Под звездным дождем - Макс Рейн
Старшеклассница Сонька приезжает к бабушке в деревню, чтобы отлично провести лето, повеселиться с друзьями и прочитать чемодан книг. Но ее планы рушатся, когда она встречает Кирилла. С этого момента друзья и книги забыты, а вся вселенная сосредотачивается на этом удивительном парне, который – о чудо! – тоже ее любит. Все препятствия кажутся незначительными. Ребята молоды, счастливы и хотят быть вместе, пока смерть не разлучит их. Ненадолго прощаясь в конце лета, Соня и Кирилл еще не знают, что эта заповедь может сбыться быстрее, чем они думают.Содержит нецензурную лексику
Внимание! Аудиокнига может содержать контент только для совершеннолетних. Для несовершеннолетних прослушивание данного контента СТРОГО ЗАПРЕЩЕНО! Если в аудиокниге присутствует наличие пропаганды ЛГБТ и другого, запрещенного контента - просьба написать на почту pbn.book@gmail.com для удаления материала
Читать книгу "Под звездным дождем - Макс Рейн"
Но мечта о сыне-генерале так и ушла в небытие несбывшейся. Сердцем Серафима понимала, что самой ей генеральство ничуть счастья не добавило, но разум протестовал. Не так она себе будущее сына представляла! Катерина оказалась тактичной и умной женщиной, видя крутой нрав свекрови, на рожон не лезла, уступала. Но и Серафима в дела их семьи нос не совала и смуты не вносила. Если случалось, что сын ругался с невесткой, брала ее сторону и отчитывала Николая, как школьника. А когда Катерина не могла забеременеть, не позволяла отчаиваться. Сыну и невестке тоном, не терпящим возражения, говорила:
– Будет, не время еще.
Катерина верила и успокаивалась. И время действительно пришло – с маленьким «клубочком» весом в 2,5 килограмма. Дочь Николай хотел назвать Серафимой, в честь матери, а как же еще? Но бабка не позволила.
– Нечего в честь меня ребенка называть. Ничего выдающегося не сделала, да и жизнь несладкую живу. Пусть у нее своя судьба будет, лучшая.
Катерина была благодарна свекрови, имя «Серафима» ей не нравилось, да и немодным оно было. Девочку назвали Соней. Софией Николаевной. По желанию Катерины.
И хотя со стороны могло показаться, что Серафима Пантелеймоновна ворчлива и бессердечна, но Сонька и все родные, знали, что нет для бабушки ничего важнее, чем ее семья, знали, как трепетно и горячо та любила своих. И как неумело и коряво она выражала свои чувства. Бабка сидела важная во главе стола, казалось, присматривалась к каждому сидящему, чему-то улыбалась, на что-то кряхтела. Это был ее дом, ее семья, ее мир, и она любила каждую его часть, каждый миг происходящего.
Серафима чему-то снова улыбнулась, вокруг глаз солнечными лучиками заиграли морщинки – напоминание о некогда веселом нраве свей хозяйки.
Часы пробили девять. Бабка огласила список работ по дому и саду-огороду и щедро разрешила выбрать каждому занятие по вкусу.
– Я забор починю, – сообщил Милан, – а как закончу – покрашу.
Бабка одобрительно кивнула.
– А я, как всегда, в огород: поливка, прополка, обрезка, борьба с вредителями, – затараторила Соня. – Вик, а ты со мной!
Вика не отвечала. Она смотрела на происходящее в недоумении, ее и без того выпуклые глаза выкатились еще больше. Перспектива работать сама по себе была отвратительна, а провести день в огороде с только что наращенными ногтями, покрашенными по последней моде, казалась и вовсе вопиющей.
– Нет, – вскочила она, пока бабка не успела вынести вердикт, – я… я… я… по дому, – запиналась она. – Или нет, я к забору, да, с Миланом. Он длинный…
Милан с любопытством посмотрел на Вику.
– Забор, не Милан… – бормотала Вика. – Ему помощь нужна, и красить я, наверное, умею.
