Сын Конга - Т. С. Джойс

мужчина отошел в сторону, Кендис сильно моргнула и выгнула шею назад, чтобы посмотреть на буквального гиганта позади первого. О. Мой. Бог. Торрен был размером с секвойю и шириной с дом. Он оперся обеими гигантскими руками по обе стороны дверного косяка и напоминал самую сексуальную букву Т, которую она когда-либо видела. Его мышцы рук перекатывались от движения. В разгар зимы он носил черную футболку, как будто холод его совсем не беспокоил. Прямо на его мускулистой груди было написано слово «HavoK» с белым логотипом в виде черепа. Черт. Он владел именем, которое ему дала публика. Интересный. Обе его руки были покрыты татуировками до кончиков пальцев. Из-под воротника его рубашки и вверх по шее показались свежие чернила. На точеной челюсти у него был короткая черная бородка, а глаза были цвета весенней травы. Он был такого светлого оттенка и слегка светился. Должно быть, это звериный цвет глаз, но почему он так разозлился? У нее были золотые глаза только в том случае, если она действительно была рассержена, и она хорошо контролировала свое животное. Она могла бы сохранить свой человеческий цвет глаз, если бы действительно захотела. Его волосы были выбриты по бокам и длиннее сверху. В волосах был беспорядок, как будто он водил по ним руками туда-сюда, но это был сексуальный беспорядок. Похоже, он только что скатился с кровати и не позаботился о том, чтобы причесаться. Красавчик. Эти сияющие зеленые глаза скользнули вниз, вниз по её телу, ненадолго задержавшись на её маленькой груди и стройных бедрах, а затем закрыл глаза на мгновение, и снова перевел свой сексуальный взгляд на неё.

Её сердце колотилось в груди так сильно, что он, должно быть, слышал это. Бум-бум-бум-бум-бум. Жар залил её щеки, и дыхание участилось. Что он сделал с ней?

Когда он приоткрыл свои полные губы, она почувствовала, что вот-вот рухнет на него и растает. Этот мужчина был чистым соблазном.

Его глаза говорили: «Останься», но его нечеловеческий голос сказал:

— Отвали.

— Я… — остаток этого предложения застрял у неё в горле, поэтому Кендис с трудом сглотнула, чтобы избавиться от комка в горле, и попыталась ещё раз. — Меня пригласили.

— Ты не проклятый вампир. Приглашенные не имеют такого большого значения, как видимо ты предполагаешь.

Грубый мужчина. Однако её всегда привлекали грубые мужчины, так что его угрюмость не сработала так, как он хотел.

— Двигайся, самец, — сказала Невада, сильно толкнув его. Титан не сдвинулся ни на дюйм, поэтому Неваде пришлось нырнуть под его руку. — Вы, парни, сейчас такие отвратительные!

— Я нет! — крикнул мужчина из-за двух гигантов, блокирующих дверь. — Очко в пользу минета! Мы могли бы сделать это, ты же знаешь. Хорошее поведение приносит же баллы? Мы могли бы составить звездный план. Я веду себя хорошо, поэтому получу около четырех тысяч баллов минета.

— Черт возьми, Нокс, — сказал Вир. — Замолчи!

— Ты получишь минус четыре тысячи баллов, Бир, — ответил мужчина.

— Если ты еще раз назовешь меня Биром…

— Сожрёшь меня! — крикнул Нокс.

Невада устало посмотрела на Кендис, как будто её уже задолбала такая жизнь.

— Вот. Вот о чём я пыталась тебя предупредить.

Кендис обхватила руками грудь и подпрыгнула, чтобы согреться. Из-за ветра температура казалась на десять градусов ниже, чем была на самом деле.

— Я могу войти?

— Да, — сказали Невада, и Нокс одновременно с Биром и Торреном:

— Нет!

Пиво было странным прозвищем, но ладно.

Кендис откашлялась, обнажила шею и избежала сердитых взглядов обоих доминантных мужчин, когда она шагнула под массивную руку Торрена. Ого, от него пахло сексуальным одеколоном.

— Ты только что понюхала мою подмышку? — спросил Торрен своим низким хриплым голосом.

Мурашки. Вот что сделал с ней его голос. Мурашки пробежали по её предплечьям.

— Возможно, — пробормотала она. — Ты хорошо пахнешь.

— Я сегодня принимал душ.

— Поздравляю! — сказал Нокс.

Теперь Кендис могла увидеть его, стоящего на потертом кожаном диване с пивом в руке. Он одарил её озорной улыбкой и отсалютовал двумя пальцами.

— Рад снова тебя видеть, стриптизерша Салли.

— Корица, — прорычал Торрен позади неё.

— На самом деле в реальной жизни она носит имя Кендис, — объяснила Невада. Она больше не казалась застенчивой, и было так странно сравнивать её с той девушкой, с которой она разговаривала в библиотеке. Это было два совершенно разных человека.

— Ох, я понял. Кенди, — сказал Нокс. — Конфеты с корицей. Плюс сорок баллов в банк минета.

— Ты не получаешь очки за всё, что делаешь, придурок, — сказал Бир.

— Однако ты только что признал, что мы играем, — сказал Нокс, приподняв светлые брови.

— Нет. Нет, нет, я говорил, что если бы это было так, то были бы правила…

— Минус пятьдесят баллов за то, что Бир скучный. — Нокс запрокинул голову и издал храпящий звук.

— Я тебя ненавижу, — пробормотал Бир.

— Я говорю тебе Л-слово, — сказала Невада Ноксу.

Нокс ухмыльнулся.

— Я так хочу…

— Нееет, — проворчали Торрен и Бир.

Нокс улыбнулся ухмылкой Гринча и закончил свою шутку

— Неваду.

Кендис хихикнула. Она ничего не могла с собой поделать. Эти парни были сущим хаосом, но они были интересными и немного забавными. Когда она посмотрела на Торрена, он смотрел на её губы.

— Хороший смех, — сказал он, — для стриптизерши.

— Что бы это ни значило, — выпалила Кендис. — Грубиян.

Торрен нахмурился, его темные брови глубоко опустились, как будто она его смутила. Возможно, он не привык к тому, что кто-то ругает его за плохие манеры.

— Ты не пахнешь опечаленной, — сказал он, скрестив руки на массивной груди.

— Потому что я не такая.

— Я думал, ты будешь вся такая болезненная и жалкая.

— Опять. Грубиян. Я танцую ночью. Я делаю то, что должна делать, чтобы зарабатывать деньги. Ты нанимаешь девушку для секса с тобой, так что не можешь меня судить. Ты тоже не святой, Торрен.

Когда она произнесла его имя, он вздрогнул, как будто его ударили, и глаза его округлились.

— Огооонь. — пробормотал Нокс. — И его вызвала какая-то дикая кошка ростом пять футов два дюйма, мяу. — Он стиснул пальцы и зашипел, а на кухне Невада расхохоталась.

Торрен ткнул в сторону Нокса мясистым средним пальцем, не сводя глаз с Кендис.

— Я тебя не нанимал, и мне это не интересно.

— Ложь, — сказал Нокс, подпрыгивая в воздухе и приземляясь задницей на подушку дивана.

Торрен издал животный рык-вздох и посмотрел на Нокса с самой злобной хмуростью, прежде чем снова обратить внимание на Кендис.

— Я бы не стал нанимать тебя для секса, если бы ты была последней…

— Снова ложь, — сказал Нокс. — Ты сейчас лжешь. Я слышу это.