Телохранители тройного назначения - Лили Голд

class="p1">Она кивает мне в плечо, и я притягиваю её ближе, моя грудь расширяется при вдохе. Звуки Лос-Анджелеса проникают через окно, наполняя комнату приглушенными автомобильными гудками, сиренами и криками.

Она накручивает прядь моих волос на палец.

— Что ты чувствуешь во время флешбэков?

Только не снова. Я бросаю на неё раздраженный взгляд.

Она пожимает плечами.

— Прости. Я любопытна. Тебе не обязательно говорить.

Я сжимаю губы. Я на самом деле не хочу ей говорить, особенно сейчас. Но она обещала доверять мне. Будет справедливо, если я тоже буду ей доверять.

— Они не всегда одинаковые, — тихо говорю я. — Иногда я что-то вижу. Большую часть времени я просто испытываю те эмоции, которые испытывал, когда это произошло впервые.

Она хмурится.

— Что, типа, ты просто разговариваешь с кем-то, а потом вдруг чувствуешь, что… — Она замолкает.

У меня сводит живот.

— Чувствую что снова наблюдаю, как моего товарища убивают у меня на глазах. Да. — Я целую веснушку на её плече. — Долгое время я думал, что схожу с ума. Поначалу это было… ужасно.

— Ты не сумасшедший, — мягко говорит она. — Если только быть действительно чертовски раздражающим — это не новый диагноз.

Я фыркаю, протягивая руку, чтобы коснуться её волос.

— Тебе следует пойти ночевать к остальным.

— Пытаешься избавиться от меня? — Она щиплет меня за бедро. — Ты не можешь переложить на них свои обязанности по обнимашкам после секса.

— Я и не хочу, — признаю я, — но я, вероятно, разбужу тебя криком.

Она берет мою свободную руку, прижимая наши ладони друг к другу.

— Как я могу помочь? Когда это случится?

Это последнее, что я ожидаю от неё услышать. На мгновение я теряю дар речи, изо всех сил пытаясь найти ответ. Она тихо лежит, мягко дыша напротив меня.

— Не знаю, — говорю я в конце концов. — Не думаю, что ты можешь что-либо сделать.

— Я найду способ, — решает она, и из моего горла вырывается тихий звук. Я притягиваю её ближе к себе, но что-то не так. Она не расслаблена.

Я хмурюсь.

— Что на этот раз?

— В смысле?

— Ты вся напряжена. — Я сжимаю её задницу. — Расслабься.

— Не могу поверить, что ты не считаешь себя властным, — бормочет она, послушно позволяя своему телу расслабиться рядом со мной. Счастье пронзает меня, и она смеется, поглаживая мою грудь. — Ты мурлычешь.

Я зарываюсь губами в её волосы.

— Что не так?

Она морщится.

— Как думаешь, X отреагирует на то, что я сказала на пресс-конференции?

— Честно?

— Нет. Пожалуйста, преподнеси мне свою самую изощренную ложь.

— Да. — Я прижимаюсь поцелуем к её уху. — Думаю отреагирует.

Она ругается она себе под нос.

— Плохо?

— Не знаю. Но мы разберемся с этим завтра. Мы позаботимся о твоей безопасности, принцесса. Так долго, как ты нам позволишь.

Она вздыхает, садится и перегибается через край кровати. Я наблюдаю сквозь полуприкрытые веки, как она обшаривает кучу сброшенной на пол одежды, в конце концов вытаскивая свой телефон. Она снова садится рядом со мной, открывает свой аккаунт в Twitter и начинает печатать новый твит. Я заглядываю ей через плечо. Это всего лишь три слова.

Мне жаль Х

Она публикует твит и роняет свой телефон, морщась от отвращения.

— Пусть никто не говорит, что я не пыталась, — бормочет она, прижимаясь ко мне, её глаза закрываются. — Теперь его ход.

Глава 32

Х

Смастерить бензиновую бомбу очень легко. На самом деле это почти пугающе просто; любой бывший преступник мог бы её сделать.

После того, как Брайар покинула пресс-конференцию, я очень долго был расстроен. В течение нескольких часов я ходил взад и вперед по своей комнате, плача, крича, ломая вещи. Пытаясь решить, что мне следует делать.

К тому времени, когда я принимаю решение, наступает середина ночи.

Я еду на ближайшую заправку, чтобы купить бензин, немного ткани и стеклянную бутылку шипучки.

Я очень, очень, очень зол.

Я признаю, что не могу ясно мыслить. Мои мысли в тумане. Я так сильно зол на Брайар. Я так усердно трудился, строя ей дом. Я потратил годы, посылая ей подарки и послания. И она бросила всё это мне в лицо.

Хорошо. Я ей ещё покажу. Я знаю, где она остановилась. Я думаю, что мог бы нанести ей визит.

Когда я проверяю свой чек, замечаю пару молодых подростков, слоняющихся по проходу между конфетами и держащихся за руки. Я стою и с отвращением смотрю, как парень наклоняется и целует девушку в губы. Они начинают целоваться прямо посреди магазина.

Ярость пронзает меня, такая сильная, что я чуть ли не роняю свои покупки. Почему, черт возьми, пятнадцатилетний парень в состоянии заполучить девушку, а я — нет? Подобные вещи заставляют меня чувствовать такую злость, что хочется кого-нибудь убить.

Я везу все материалы домой и приступаю к изготовлению бомбы. Когда мой телефон звенит, я только заканчиваю. Я вижу, что Брайар опубликовала ещё один твит. Не та чушь, которую её пиарщики опубликовали ранее. А твит только для меня.

Мне жаль Х

Ох.

Жар прокатывается по всему моему телу, когда я перечитываю его снова и снова. Я стону. О, Боже. Она разговаривает со мной. Она разговаривает именно со мной.

У меня кружится голова. Мое дыхание учащается. Я откидываюсь на спинку дивана, яростно краснея, и заставляю себя потратить некоторое время, чтобы успокоиться и по-настоящему всё обдумать.

Я всё неправильно понял.

Брайар — милая девушка. Я знаю, что она не сказала бы обо мне всех этих гадостей, если бы не была вынуждена. Знаменитости подобны марионеткам на ниточках. У них есть менеджеры, пиарщики и агенты. Все всегда говорят им, что делать и что говорить. Моим ангелом манипулируют. Вот почему, как только она смогла, она твитнула мне извинение. Я представляю, как она прямо сейчас лежит в постели и печатает твит, пока её люди не заметили.

Боже, моя бедная девочка. Я помню её лицо, когда охранник уносил её с мероприятия. Он тот же самый охранник, который постоянно заставляет её целовать его перед камерами. Её контролируют!

Но скоро она будет свободна. Через два дня она будет здесь, со мной. Я подарю ей новую жизнь.

Я смотрю вниз на бензиновую бомбу. Думаю, я всё же могу ей воспользоваться. В идеале я бы взорвал этого ужасного охранника, но он остановился в том же отеле, что и она. Она может пострадать.

Я бросаю взгляд на часы. Уже за полночь. Технически, наступил её день рождения. В моем мозгу формируется идея.