Проклятие бескрылых драконов - Лана Эл

— Красные решили, что меня тоже нет в живых?

— Да. Ночью они напали на замок, к ним присоединилось несколько орочьих племён.

— Отец жив?

— Пока неизвестно, бои ещё продолжаются. Защитники держатся, но им приходится туго.

— Почему ты не послал к ним подмогу? — рыкнул Ворн, до боли сжимая моё запястье.

Я попыталась высвободиться из хватки, но не смогла. А дракон, кажется, даже не ощутил этой попытки.

— Без вас я опасался, что подмога перейдёт на сторону восставших, — Дагмар отвёл взгляд.

— Драконы всегда присоединяются к сильнейшему, — на лице принца появилась нехорошая улыбка. — А как может быть силён тот, у кого не осталось наследника?

— Но вы живы, это изменит ситуацию.

— Пока мы доберёмся, пройдёт слишком много времени. А полететь в замок сейчас я не могу, — Ворн с беспокойством посмотрел на меня.

— Если вы опасаетесь за жизнь истинной, я могу…

— Нет, я останусь с ней, а ты отнесёшь сомневающимся это, — дракон поддел голой ступнёй обугленную голову и толкнул в сторону Дагмара. Та подкатилась прямо к ногам советника. — Полагаю, этого будет достаточно.

— Слушаюсь, мессер, — Дагмар поспешно поклонился и поднял с земли обугленный череп. — Прикажете лететь прямо сейчас?

— Да, не теряй времени.

Советник ещё раз поклонился и поспешил убраться прочь.

19.4

— И как обугленная голова орка поможет доказать то, что ты жив?

— Любой дракон, взглянув на неё, сможет определить, кто и когда испепелил этого зеленомордого, — ответил Ворн.

— Но технически пламя высвободила я.

— Это не имеет значения, — отмахнулся он и с жадностью всмотрелся в моё лицо.

По спине пробежал холодок. Знаю я этот взгляд. В прошлый раз он едва не окончился моим сожжением.

— Отпусти, пожалуйста, — я как можно спокойнее потянула руку к себе. — Хочу проверить, как там Тошка.

— С ним всё в порядке.

— Не уверена, — я продолжала тянуть руку, но дракон не отпускал. — Ворн, прекрати!

— Тебе опасно от меня отходить, — на бледном, осунувшемся лице лихорадочным золотом заблестели безумные глаза.

— Пусти, — я оглянулась на фамильяра, который свернулся грязным клубком и закрыл глаза. В порядке он однозначно не был.

— Нет, — безапелляционно ответил ящер.

Ну вот всё и вернулось в прежнее русло. Даже дня не продержался.

— Даша, послушай, — видимо, на моём лице было слишком многое написано, и дракон решил объяснить своё поведение, — пока всё не уляжется, ты будешь очень желанной мишенью для восставших.

— Я собираюсь отойти на два метра! И знаешь, не обижайся, конечно, но сейчас ты вряд ли способен кого-то защитить. Лучше отпусти меня и займись своими ранами.

— Ты останешься со мной!

Нет, я сейчас точно возьму что потяжелее, и переворот закончится успехом.

— Отпусти, тебя же попросили.

Я вздрогнула и оглянулась. К нам неспешно шёл Арэиен. И мне хватило одного взгляда фиолетовых глаз, чтобы простить ему всё. Нет, я, конечно, заставлю его во всём покаяться и задам немало неудобных вопросов, но разорвать отношения однозначно духа не хватит. Да и судя по его виду, за то время, что мы не виделись, он расплатился за свою ложь.

— Убирайся, — рыкнул Ворн. — Она больше тебе не принадлежит.

— Она мне никогда и не принадлежала, — улыбнулся Рэй, не отрывая от меня взгляда. — Дана свободна и вправе сама решать, что ей делать и с кем быть.

— На ней больше нет твоих татуировок.

— Это ничего не меняет. Я люблю её и надеюсь, она сможет меня простить, — он отвечал на вопросы дракона, но его слова предназначались не Ворну. Рэй говорил только со мной.

А я смотрела на дроу и понимала, почему Хелла его боится. В Рэе действительно было много пугающего, хищного и опасного. Он походил на грациозного хищника, несущего с собой смерть. Всё-таки не зря я когда-то вспомнила про Арея. Амплуа бога войны подходило дроу лучше всего.

Удивительно, как татуировки меняли представление о нём. Раньше Рэй совсем не казался пугающим. И все же, мне казалось, что этот хищник не причинит вреда. Глупо, конечно, но я слишком хорошо помнила его другим — нежным и любящим.

— Отпусти мою элеру, — дроу остановился в полуметре от нас.

— Татуировок нет, она больше не твоя.

— Это не тебе решать, — улыбнулся Рэй. — А что до татуировок, это просто условность.

Дракон не ответил, но вены на его висках вздулись сильнее. Не хватало ещё драки.

— Ворн, — спокойно заговорила я и мысленно обратилась к анкару, находящемуся на его спине, — отпусти.

В золотистых глазах вспыхнуло удивление, а пальцы уже разжались, выпуская запястье.

— Спасибо, — вполне искренне поблагодарила я и поспешила к Тошке. Хотелось, конечно, высказать Рэю все, что я о нем думаю, а потом уткнуться носом в грудь и разрыдаться, но сейчас надо помочь фамильяру. Устроить скандал и поплакаться я всегда успею.

Рэй молчаливой тенью последовал за мной.

— Тошка? — я провела рукой над измученным телом мантикора, но смогла почувствовать только отголоски боли. На большее сил не хватило.

— Ты можешь ему помочь? — я с надеждой посмотрела на Арэиена.

— Могу, но, полагаю, зоомаг справиться с этим лучше целителя, — он указал мне за спину.

Оглянувшись, я увидела спешившего к нам Рула. С ним было ещё несколько магов, которые обсуждали что-то на бегу.

— Здесь собралась вся школа?

— Почти. Орки переметнулись, и когда стало известно ваше с драконом местоположение, по тревоге подняли всех старшекурсников, кто мог сражаться. Университет — часть Империи. И все его учащиеся обязаны в случае войн или восстаний встать на защиту правящего драконьего клана.

Эльф говорил, а сам продолжал рассматривать меня так, будто видел впервые.

— Дана, ты как? — тяжело дыша, спросил подоспевший Рул и бухнулся на колени рядом с фамильяром.

Маги, прибежавшие с ним, поспешили к Ворну, который стоял в луже собственной крови.

— Со мной все в порядке, помоги лучше Тошке.

— Как знаешь, но ты ранена, — друг кивнул на располосованное плечо.

— Я займусь, — ответил за меня Рэй.

— Ну тогда отходите и не мешайте, — Рул отвернулся, концентрируясь на мантикоре.

— Пойдем в пещеру. Мне нужно осмотреть рану, — Рэй поднялся и выжидательно замер.

Опять в пещеру. Видеть ее уже не могу.

19.5

Заметив отсутствие энтузиазма, он пояснил:

— Здесь холодно, а мне надо, чтобы ты сняла рубашку.

Какое интересное предложение, а главное — своевременное.

Рэй поймал мой взгляд и проговорил:

— Я не могу лечить, не видя ранения.

— Зато врать ты можешь хоть с закрытыми глазами, — буркнула я.

Дроу скрипнул зубами, но его голос был полон безразличия:

— Ладно, не хочешь идти, раздевайся здесь.

Раздеваться на глазах у половины универа? Я ещё раз посмотрела на застывшего на земле мантикора