Сонька фыркнула, но бабка не возражала.
Столовая опустела, все разошлись по делам. Сонька забежала к себе в комнату, засунула в карман телефон, надела наушники и направилась в сад-огород. Солнце уже высоко взошло и ярко светило в лицо. Она зажмурилась и почти вслепую пошла по тропинке. Соня знала этот сад до последней травинки. Она росла тут, вместе с посаженными отцом кустиками и деревьями и очень любила это место, для нее тут таились несметные богатства… Сладкая малина, душистая земляника, ароматная смородина, кокетливые шляпки цветов… Соня важно обходила свои владения и решала, с чего начать. Определив фронт работ, она включила погромче музыку и приступила.
Глава 5
Время близилось к полудню, когда Сонька забралась передохнуть на толстую ветку дерева. В ухо играла музыка, девочка подпевала себе под нос. Вдруг птицы с шумом вылетели из кустов, Сонька вздрогнула и, сняв наушник, прислушалась. Сквозь шелест листвы ей почудился странный звук. Что это, гадала она, зайцы, хомяки, вредители? Или еще кто? Она осторожно слезла с дерева, подняла с земли крепкую палку и, медленно крадясь, двинулась в сторону звука.
Чуть слышно хрустнула ветка. Сонька заметила, что кто-то куда крупнее зайца пробирается ей навстречу. Человек чужой? Точно! Один, вроде как. Зачем залез? Вор, осенило ее! Ну держись, подумала Сонька, поднимая палку над собой и стараясь незамеченной подойти поближе. Незнакомец, пригнувшись, продолжал шарить в земле и вдруг поднял голову, встретившись с Соней взглядом. Сонька от страха ойкнула, кинула палку в грабителя и пустилась бежать во всю прыть. За спиной послышалась нецензурная брань. Значит, попала, определила девочка. И, уже добежав до дома, оглянулась. Парень лет 20 сиганул через ограду и, повернувшись к Соньке, угрожающе показал кулак.
«Вот хам!» – возмутилась Сонька. «Ни стыда, ни совести… и глаза какие злющие… Фу!»
По ту сторону забора послышался мурлычущий голос Вики.
– Ох, Милашек, ты такой умный, – пела она. – Вот я, когда на уроке физики сижу, ничего не понимаю. Я даже не понимаю, чего именно не понимаю.
Милан что-то ответил, но Соня не расслышала, что именно. Судя по заливистому Викиному смеху, что-то очень смешное.
– А еще говорят, – не успокаивалась та, – что физиков к дурам тянет. Типа, пустота засасывает. Закон такой физический.
– Кто? – невозмутимо спросил Милан.
– Что «кто»? – не поняла Вика.
– Говорит кто?
– Да так, знакомые физики.
– Ясно, – понимающе кивнул Милан. – Они, наверное, знают, что говорят.
– Может, теперь я покрашу, – великодушно предложила Вика, – а то все ты да ты. А я на солнце сейчас растаю.
– А ты в дом иди, – посоветовал Милан. – Я почти закончил.
– Что ты, там бабка. Она мне быстро применение найдет. Я лучше тут позагораю, – игриво прощебетала Вика.
– Эй, – крикнула ребятам Сонька, – заходите уже, работнички! Обед.
После обеда бабка чинно объявила личное время и напомнила, что отбой в одиннадцать часов. Сонька объяснила Вике что личное время – это когда ты предоставлен сам себе и делаешь, что хочешь. Вика с облегчением вздохнула и поплелась наверх.
– В душ схожу, – сообщила она Соньке и скрылась на лестнице.
Сонька помогла матери убрать со стола и отправилась искать подругу. Вику она застала говорящей по телефону, с тюрбаном из полотенца на голове.
– Да нет же, – раздраженно кому-то возражала она. – Куда тут пойдешь? Деревня, то есть село-о, только крась да убирай.
Сонька сразу поняла, что на другом конце провода – мама подруги. Только с ней Вика говорила таким ворчливым и капризным тоном, будто испытывала ее терпение.
– Ладно, мам,
