Суламифь и царица Савская. Любовь царя Соломона - Валерия Карих

– Кто ты? – спрашивает она его в сладком мечтательном своем забытьи.

И отвечает он ей:

– Я тот, о ком ты мечтаешь, любовь моя. А зовут меня Соломон. Я – царь иудейский. Больше жизни хочу я увидеть тебя! Приди ко мне, южная царица!

Вздрогнула царица всем телом навстречу воздушной и страстной ласке, неистово изогнулась, как тетива в любовной упоительной неге, застонала от горячего желания, охватившего ее тело и чресла, лишь только услышала во сне божественное имя и слова любви. Протянула она к Соломону свои руки, желая обнять его великолепное обнаженное тело… и тут же пробудилась от сна. Потому что руки ее схватили вместо мужчины воздушную пустоту. С горьким стоном отчаяния упала Македа на ложе и стала размышлять о царе Соломоне…

Два года прошло с того дня, когда она впервые услышала это имя. Известие о нем принес гонец, прибывший во дворец с посланием от царя иудеев. В послании говорилось о том, что иудейский царь Соломон желает присоединить к своему государству страну Саву, дабы объединить усилия обоих государств и успешно бороться с главными врагами иудеев – язычниками и филистимлянами.

Прочитав послание, Македа тотчас велела Верховному Совету старейшин собраться в Большом зале Собраний. После того как она зачитала жесткое послание, в котором косвенным образом подразумевалось подчинение Савы иудейскому государству и смена основ языческой веры на единобожие, старейшины подняли страшный шум. Они были возмущены и оскорблены выдвинутым в ультимативной форме и столь искусно замаскированным утверждением Соломона о пользе союза двух государств и о пользе веры в единого бога. От этого присоединения, без сомнения, выигрывает только иудейское государство, заполучив в свои владения богатые плодородные земли. Савское государство только проигрывает, лишаясь своей независимости. Но более всего старейшин возмутило то, что царь Соломон безоговорочно провозгласил, что единственная возможная вера для народов двух объединенных государств – это вера в чуждого для них иудейского Бога Яхве. В стране Савы поклонялись великому богу Солнце-Ра, звездам и лунному божеству Альмаке.

– Царица! Неужели ты настолько слепа, что не видишь за этим посланием объявления войны! Иудейский царь решил покорить другие народы. И если он не может покорить их силой, он действует с помощью хитрости! А как еще можно назвать подобное предложение? Неужели ты смиришься с брошенным вызовом и промолчишь? – взгляд главного жреца Кархедона был полон негодования.

Со всех сторон в его поддержку раздались одобрительные и гневные выкрики старейшин:

– Иудейский царь хочет войны. Он получит ее! – кричали они. – Вели готовить войска и пошли в Иерусалим известие, что мы вступаем в эту войну.

– Нет! – спокойно и твердо ответила царица в ответ на возмущенные возгласы и крики. И звук ее звонкого голоса гулким эхом прокатился под высокими сводами колонного зала. – Слушайте, старейшины. Я разделяю ваши опасения. И поэтому предлагаю другое решение. Слава об уме и мудрости царя Соломона идет по всему миру. Он считает себя выше по положению и умнее других правителей мира и потому решил хитростью добиться своей цели – покорить свободную южную страну. Но он ошибся! Потому что я – Савская царица клянусь вам, что никогда не позволю царю Соломону добиться своего и покорить нашу страну и свободолюбивый народ. Пока я жива, страна Сава будет свободной.

– И что же ты предпримешь для осуществления этого обещания? – ехидно спросил ее Кархедон, выступая вперед и становясь перед ней.

– Я вступлю с иудейским царем в переговоры. Мы пошлем царю Соломону наши дары и предложим выгодное сотрудничество в торговле. Кто из вас поедет послами в Иерусалим?

Но старейшины ничего не ответили на вопрос. Они хмурились и тихо перешептывались между собой. Никто из них не хотел подвергать жизнь опасности и быть убитым кочевниками в пустыне. Этот путь был действительно опасен, далек и труден. Но, поскольку слова царицы были разумны и мудры, после недолгих колебаний и обсуждений они все же согласились с ее доводами. Бросили жребий и выбрали троих старейшин. Уже на следующий день был отдан приказ собирать караван с богатыми дарами для царя Соломона.

И были отправлены в далекий путь послы и пятьдесят верблюдов, которые везли экзотические растения и благовонные масла, невиданные и дорогие пряности, драгоценные камни и золото, много редчайшего красного дерева. Караван добирался до Иерусалима много дней и ночей.

А когда послы Савы наконец прибыли в Иерусалим, царь Соломон отказался принимать присланные дары и отправил караван обратно, сопроводив ответное посланием прежним требованием – об объединении двух государств.

Весть о движении богатого каравана разнеслась по всему миру, и к нему со всех сторон устремились разбойники и степные кочевники в надежде легкой наживы. До Савы вместо пятидесяти верблюдов добралось только десять, а вместо трех послов домой возвратился – один.

И вновь собрался Верховный Совет старейшин. Сложившаяся ситуация усугублялась тем, что именно через вассальные иудеям территории проходила Дорога благовоний – путь, проложенный из Савы в Египет, Финикию и Сирию. Соломон мог запретить торговым караванам Савы проезжать через его земли. Когда же вдобавок к этому между Африкой и северными странами стали ходить многочисленные торговые корабли, построенные на верфях Соломона в Тире, государственная казна Савы стала нести еще большие убытки, потому что резко уменьшились подати, поступающие от иноземных купцов, которые те платили за проезд через Саву. И это обстоятельство также сильно беспокоило царицу и старейшин.

Один из старейшин предложил призвать в помощь морского бога, чтобы тот послал на море штормы и страшную бурю, которые могли бы перевернуть корабли царя Соломона. Другой – предложил заключить торговое соглашение с царем Хирамом и построить в Тире собственные суда, чтобы самим перевозить по морю торговые грузы. Однако и это решение совет не одобрил, посчитав его невыгодным и расточительным для государственной казны. Тогда Македа объявила старейшинам о своем решении:

– Я сама отправлюсь к иудейскому царю с визитом вежливости и дружбы. И заключу с ним выгодное для нас торговое соглашение, чтобы он перестал строить свои корабли в таком количестве. После этого торговые караваны, которые отправляются с севера на юг, снова станут ходить через наши земли потому, что других обходных путей, кроме как через нас или по морю, – не существует. Кто из вас, старейшины Совета, согласится сопровождать меня в Иерусалим и вести переговоры с иудейским царем?

Что тут поднялось! Старейшины снова принялись громко вопить и роптать. Они возмущались и шумели, топали ногами по полу и стучали кулаками по скамьям, стараясь производимым шумом убедить царицу отказаться от принятого решения, объясняя, что уже один высланный караван с дарами прибыл обратно с великими потерями для казны. Они говорили, что предложенный переход через пустыню, где полно всяких разбойников и кочевников, является длительным и смертельно опасным для любого человека, особенно для женщины! И что в интересах государства они ни за что не допустят, чтобы она одна поехала в Иерусалим. А так как у нее не найдется сопровождающих в эту дорогу, она никуда не поедет! Вот что думают мудрые и рассудительные старейшины Верховного Совета Савы, пребывая в священном ужасе от слов повелительницы и предвидя беды, которые могут унести многие богатства из казны, а главное – здоровье и даже жизнь обожаемой царицы.