Кошелек или жизнь - Куини Пусси

отец объявил о своем уходе. В тот вечер я снова встретил тебя. Я вспомнил то ведро и, приблизившись, узнал тот же самый взгляд.

Я стою, не в силах вымолвить ни слова. Теперь все становится на свои места. Его гнев, его ненависть... они были направлены не на меня. Я была лишь отражением болезненного воспоминания.

— Ты связал это событие с разводом родителей, верно? Это было последнее счастливое воспоминание с отцом до того, как ты узнал правду, — догадываюсь я.

Каст кивает, в его глазах все еще читается печаль.

— Дело было не в тебе. Ты олицетворяла то время, — шепчет он.

Я могла бы возразить, что не имею никакого отношения к его личной истории, но слишком хорошо понимаю, как эмоции могут захлестнуть человека, лишив его способности мыслить рационально. Мне хорошо знакомо чувство нестабильности, эта разновидность травмы, которая преследует тебя по пятам.

Я подхожу к нему, сажусь к нему на колени и обнимаю за шею.

— Я прощаю тебя, — признаюсь я, уткнувшись головой в его плечо.

Он прижимает меня к себе, его рука крепко обхватывает мою талию. Этот момент такой интимный, такой хрупкий. Я чувствую себя уязвимой, но в то же время обретаю новую силу в этом прощении.

Я раскрываю объятия, безмолвно приглашая Логана и Лиама присоединиться к нам. Они не заставляют себя упрашивать. Каждый кладет руку на мое тело — один на бедро, другой на плечо. Мы становимся сплетением тел, единым целым из рук, ног и сердец, бьющихся в унисон.

Пока я не растеряла всю свою смелость, я наконец произношу слова, которые обжигают мне губы:

— Я хочу попробовать. Быть с вами всеми, — шепчу я, несмотря на бешено колотящееся сердце.

Каст реагирует первым:

— Тогда начнем.

Логан и Лиам обнимают меня чуть крепче, и в этом простом жесте я читаю их не менее ясный ответ.

Остаток вечера мы проводим в разговорах, устанавливаем границы, делимся чувствами. Это новое начало, и я надеюсь, что мы сможем найти свой путь вместе.

После ужина, приготовленного Логаном, мы устраиваемся перед телевизором и смотрим фильм, выбранный Лиамом — мрачную историю о мести и одержимости. Я пытаюсь сосредоточиться на сцене убийства, но их близость отвлекает меня. Логан сидит на ковре между моих ног, а двое других — рядом со мной.

Пока на экране героиня обливает кислотой, а затем закалывает свою жертву, блондин начинает нежно поглаживать мои лодыжки. Они обнажены, потому что на мне только позаимствованные у Лиама боксеры и плотная рубашка Каста.

От прикосновения его пальцев внизу живота разливается тепло, дыхание перехватывает. Лиам, должно быть, замечает мое состояние, потому что придвигается ближе и начинает осыпать нежными поцелуями мою шею. Машинально я поворачиваю голову к Касту, сидящему слева от меня, чтобы Лиаму было удобнее. Наши взгляды встречаются, сердце начинает биться быстрее.

В это время Логан, не отрывая глаз от экрана, ведет пальцами вверх по моим ногам, а его темноволосый друг наклоняется ко мне, и наши губы едва касаются друг друга. Неужели это происходит на самом деле? Это не сон и не фантазия?

Я собираюсь быть с тремя мужчинами. С моими мужчинами.

35

Логан

Напряженная атмосфера в комнате настолько осязаема, что ее можно почувствовать, как я сейчас чувствую букашку. В данный момент я все еще сижу к ней спиной, но по ее прерывистому дыханию понимаю — парни начали ее поддразнивать. Поскольку я получаю удовольствие от состояния легкой подавленности, чтобы потом испытать более яркие эмоции, я продолжаю нежно касаться ее обнаженной кожи и прислушиваюсь к ее вздохам наслаждения. После серьезного разговора, который состоялся между нами, и откровений Каста, нам необходимо расслабиться. И что может быть лучше секса для проверки той связи, что существует между нами? Одна только мысль о предстоящих минутах заставляет мой член прижиматься к пижамным штанам. Ночь обещает быть волшебной.

Стон прерывает мои извращенные мысли, и я оборачиваюсь. Картина, представшая передо мной, заставляет мой и без того возбужденный член стать еще тверже. Каст снял с Лили футболку и массирует ее обнаженную грудь, пока Лиам целует ее в шею и гладит бедро.

— Мне нужно вернуться в игру, — напоминаю я себе, полностью повернувшись к ним и оказавшись на коленях между ее раздвинутыми ногами.

Я прижимаюсь губами к ее промежности, в то время как указательный палец Лиама играет с поясом боксеров. Она осторожно раздвигает ноги шире, облегчая мне доступ.

— Подождите, — бросает Лили, прежде чем полностью раздеться.

Не стесняясь, поскольку она охвачена желанием, она стягивает боксеры по ногам, и я помогаю ей, а затем перекидываю их через плечо.

— Теперь ваша очередь, — мурлычет она, ее голос дрожит.

Лиам открывает бал, мгновенно сбросив всю одежду. Его твердый член соприкасается с ее животом, и мы отчетливо видим блестящий драгоценный камень на его головке. Затем наступает очередь Каста. Лили смотрит на него расширенными глазами, задерживая взгляд на его единственной татуировке, затем переводит его на меня. Я повторяю за парнями, и снова располагаюсь между ее ног, намереваясь доставить ей удовольствие, в котором она нуждается. Мои губы движутся вверх, и я достигаю ее киски, слегка ее облизывая. Она издает стоны и прижимается к губам Каста, который отвечает на поцелуй. Поза неудобна, поэтому я поднимаю ее бедра, чтобы приблизить ее ягодицы к краю дивана и глубже проникнуть в нее. Я наслаждаюсь ее влажностью, поглощая ее целиком и поднимая на нее взгляд. Она скулит, запрокидывая голову. Лили скользит руками по телам моих друзей, касаясь их торсов, лиц, и в конце концов берет их члены, жаждущие ее прикосновений. Это завораживающее зрелище заставляет меня дрочить так сильно, что я теряю ритм проникновения в ее влажную киску.

То, что мы чувствуем, просто невероятно. Никогда еще женщина не отдавалась нам так, как сейчас.

Лили издает стон, а затем напрягается, когда ее опустошает оргазм. Я отстраняюсь, все еще чувствуя напряжение в паху, и начинаю ритмично дрочить. Она замечает это и отпускает члены парней, чтобы взять меня за волосы. Я встаю и предлагаю ей поцелуй, чтобы она могла попробовать себя на вкус. Она отвечает с жарким энтузиазмом. Когда наш поцелуй заканчивается, она говорит:

— Поцелуй, — приказывает она, и на секунду я хмурюсь, прежде чем понимаю, что она обращается не ко мне.

Лиам и Каст наклоняются и дают ей то, что она хочет.

Я сажусь на стол в гостиной, от возбуждения у меня подкашиваются ноги. Предвкушение нарастает, оставляя меня