал понять свою позицию, а Артур не привык поджимать хвосты.

– Ну Майкл, не буду же я подсказывать тебе очевидные вещи, – без малейшего колебания признался англичанин.

– Так я и предполагал, – он с презрением посмотрел на Вульвертона, а его глаза говорили «ты ещё поплатишься за эти слова».

– Почему, Майкл? Почему? – Артур искренне задавался этим вопросом.

– Почему ты прятал её от меня, скажи мне, друг мой?

– Давай без лицемерии. Мы оба понимаем, что наша дружба умерла в ту минуту, когда ты увидел её.

– Для тебя в ту минуту. А для меня, когда ты отправил те бумаги в парламент, чтобы сорвать наше свидание с Амелией. Ты думаешь я не догадался.

– Я рад, что ты понял, что я могу устроить тебе такие проблемы, при этом спокойно кофе допивать, – в его глазах блеснула угроза. Артур в свете последних событий между ними прогнозировал такую сцену. Он знал, что нельзя злить Майкла, но сейчас он пошёл открыто против него ради одной вещи, которая была важнее их дружбы.

– Ты мне не ответил, – он перевернул течение разговора, – ты боялся, что она может мне понравится? – Вульвертон сделал паузу. – Ну это было несомненно. Ты боялся, что ей могу понравится я, – он особенно выделил последние два слова.

– Мечтать невредно, – с издевательскими нотами произнёс он, всем своим видом показывая незначительность услышанных слов.

– Тогда успокойся, Майкл. Это всего лишь моя мечта....

– Которую я тебе запрещаю, – на полуслова прервал его собеседник.

Артур отстранился назад и вдумчиво посмотрел на него, брови его сошлись на переносице, а глаза закрутились как карусель.

– Я же вижу тебя таки перепирает любопытством, давай, Артур, смелее. Спрашивай, – Майкл наблюдал за ним, не упуская ни малейшего изменения в его лице.

Артур сделал шаг вперёд в сторону Майкла, он изучающе смотрел ему