Опьяненные страстью - Джилл Шелвис

Харли отошла в сторону, решив дать девушкам возможность побыть своей компанией, вернее для того, чтобы побыть одной. Когда к ней подошел Ти Джей, она вручила ему огромный сандвич с индейкой и сыром и сказала:

– Все прошло хорошо.

Что-то проворчав, он плюхнулся рядом и принялся жадно есть.

– Проголодался? – весело спросила Харли.

– Даже геи иногда хотят есть.

О да, а то она почти забыла.

– Если тебе от этого легче, они мне не поверили.

– Очень жаль. Я предпочел бы скорее быть геем, чем мальчиком – игрушкой месяца. Тебе следовало сказать им, что мы вместе – это надежнее.

Она открыла было рот, но передумала, а потом и вовсе стала защищаться, не понимая, почему столь простое решение так ее раздражает.

– Должно быть, весьма утомительно отбиваться от знаков внимания четырех красивых молодых женщин.

Но он отбивался, причем с такой спокойной холодной любезностью, на которую она вряд ли способна.

– Я хотела сказать, что они готовы тебя съесть. Если не обращать внимания на то, что они лапали тебя при посадке и высадке, то в основном с ними справиться было довольно легко, верно?

Он молча посмотрел на нее и доел сандвич.

Харли ухмыльнулась:

– Сколько раз тебя вообще лапали?

– Не знаю, но я весь в синяках, хотя тебе полагалось меня защищать, следить, что творится у меня за спиной.

Да, но она была слишком занята, потому что следила за его задницей.

– Ты действительно ничего не испытываешь, когда они вот так на тебя набрасываются?

Он жадно уставился на ее недоеденный сандвич.

– Испытываю желание придушить Кена и Стоуна.

Она снова рассмеялась и отдала ему остаток сандвича.

Его глаза потеплели.

– Я так люблю, когда ты смеешься.

Черт, она опять растаяла!

– Знаешь, они считают тебя даром Божьим и надеются, что ты альфа-самец, доминируешь в сексе и готов навестить каждую сегодня в спальном мешке.

– Как насчет тебя? Хочешь, чтобы я стал альфа-самцом и доминировал в твоем спальном мешке сегодня ночью? – спросил он шепотом.

Жар охватил ее, и она жадно оглядела его великолепное тело, распростертое на песке. Он так и не надел рубашку, и теперь на нем были только шорты и улыбка, которая выдавала коварные намерения.

– Видишь то, что хочешь?

– Нет, вовсе нет.

Она повернулась к нему спиной и прижала колени к груди, устремив взгляд на реку и радуясь, что он не видит ее лица.

– Ладно, я перефразирую. – Он провел пальцем по ее плечу.

– Ты не хочешь меня…

– В качестве бойфренда, – закончила Харли, потому что на самом деле хотела, безумно, но не собиралась удерживать, не могла, опасаясь остаться с разбитым сердцем.

– Потому что…

– Потому что тебе не хочется быть бойфрендом. Кроме того, ты читал мой список и видел…

– Верно. Я не… Как ты там описала Ноулана? Славный, надежный и стабильный?

Она прикрыла глаза:

– Да.

Но говоря по правде, несмотря на свою грубоватую внешность, несмотря на властный характер, это он как раз такой, каким она считала Ноулана: славный, надежный и стабильный.

И это означало, что она пропала.

Посла ленча они сплавлялись по сравнительно спокойному отрезку реки и так медленно, что Харли смогла бы выскочить на берег и подтолкнуть каяк. Ни волн, ни водоворотов – ничего. Вода была такой спокойной, что нос каяка даже не поднимался и не опускался.

Ти Джей шел впереди, за ним четыре девушки – стараясь обратить на себя внимание любым доступным способом, и замыкала процессию Харли, которая все видела и слышала, потому что они даже не пытались понизить голоса, поскольку она для них была не более чем обслуживающий персонал.

– Взгляни на его руки, – прошептала Китти с мечтательным вздохом.

И она права: у Ти Джея действительно самые возбуждающие руки, Харли больше ни у кого не видела в мире таких и даже сделала несколько фото этих рук, напряженных, загорелых, блестящих от пота.

– Может, его внимание привлечет, если снять топ? – не унималась Китти.

– Нет! – вырвалось у Харли, и все четыре девицы повернули головы к ней. – Никакой обнаженки на реке – так написано в инструкции.

«Никакой обнаженки»? Боже, ну о чем она только думает!

Ти Джей тоже обернулся, будто раздумывая: то ли включиться в их перепалку, то ли сбежать куда-нибудь к чертовой матери, – но Харли жестом дала ему понять, что справится.

Возможно.

– У меня идея получше, – пробормотала Шелли. – Смотрите!

Она вдруг принялась с визгом раскачивать каяк, пока не перевернулась, и завопила:

– Помогите! Ти Джей! Я же тону!..

Но он уже разворачивал каяк. Харли знала: в два счета он доберется до Шелли, вытащит из воды, а та постарается вцепиться в него, прилипнуть своим впечатляющим телом… и Харли должна была признать, что тактика эта совсем не плоха. Наблюдать это представление довольно забавно, если не учитывать пару нюансов: во-первых, Ти Джей намерен платить ей именно за то, чтобы не допускала подобных ситуаций, и, во-вторых, ей совсем не хочется, чтобы мокрая полуголая женщина липла к нему, если только эта мокрая полуголая женщина не она сама.

– Шелли, – проговорила она совершенно спокойно, поднимая руку и, таким образом, останавливая Ти Джея. – Опусти ноги и встань: вода не дойдет тебе даже до пупка.

Шелли немедленно перестала вопить и размахивать руками и встала, обиженно глядя на Харли:

– Вы совсем не понимаете шуток! Взяли и лишили меня шанса получить первую помощь – искусственное дыхание способом «рот-в-рот».

Глаза Ти Джея закрывали темные очки, поэтому Харли не могла разглядеть выражение его лица с расстояния пятидесяти футов, их разделявшего, но была уверена, что ситуация его забавляет.

А поблагодарить ее он может и позже: тем же способом, «рот-в-рот», только собственным вариантом.

Они снова поплыли вниз по реке, но больше подобных проделок не было.

Харли немного удивило, когда Ленни подвела к ней свой каяк и улыбнулась.

– Что-то случилось?

– Нет-нет, все в порядке, – поспешила ее заверить та. – Здесь потрясающе!

– Да, вы правы.

– Какая вы счастливая, что имеете такую работу! Думаю, лучше просто не придумаешь.

– Чем собираетесь заниматься после университета?

– Я подумывала о преподавании, но теперь поняла, что хочу чего-то другого, чего-то подобного вашей работе.