Непризнанная в Академии оборотней - Тина Шеху

дело вгрызалась в котлету, зажав её меж ломтиками хлеба, чтобы не запачкать руки.

И заедала мясной кашей.

Аккуратно сунув деревянную ложку с кашей в рот, я прижалась лбом к стеклу, вглядываясь в желтеющий осенний пейзаж. Морозный ветер стучал в окно, мечтая прошептать мне в ухо песню холода. Но ему удалось лишь приехать к стеклу уже знакомую мне бумажку.

— Нет! — взвизгнула, случайно прикусив язык. — У-у-у…

Больно!

— Перестань паясничать, — продолжая жевать, едва различимо возмутилась соседка. — Чуть не подавилась из-за тебя.

Не отвечая ничего и поглаживая челюсть с больным языком, я указала Вив на листовку. Но когда та заинтересованно повернулась, то ничего уже не было. Чистое стекло демонстрировало вид на хвойные деревья, вокруг которых заворожено кружилась красная листва.

Пришлось объяснять, что я видела.

— Ой, мало ли что там студенты рисуют, — она облизала ложку. — Я когда на первом училась — мне просунули любовное письмо в сумку и подписали именем Идена. Что, думаешь, я с ним встречаться начала? Думала, что меня хочет, вот и прокралась ночью в его комнату. А потом… после всего этого… узнала, что никакую записку он не писал. Потом ржал надо мной долго.

Я настолько смутилась, что даже забыла о больном языке. Теперь, после откровения, даже и не расскажешь, в каких снах ко мне приходит её бывший.

Я оглянулась на шум сзади и проводила уходящую Астрид долгим взглядом. Бал… интересно, ей он тоже сегодня снился?

Размышляя об увиденном, я пыталась найти подсказку. Не в Идене и не поцелуях, совсем нет! Вспоминала антураж, интерьер, других оборотней, но ничего особенного на ум не приходило.

— … ответит Лея Бонти.

А?

Преподавательница теории магии смотрела на меня выжидающе и осуждающе одновременно.

— Извините, можете повторить

вопрос? — я опустила взгляд в стол.

— Кто поможет Лее Бонти ответить на вопрос?

Конечно же руку с обгрызенными ногтями тянет Мира. Такая же отличница, как и я.

Милая девочка, с ней можно обсудить занятия и попросить помощи, чем некоторые и пользовались.

— Школа защиты, школа стихий, школа восстановления, школа оккультизма, — перечисляла по памяти девушка, не забывая кратко описывать основные направленности каждой. — И школа изменения.

Студентка с преподавательницей продолжили обсуждение каждой школы. А на вопрос, когда же нас начнут обучать чему-то поинтереснее, чем сигнальный огонь, принадлежащий к защите, учитель ответила, что боевые заклинания школы стихий откроются нам лишь на втором курсе. И то, если будем хорошо себя вести и слушать учителей, вместо того, чтобы витать в облаках на уроках.

Я наблюдала и ощущала растущее напряжение в группе. Непризнанные недовольны, что не в состоянии себя защитить сами. Хоть все убедились в самоличном уходе Херна из Академии, плохое настроение продолжало стоять в воздухе осязаемым туманом. Особенно если учесть ещё пробежавший по коридорам слух, якобы люди убили близнецов оборотней, мирно живущих в портовом городке.

Под всеобщее негодование и зарождавшуюся ненависть к обычным смертным проходит ещё не один месяц моей учёбы. Благо спокойно, без исчезновений людей и прочих неприятностей.

Но и хорошего тоже мало — магия защиты давалась мне скверно, из рук вместо красочных волшебных щитов, вылетали какие-то кривые сгустки, похожие на пламя, но неосязаемые. Мисс Ди, глядя на это безобразие, ругалась и обещала нажаловаться ректору. Но, видя, как я стараюсь изо всех сил, молчала.

Боевые искусства тоже шли не идеально. Пусть меня и побаивалась ребятня в селе, в Академии же против оборотней, у меня не оказывалось шансов в прямом противостоянии. Лишь благодаря ловкости и хитрости, мне удавалось периодически одерживать победу. Учителя Дориана же такой расклад вполне устраивал.

— Нравится наблюдаться за вашими успехами, — поклонился учитель, застав меня в опустевшем после занятия зале. — Вы себя совсем не щадите.

— А что ещё делать? — ответила ему, незаметно стирая пот с шеи маленьким платочком. — В лесу больше не погулять. Да и отставать от группы не хочется.

— Я рад, что вы так увлечены учёбой. Это похвально, — учитель улыбался широко и открыто.

Так заразительно, что я не могла сдержаться от ответной улыбки.

— Как продвигается ваше расследование? — он знал, что вокруг никого нет, поэтому позволил спросить то, что не принято обсуждать в Академии.

Тайна пропажи непризнанных поросла ядовитым мхом. Разговаривать об этом не то чтобы запрещалось, но… одобрения от старших не вызывало. Поэтому студенты, пусть и нервничали, но обсуждать не решали. По крайней мере, открыто.

Я же продолжала наведываться в закрытый подвал, перепробовав кучу различных алхимических припарок, которые нашла в вечно открытой лаборатории. Воровать было неприлично и неправильно, и я лишь «одалживала» крупицы снадобий. Ровно столько, чтобы можно было капнуть на дверь.

Выливать себе все подряд на руки я зареклась с тех пор, как застала Винсента, слизавшего какое-то зелье Вив. Малыш побелел, затем порозовел и в конце уже сбросил шкуру мрачного чёрного цвета. Все трансформации, разумеется, сопровождались болезненным писком и воплем хозяйки зелья. Якобы этот ей флакон нужен, чтобы отбелить подошву у туфель.

С того дня мы с ящером вели себя с неизвестными жидкостями аккуратно.

— Никак, — честно ответила учителю. — Не знаю, что делать. Дверь не открывается, листовок я больше не видела, студенты молчат. Может, всё закончилось?

Дориан задумчиво накрутил длинный локон на палец. Его ровному и аккуратному маникюру могла позавидовать сама Вив, которая, как мне кажется, положила на учителя глаз.

— Надеюсь, Лея, — мужчина произнёс спокойно, но без особого энтузиазма. — Но вам нужно быть очень осторожной, в любом случае.

— Почему? Если опасность миновала, то…

Стекло очков блеснуло так, словно глаза оборотня.

— Вы лезете, куда не стоит совать носа ни одному ученику. Да и мне тож

е, — жёстко произнёс, меняясь в лице. — Вы непризнанная не умеющая пользоваться магией, физических сил у вас не слишком много. Поэтому вам остаётся надеяться на удачу и быстрые ноги.

— Вы что-то знаете?

Я попытала удачу и спросила у него. Дориан преподаватель, он обязан хотя бы слышать, что говорят о происходящем остальные!

— Листовки, действительно, заполонили Академию, но ректор быстро разобралась с источником. Студенты наказаны.

— Кто это был?

Так! Я близка к важной информации! Вдруг это связано с непризнанными? Или абсолютно иная тайна, так и желающая, чтобы её разгадали.

Я замерла в предвкушении, сжав кулаки за спиной. Локти от нервов выгибались под неестественным углом, но эта боль позволила мне не накинуться на учителя с расспросами. Мне хотелось знать всё.

— Выпускники. Захотели напугать молодняк, насколько я понял.

Напряжение обрушилось, разбиваясь на тысячи осколков. Мышцы расслабились, и я опустила плечи, позволяя рукам повиснуть, как верёвкам.

— Так