Кровь навсегда - Джилл Рамсовер

я не была уверена, что мой разум расколется от потребности. В этот момент он выровнял наши тела, его зеленые, как мох, глаза остановились на моих, и медленно вошел в меня. Без презерватива. Ничего между нами.

Ни стен, ни гнева.

Никаких семей или планов.

Только Мария и Маттео, открытые и обнаженные друг перед другом.

Он занимался любовью с моим телом и душой, говоря со мной так, что невозможно было игнорировать. Он сказал мне, что видит мою темноту и зазубренные шрамы — под мерзкими частями меня, которые я отчаянно хотела выкинуть — и он хочет меня всю. Красота того, кем я была, и сложность женщины, которую я показывала миру. Как будто уродливого там не было, а он видел только совершенную грацию.

Когда я столкнулась с таким абсолютным принятием, у меня не было другого выбора, кроме как отдать себя — раны и душевную боль, преданность и верность... Я отдала свою душу Маттео Де Луке.

Я предлагала ему новые способы причинить мне боль. Азартная игра на доверии, с моим сердцем в качестве залога. И я наслаждалась осознанием того, что он испустит последний вздох, прежде чем причинить мне боль.

Мне оставалось только сдаться и молиться, чтобы не совершить самую большую ошибку в своей жизни.

20

МАТЕЕО

— Свадьба начнется через час — ты скоро будешь готова? — позвал я Марию, которая пряталась в нашей ванной под видом подготовки.

Свадьба Софии и Нико проходила в городе, недалеко от нашей квартиры, что делало время на дорогу минимальным. Церковь Пресвятых Даров — огромный старинный католический собор, расположенный недалеко от площади Линкольна в центре Манхэттена. Оттуда гости собирались в отеле The Plaza в нескольких кварталах к югу для приема. На приеме присутствовали представители всех пяти семей и даже несколько русских.

Мне еще многое предстояло узнать о своей жене, но не нужно было быть гением, чтобы понять, что она тянет время. Она говорила, что не хочет ехать из-за Стефано, но я не до конца понимал степень ее отвращения к встрече с ним. Все преувеличивают, поэтому бывает трудно определить подлинность чьих-то слов, если ты их хорошо не знаешь. Я не верил, что Мария действительно пропустит свадьбу своей сестры из-за присутствия одного мужчины. Наблюдая за тем, как она медлит по мере приближения свадьбы, я уже не был так уверен.

— Я буду через минуту. Мои волосы не поддаются. — Ее приглушенный голос донесся из шкафа до того места, где я стоял в дверном проеме спальни. Она была приглашена сделать прическу и макияж вместе с остальными членами свадебной компании, но отказалась из-за беспокойства за свой желудок. Я не мог не задаться вопросом, не связано ли это больше с ее бойкотом самого мероприятия, чем с чем-либо еще.

Я покачал головой и вернулся в гостиную, как раз вовремя, чтобы застать звонок своего телефона. На экране высветилось имя Филипа.

— Да.

— У меня есть для тебя кое-какая информация, хотя я не уверен, куда именно она направлена.

— Стефано?

— Да. Я не могу найти ничего, напрямую связывающего его со смертью Марко, но я изучаю другой вопрос. Кажется, наш парень был связан со смертью женщины, которая жила рядом с ним. Возможно, это совершенно не связано, но что-то в этом было не так. Я решил разобраться в этом.

— Связано? Его просто допрашивали по поводу ее смерти или это пошло дальше?

— Он был подозреваемым номер один — его обвинили и арестовали, но когда пришло время для предъявления обвинения, его отпустили за недостаточностью улик.

— Когда она была убита?

— Летом 2002 года.

— Это всего за несколько месяцев до убийства Марко, — размышлял я. — Я не понимаю, как эти два события могут быть связаны, но продолжай копать. Я согласен, что там может быть что-то. Ты узнал что-нибудь еще о смерти Марко? — Я приказал Филипу как можно незаметнее выяснить все, что он сможет, о смерти Марко и о том, как это может быть связано со Стефано. Я не хотел разжигать неприятности, если в утверждениях Марии не было ни капли правды. Филип мог быть занозой в моей заднице, но я доверял ему больше, чем кому-либо другому, в том, что он будет следовать моим инструкциям.

— Парень был убит парой язычников.

Мои брови сжались в узел от замешательства. Каким образом, блядь, язычники играют в это дело? Они были безжалостной мотоциклетной бандой на всем восточном побережье. Они были первыми, кто принял нашивку 1% — обозначение того, что они один процент мотоциклистов, живущих вне закона. И они относились к этому серьезно. Ни одна из семей не любила приближаться к ним, потому что они были чертовски непредсказуемы.

— Зачем язычникам охотиться за ребенком Энцо? И почему Мария считает, что Галло связаны с его смертью?

— Никто с нашей стороны не знает, что именно произошло, но говорят, что Энцо пришел на следующее заседание Комиссии после смерти сына и представил семейное кольцо Галло в качестве доказательства причастности Галло. В тот день Лучиано объявили войну, и Анджело был очень рад вступить в нее.

Мог ли Анджело стоять за смертью ребенка? Вполне возможно, но спросить его сейчас было невозможно, а он никогда не хранил письменных свидетельств о чем-либо в своей жизни. Когда он умер, в его доме не осталось почти никаких личных вещей, не говоря уже о свидетельствах его жизни в семье.

— Ты молодец, Филип. Но мы должны выяснить, чье это было кольцо. Это должен быть ключ — кажется слишком удобным, чтобы он был у язычников.

— Это точно мои мысли, — согласился мой брат.

— Продолжай копать, но не забывай делать это тихо, — напомнил я ему.

— Ты собираешься рассказать мне, какого черта все это делается? — В его голосе звучал оттенок раздражения. Он хотел, чтобы я показал свои карты, но забывал, что в этом сценарии я был его боссом, а не братом.

— Нет, и тебе лучше знать, чем спрашивать. Если бы я хотел, чтобы ты знал мои причины, я бы тебе уже сказал. — Он был воспитан в этой жизни так же, как и я, и знал, что к чему. Черт возьми, когда я стал заместителем босса и взял его с собой в качестве второго помощника, я четко определил характер наших отношений.

— Я знаю,