Её Дневник - Татьяна Адриевская

Кирилл прошёл первый и затянул меня следом. Отец сидел отвернувшись к окну, словно изваяние. Не шелохнулся, когда Кирилл обратился к нему. Стояла, спрятавшись за широкую спину брата, и не могла даже глаза поднять. В ушах звенело от страха. Готова была ещё раз выслушать моральные принижения бабки, лишь бы сбежать отсюда. Глубоко вздохнула и отпустила руку брата. Ну не убьют же меня, в конце концов! Остальное – выдержим.

– Мы с Миланой хотим поговорить с тобой, – снова подал голос брат.

В отличие от меня вёл себя гораздо смелее и увереннее.

– Пусть останется Милана, – холодно процедил отец, продолжая держать взгляд на окне.

– Дело касается нашей матери. Я тоже должен быть в курсе.

Отец перевёл ледяной взгляд на Кирилла. Я бы точно примерзла к полу, если бы он посмотрел так на меня. А вот мой брат даже в лице не поменялся – смелый. В ярких голубых глазах светился вызов.

Надо же, сегодня я узнала, что холодный, внушающий страх человек, сидевший по другую сторону кабинета, мне не родной. Но я по-прежнему мысленно считаю его отцом. Оказывается, подобное не так-то просто осознать!

– Когда она совала нос в мою жизнь, тебя в курс дела не вводила.

По спине пробежали мурашки, я оглянулась на дверь, мечтая незаметно стушеваться.

– Если бы ввела, я бы всё равно не прошёл мимо.

Отец поднялся в кресла и перевёл тот самый ледяной взгляд на меня. Вернее на то, что едва виднелось из-за спины брата. С радостью одела бы на себя шапку невидимку, знать бы, где взять!

– Тогда пусть твоя сестра хотя бы наберётся смелости из-за твоей спины высунуться, – потребовал он.

Снова звенящая тишина. Лишь сердце с грохотом колотилось об ребра. Осторожно шагнула в сторону от Кирилла и почувствовала на себе весь холод голубых глаз.

– Чего ты добиваешься, Милана? – холодно спросил отец.

– Я не собиралась тебе угрожать…

– Это я и без тебя понимаю, я закрывал рот людям и посерьёзнее, – перебил он.

– Хотела знать правду.

– Узнала. Ну и как тебе правда?

Повела плечом и ничего не ответила.

– Скажи, тебе так плохо жилось в этом доме? – отец продолжал говорить ровным тоном, но мне почему-то стало совсем неспокойно. – Теперь будет гораздо хуже, поверь мне.

– Я не в ответе за поступки своих родителей, – разозлилась я.

Кирилл выступил вперёд, загораживая меня:

– Я одного не пойму, если всё дело в матери, почему только Милана? Я ведь тоже её сын…

– В первую очередь ты МОЙ сын, – перебил тот, грозно прищурившись.

– Если ты забрал меня в свой дом только для того, чтобы было на ком отыграться за предательство матери – лучше бы оставил дохнуть с голоду!

– Разговорилась? – рявкнул отец, заставив меня вздрогнуть. – Я забрал тебя только потому, что твоя мать умоляла меня об этом. И раз уж ты живёшь в этом доме, будешь открывать рот, когда я позволю!

– Не хочу! Жить! В этом доме!

– Милана… – предостерегающе начал брат, но я заговорила ещё громче.

– Ни с тобой! Ни с твоей верной женой! Ни с твоей избалованной дочерью!

На этот раз тишина оказалась поистине злой и устрашающей. Вмиг окаменела. Меня захватил в тиски по-настоящему осязаемый гнев стоящего напротив мужчины. Даже взгляд не могла от него оторвать.

– Хорошо, – наконец сказал он. – Здесь ты больше жить не будешь. Отправлю тебя туда, откуда подобрал! В понедельник мои люди займутся твоим переводом из университета. Хотя сомневаюсь, что в том захолустье есть высшее учебное заведение, поэтому будешь учиться там, где будет место. Вещи можешь не собирать, в дорогих брендах там точно не разбираются!

– Папа… – ошарашено закачал головой Кирилл, да и мне до конца не верилось в то, что говорил отец.

– Ни слова, Кирилл!

– Я не согласен! И не позволю портить жизнь моей сестре!

– Милана только что сама изъявила желание покинуть этот дом. Пусть едет на родину своего родного папаши, осваивать аграрное производство…

– Она останется рядом со мной! Даже если не в этом доме!

– Собрался мне условия ставить? – отец начал терять терпение.

– Прошу не переходить границ.

– Границы здесь устанавливаю я, а вы видимо позабыли об этом.

– Я ничего не забыл. Но это… Оставь Милану в покое! Хватит!

– Решение принято, Кирилл. Дверь вон там.

– Я никуда не поеду… – испуганно посмотрела на брата. – Не поеду!

– Тебя кто-то спрашивает?

– Ты не можешь увезти меня силой.

– Могу, – спокойно заявил отец. – Ты потеряла моё доверие полностью, Милана, после случившегося сегодня. Теперь ты выйдешь из этого дома только в качестве невидимки. Хотя до этого я планировал вполне приемлемый вариант – ты могла уйти замужней женщиной.

– Тогда я ухожу прямо сейчас. В качестве самой себя, и так громко, как только смогу! Ведь ты этого боишься на самом деле?

Я развернулась, не дожидаясь его ответа, и почти бегом понеслась к двери. Затылок прожигал неистовый взгляд отца. Я слышала, как брат негромко попросил не останавливать меня, и резко распахнула дверь. Уже в приоткрытом проеме заметила ускользающую черноволосую макушку мачехи, которая по всей вероятности подслушивала наш разговор.

– Иди в свою комнату, Милана! – тихо попросил брат, догнав меня. – Не смей никуда уходить, пока я не поговорю с отцом, поняла?

Тихонько кивнула, чувствуя, как меня колотит от страха. Я даже не сомневалась, что если отец не передумает, он действительно сошлёт меня куда захочет, лишь бы с глаз долой. И никакие силы его не остановят.

Телефон Миланы, 22.03.2019

Лера. Время 21:04

"Ты дома? Как прошло?"

Милана. Время 21:09

"Дома. Кошмарно, Лер. Бабка с ходу налетела на меня, решив, что я "папочку" шантажировать хочу! Она мне такого наговорила про маму, обвиняла, что она отца использовала, ради денег с ним жила."

Лера. Время 21:10

"А я тебя предупреждала, что бабка твоя последний человек, с кем говорить можно на эту тему! Воронцов хоть тебя нашёл?"

Милана. Время 21:11

"Нашёл. Он меня из лужи вытащил, в прямом смысле этого слова. Вот только телефон отмыла! Понять не могу, откуда он взялся, а спросить была не в состоянии."

Лера. Время 21:12

"Это я ему позвонила, не сдержалась. Так переживала за тебя… Ты не в обиде?"

Милана. Время 21:13