Грязная тайна - Ольга Джокер

Отрицательно мотаю головой и прогибаюсь в спине, дав понять, что наш уговор в силе. Ему нужен секс, а мне нужен он. Всё осознаю и принимаю.

Я его. На все выходные. Без лишних вопросов, душевных терзаний и мук.

А он мой. Мой Медведь.

Глава 41

***

Мы возвращаемся в ресторан и снова общаемся с Геннадием Борисовичем. В зале полно людей, играет музыка. Обстановка чарующая, мне нравится.

Теперь в разговор позволяют включиться и мне. Он больше не о работе. О сокровенном, житейском.

Медведь не велит мне замолчать, не закатывает глаза, когда я рассказываю очередную забавную историю из детства. Дает полную свободу действий. И я заряжаюсь внутренней уверенностью. Сам он внимательно слушает, поглаживает меня по коленке и слегка приподнимает вверх платье.

После второго бокала коньяка столичный прокурор любезно предлагает называть его просто Геной. Вот те на!

Я смеюсь, пытаюсь перебороть себя. С трудом выговариваю имя, потому что непривычно — мужчина, сидящий напротив, в два раза старше меня. Солидный, представительный. С седыми волосками на висках. И тут… Гена!

Прыскаю от смеха и пью сок. Принимаю правила. Возможно, мужчине некомфортно, что двадцатилетняя девушка ему выкает. Хочет казаться моложе, особенно на фоне с Басаргиным. Ну окей. Мне не сложно.

Гена снимает галстук, очки. Теперь он выглядит значительно младше своего возраста. Но видно, что смертельно устал. Он один воспитывает пятилетнюю дочь и сутками торчит на работе. Этот факт болезненно его ранит.

— Неля постоянно спрашивает, когда я найду ей новую маму. Верите? Без понятия!

— Вы не ходите на свидания? — осторожно спрашиваю мужчину.

— Что ты! Я то на работе, то в командировках. Дома бываю редко, отдыхаю тоже. Сегодня чудом выдался свободный вечер, который мы все равно в какой-то степени посвятили проклятой работе.

Стоит только Валееву отвлечься, как мы с Медведем сильнее прижимаемся друг к другу. Терпение на пределе, белье полностью мокрое от возбуждения.

— Адски хочу тебя, — проговаривает Басаргин негромко.

Ведёт губами по вискам, щекочет кожу.

— И я тебя, — отвечаю ему.

— Уходим?

— Подожди, пожалуйста. У меня есть план.

Басаргин прищуривается, с интересом наблюдает, как я встаю из-за стола и направляюсь в дамскую комнату следом за миниатюрной блондинкой. Она весь вечер просидела за соседним столиком. Пила шампанское и украдкой смотрела на Гену.

Мы оказываемся в тесной уборной у высокого зеркала с подсветкой. Женщина подкрашивает губы, поправляет причёску. В глазах малая капля грусти.

— Вы здесь одна отдыхаете? — спрашиваю доброжелательно.

Она вздрагивает, не ожидая, что я с ней заговорю.

— Да, одна.

Вот и прекрасно!

Валееву очень нравится общаться с Медведем — отпускать его не хочет. Он старше, он начальник — обижать его нельзя. Но у меня есть для него более заманчивое предложение. Таким образом он не обидится на нас и не останется скучать в одиночестве.

Вернувшись в зал, я довольно улыбаюсь. Прошу у Медведя ключ от номера и начинаю собираться.

— Гена, вы бы обратили внимание на обворожительную блондинку за соседним столиком, — подмигиваю ему. — Она весь вечер от вас глаз не отводит.

Мужчина медленно оборачивается и с интересом рассматривает блондинку. Выравнивает спину, проводит пятерней по волосам. Он безумно удивлен, но женщина ему явно понравилась!

Поцеловав Басаргина в щёку, я поднимаюсь на второй этаж и нахожу наш номер в глубине коридора.

Открыв дверь магнитным ключом, попадаю внутрь. Вау, здесь волшебно! Светло, просторно, стильно. Вид из окон прямиком выходит в лес.

Снимаю обувь, вешаю куртку в прихожей. С интересом рассматриваю все доступные нам комнаты. Их три. Гостиная, спальня и ванная.

В последней я прилично задерживаюсь. Снимаю одежду, забираюсь в душевую кабину. Намыливаю тело пахучим густым гелем, взбивая его в пену. Пытаюсь расслабиться, но саму потряхивает от предвкушения.

Совершенно очевидно, что мы будем трахаться все выходные напролёт. И я очень хочу, чтобы эти дни были идеальными — запомнились и мне, и Медведю. Ему особенно. Чтобы вспоминал обо мне в своей столице. Думал ночами, представлял.

Вытерев тело полотенцем, я тщательно рассматриваю себя в зеркале. Мама говорила, что я исхудала, но куда там! Такие же крутые бёдра, крупная грудь. И веснушки, веснушки… Повсюду! Ни сантиметра свободного на коже. Радует то, что Медведь их истинный ценитель.

Укутавшись в белоснежный халат, я выхожу из ванной комнаты. Слышу приглушенный голос из гостиной, часто дышу. Значит, Басаргин уже здесь. Соски напряженные, кончики пальцев покалывает. Начинать всегда тяжело.

Открыв дверь, я замираю в проеме. Дыхание затаила, выжидающе смотрю. Медведь вальяжно сидит на диване, смотрит в моргающий экран телевизора и разговаривает по телефону. Снова! В суть я не вникаю. Набираюсь смелости, уверено шагаю по ворсистому ковру и максимально сексуально виляю бёдрами.

Басаргин поворачивается в мою сторону и впивается в меня глазами. Смотрит, так смотрит! Голодно, ненасытно. Не отрываясь. Судя по расширенным мерцающим зрачкам мой готовый внешний вид ему очень нравится.

— Смелее, — шепчет одними губами, не отрывая телефон от уха.

Сердце часто колотится, тараня грудную клетку. Губы пересохли, поэтому я облизываю их кончиком языка и снова иду навстречу.

Встаю напротив Медведя, закрываю собой телевизор.

— У меня есть для тебя кое-что интереснее, — старательно убеждаю.

Тянусь к поясу халата, играю. Но до конца не довожу.

— Раздевайся, — торопит Миша.

Отрицательно мотаю головой, развожу руками и прячу их за спину.

— Не получается. Поможешь?

С собеседником приходится экстренно попрощаться. Спешно говорить ему о том, что нашлись дела важнее. В виде меня, например.

Громко ойкаю, когда Медведь притягивает меня ближе. Шепчу губами: «Распакуй». Поглаживаю колючий ёжик волос на его затылке и глубоко рвано дышу.

То, что мы делаем, — абсолютно грязно и совершенно нечестно. Аморально, бесстыже. Я виновница того, что завтра у моей сестры не состоится свадьба. Но сексуальное притяжение между нами с Басаргиным такой силы, что оторваться нереально.

Я хочу быть для этого мужчины. Чувствовать запах его кожи, наслаждаться близостью и любить. Медведь чуть вчера не погиб. Господи!

Этих жадных движений, грубых касаний и совместных выходных попросту могло и не быть! Взрывчатка сработала неправильно — чуть раньше, чем предполагалось. Она просто обожгла немного кожу. Сейчас даже следов не осталось.

Когда я думаю об этом, то готова самостоятельно раздеться и запрыгнуть на Медведя. Но он уже начал. Активно потянулся к поясу. Медленно и смакуя, стал его развязывать, обнажая тело.

— Мой