Между строк - Ирина Фуллер

обращаться! Я хочу добиться финансовой независимости, и это мероприятие — мой шанс обрести свободу.

Возможно, она переигрывала… но, кажется, эти люди любили немного драмы и эпатажа.

Кстати, об эпатаже: Алессандр прошел вперед, встал между Артуром и Констанцией и, возведя волосатые руки к потолку, пафосно заявил:

— В первую очередь вы здесь — мои гости, поэтому, — он повернулся к Кингу, — каждый имеет право решать, когда уходить.

— Нет, черт возьми! — воскликнул Артур гневно. — Я сказал! И значит, мы уходим!

Он прорвался к Констанции и схватил ее за руку. Она взвыла, и ей на выручку тут же подбежали несколько человек, и мужчины, и женщины. Они оттащили сопротивляющегося Кинга.

— Так нельзя обращаться с моими гостями, — покачал головой Алессандр.

— Я заплатил деньги за то, чтобы она была здесь! — проорал Артур.

Алессандр подошел к нему, удерживаемому другими гостями, и спокойно, но громко сказал:

— Вы не поняли главную мысль моего учения: чтобы богатство было с вами, вы не должны быть скупым, потому что это яма бедности. Поэтому мы сейчас сделаем две вещи…

Он достал из кармана пачку купюр и вдруг начал выхватывать из нее бумажные деньги и швырять в Кинга.

— Осыпим вас денежным дождем… — произнес Алессандр, а затем подал знак охранникам, — и выставим отсюда.

— Верните деньги за билеты! — вопил Артур, пока его вытаскивали прочь.

При этом он не забывал хватать купюры, которые летели на него из рук коуча.

Констанция все это время изображала рыдания. Алессандр подошел к ней и обнял. От его атласного кимоно пахло тяжелым парфюмом и потом.

— Ну-ну, — успокаивающе проговорил он ей в ухо, — все хорошо.

— Ничего не хорошо, я же вернусь домой после этого. Что меня там ждет? Он убьет меня, просто убьет… Нет! — воскликнула Констанция, картинно отталкивая Алессандра. — Нет, я пойду за ним! Если я не сделаю этого, он просто прережет меня!

— Вы остались, потому что стремитесь к богатству, — заявил Алессандр, говоря скорее на публику, чем ей. — Сначала вы были настроены скептически, но затем я почувствовал, как обрели веру. А это значит, что вы теперь одна из нас.

Констанция была бы рада заплакать по-настоящему, но не выходило, поэтому она издавала звуки, напоминающие рыдания, и прятала лицо в руках.

Кинг отыграл свою роль прекрасно. Она написала ему всего несколько слов: «громко попытайтесь меня увести, я буду сопротивляться», и он понял ее без лишних объяснений. Сделал все, как надо.

Теперь же ей нужно было довести дело до конца: сработать на желании Алессандра выставить себя наставником и помощником, на том, что он не сможет показать себя бессердечным и безразличным, даже если захочет.

— Дитя мое, вы теперь под моим крылом, — пропел Алессандр, — а значит, никто не посмеет вас обидеть. Я забочусь о каждом своем подопечном. Моя жизненная цель — убедиться, что каждый, кто доверился мне, обрел процветание и богатство.

— Боже, это так трогательно, — протянула Констанция, безжалостно размазывая помаду и тени по лицу. — Спасибо вам.

Она упала Алессандру на грудь, содрагаясь. Он мягко, но настойчиво отстранил ее и сказал:

— Мои друзья проводят вас в мою комнату. Там мы обсудим, как вам помочь. А пока… я чувствую, что не все еще наполнились денежной энергией! — интонации его голоса изменились, он взял манеру профессионального конферансье. — Знаете, что для этого нужно? Рассказать миру о том, что вы притягиваете богатство! Раньше это было сложнее, но теперь у нас с вами есть соцсети! Открывайте! Открывайте их прямо сейчас и кричите о том, как вы стоите в потоке миллионов, как прикасаетесь к струнам достатка, как с моей помощью вы становитесь богаче!

Констанцию увели в гримерку. Она не видела, кто именно, но очень скоро оказалась в помещении одна. Беглый осмотр не дал ничего интересного: никаких личных вещей, ничего, что стало бы полезной пищей для ума. Очень безликая комната, хотя здесь и можно было обнаружить предметы, которые могли принадлежать Алессандру. Расческа, косметика, рубашка — вероятно, смена для кимоно. На столе заботливой рукой был подготовлен перекус: фрукты, сырная тарелка, хлеб, вода.

Дважды обследовав каждый уголок, Констанция, наконец, села на диван и стала ждать. Она расстегнула сумочку, чтобы быть готовой в любой момент достать ловец.

Наконец, дверь открылась. Но Алессандр был не один — его сопровождала явно уставшая девушка и высокий молодой человек. Девушка начала суетиться у стола, предлагая коучу еду, напитки. Молодой человек молча встал в углу комнаты. Охранник?

Алессандр подошел к Констанции и встал над нею, уперев руки в бока. Она изобразила несчастье. Он склонил голову, как бы раздумывая, что же с ней делать.

— Бедное создание… — проговорил он. — Вы меня поразили. В самое сердце… Вас зовут Катя, верно?

Она кивнула.

— Катя, я хочу вам кое-что показать… Это… кое-что личное, поэтому… Пройдемте.

Он протянул ей руку. Констанция ликовала, но старалась не подавать виду. Дрожа, приняла его ладонь.

Однако, едва подняв Констанцию на ноги, Алессандр выхватил ее сумочку и бросил на диван.

— Это нам не понадобится, оставьте здесь. Катя, вы уникальная женщина. Знаете почему?..

Он потянул ее прочь из гримерки, даже не подозревая, что только теперь ужас и горе на ее лице стали искренними.

Вдвоем они оказались в коридоре. Алессандр прижал ее руку к своей груди.

— Люди редко готовы изменить свое мнение о чем-то, вы же, Катя, решились признать, что неправы. За свои две тысячи лет я видел это не так много раз.

Констанция покосилась на его, затем опомнилась и изобразила изумление.

— Да-да, вы не ослышались, я был рожден более двух тысяч лет назад. Об этом знают не все. Не все готовы принять это.

— О-о, — протянула она, не в силах сыграть искренний восторг.

— И поэтому сейчас я вам покажу кое-что, достойное только ваших глаз. Смотрите… — последнее слово он произнес с придыханием, видимо, намереваясь открыть ей по меньшей мере тайну вселенной.

Он толкнул дверь и позволил Констанции войти первой. В комнате оказалось темно и тихо. Она прошла внутрь и застыла, когда дверь за ее спиной захлопнулась. В замке повернулся ключ.

— Не-ет, — протянула она, возводя глаза к потолку.

Дура! Какая же она дура! Решила, что обвела вокруг пальца такого опытного мошенника!

Безо всякой надежды Констанция