По ту сторону от тебя - Алиса Евстигнеева

нас? — спросила я Новгородце через пару дней после похорон. Тот только-только начал приходить в себя и вновь становился похожим на человека.

— Не знаю, — пожал он плечами. — Я не говорил. Может если только отец. А что?

Неоднозначно пожала плечами, при этом сжав медальон в кармане своих джинс. Надевать я его не собиралась, но и расстаться никак не могла. Как бы это банально не звучало, но теперь мне казалось, что часть мамы со мной навсегда.

«Ангел мой, пойдём со мной. Ты вперёд, я — за тобой», — вспомнилось мне из глубин памяти.

Мы с Глебом как раз вышли из подъезда его квартиры, невольно зажмурившись от яркого солнце. Сегодня было первое утро, после всего случившегося, когда мы одни ночевали в его доме. Мой отец накануне уехал в родной город, заявив, что больше не может прятаться от своей законной жены и детей, а Сергей Аркадьевич решил, что пора учиться жить одному.

— Знаешь, — неожиданно призналась я Глебу, хоть и не планировала, — иногда мне кажется, что мама всё знала наперёд.

***

Наша совместная жизнь с Глебом продвигалась муравьиными шагами. Я металась, а он не настаивал, давая мне возможность, решить всё самой. И, наверное, это было самое главное изменение, которое произошло с ним за время нашего знакомства. Он перестал делать выбор за меня, стараясь по возможности просто быть рядом и поддерживать во всём.

Почти год мы прожили по разным городам, лишь набегами приезжая в гости. Разлука была изматывающей. Я словно рыба, выкинутая на берег, всё никак не могла решиться хоть на что-то. То ли вернуться обратно в воду, то ли эволюционировать и идти дальше.

Но в один прекрасный день меня едва ли снизошло озарение, и я вдруг отчётливо поняла, что время пришло. Хаотично побросав вещи в чемодан, рванула прочь из своего города.

Солнце только-только обозначилось на горизонте, когда безумная я стучала в дверь Новгородцева, и мне… никто не открыл.

— Не поняла, — насупилась, глядя на наручные часы, которые показывали начало седьмого. Выходило так, что Глеб либо уже умотал из дома, что вряд ли, либо вовсе здесь не ночевал. — Получишь у меня, — заворчала я и полезла за телефоном, который как всегда очень вовремя зазвонил.

— Ты где?! — не успела я ответить, как эта сволочь накинулась на меня. — Пять утра на дворе, а тебя черти где-то носят!

Я зажмурилась и… рассмеялась. Два дебила — это всё таки приговор.

— Кира, ну что ты ржёшь?! Я тебя серьёзно спрашиваю, ты где? Я всю ночь, к тебе гнал, чтобы что… Узнать, что моя женщина не ночует дома?

— Под дверью, — едва сдерживая смех, простонала я.

— Под какой дверью… — начал было он, после чего оборвал сам себя. — Только не говори, что ты ко мне приехала.

Ну я и промолчала. Сам же просил, не говорить.

— Кир, а, Кир?

— Ты обещал держать меня за руку и не отпускать.

— Так я что ли против?

— Тогда встречаемся посередине, через… — ещё раз глянула на циферблат, — через четыре часа.

— Не гони.

— Сам не гони.

***

Четыре часа спустя, мы встретились в небольшом городке, затерявшийся где-то в лесах меж двух мегаполисов. Как полоумные выскочили из своих машин и кинулись друг другу в объятия с хаотичными поцелуями.

У нас не было никакого плана на будущее, лишь одно обоюдоострое желание на двоих — быть вместе. Ведь в конце концов, жизнь слишком коротка, чтобы тратить её на глупости и обиды.