Невеста с гаечным ключом - Лея Кейн

относился с добротой, и это трогало до глубины души. Его внимание было как луч света в этом мрачном мире, где каждый сам за себя.

Медленно развернув обертку, я положила конфету в рот. Сладкий вкус приятно растекся по языку. Я понимала, что этот незначительный жест был не только способом проявить заботу, но и шансом разговорить меня. Таким уж был капитан: вечно за меня переживал.

— Слышала последние новости? — вдруг сменил он тему. — Арриан Левант сбежал с Аэона.

Я едва не подавилась конфетой. Закашлялась до слез — так, что Гроку пришлось хлопать меня промеж лопаток.

— Извиняюсь, — пропыхтела я, отдышавшись. — Я не знаю, о ком вы.

— Ты, как всегда, ничем не интересуешься.

— Мне некогда. Вы же знаете, у нас много работы.

— Особенно у тебя.

— Я просто делаю все быстрее остальных.

— Нет, ты делаешь все гораздо лучше. Иначе я не настаивал бы, чтобы именно ты лечила мою птичку. А Лагранж этим пользуется.

— Мосье Лагранж дал мне работу. Кто знает, что было бы со мной, если бы не он? — вздохнула я, прекрасно понимая, что мне повезло намного больше, чем остальным одиноким девушкам Кассандры.

Родителей я не знала, а мадам Моруа, хозяйка сиротского приюта, где я выросла, давно умерла. Пожалуй, Райнер, капитан Грок и мосье Лагранж были моими самыми близкими людьми. Пусть рядом с ними я жила не так, как хотелось бы, но и не так, как многие мои ровесницы. Конечно, не у всех них все сложилось плохо, были среди нас и прачки, и швеи. Я слышала, что Агнесса, с которой мы не ладили в приюте, нашла свое призвание в боях без правил. Она даже одержала несколько побед в поединках с мужчинами, но все равно, как и я, была вынуждена прозябать здесь.

— Вы мне льстите, — ответила я Гроку.

— Брось, Невия. Лагранж, может, и приютил тебя, но и выжимает, как лимон. Ты же у нас самая талантливая... Так вот, о принце, — вернулся он к вопросу, который явно не выходил у него из головы из-за распластавшегося перед нами корабля. — Его сейчас все ищут, за информацию о нем награда объявлена. Конечно, пока лишь в узких кругах, чтобы избежать шумихи, но все же…

— Вы поэтому сюда прибыли? — спросила я.

— Я лишь хотел проверить, как идет ремонт «Коршуна».

— Капитан, я вас отлично знаю. Наверняка вся Пустошь видела, как к нам спускается лайнер. Вот вы и примчались, выведать, нет ли чего-то интересного.

— Тебя трудно обмануть, — сделал он мне комплимент, на который я молча фыркнула. — Я лишь хочу предупредить тебя, Невия. Побег принца — политическое дело. Его укрывательство — преступление против Империи.

— Можете проверить мои карманы. Принца у меня нет. Да и зачем ему сбегать с Аэона? Он что, свихнулся от богатства?

— Говорят, он сбежал с собственной помолвки. Не мила ему невеста.

— Будь это так, вряд ли он сбежал бы сюда. Только идиот станет искать пристанище на Кассандре, — ответила я как можно непринужденнее, вспомнив, что принц бурчал что-то про Терассис.

— Если он самостоятельно пилотировал корабль, то мог ошибиться с вводом данных. В общем, смотри в оба, Невия. Эти имперские псы не дремлют. И если они почуют запах принца, то вывернут Кассандру наизнанку.

— Спасибо за предупреждение, капитан. Я буду осторожна. А теперь, если позволите, мне нужно вернуться к работе. «Коршун» сам себя не починит.

Грок усмехнулся, кивнул мне по-доброму и, развернувшись, зашагал к воротам, у которых его ждал старенький грохочущий вездеход. Но не успела я надеть перчатки, как ко мне подошел Райнер.

— Что ему понадобилось?

— Интересовался, может ли его корыто еще летать.

— Врешь.

— Вру, — кивнула я. — Он догадывается, кто был на корабле. Десятки, а может, сотни людей видели, как этот лайнер потерпел крушение. О пропаже принца вот-вот затрубят в новостях. Как мы скроем это? Мосье Лагранж ослеп от жадности и подставляет всех нас под удар.

— Что ты ему ответила? — напряженно поинтересовался Райнер.

— Что это были миротворцы.

— Вот и правильно. Представь, что начнется, если по Кассандре поползут слухи о том, что мы спасли принца. Ради такой добычи нас на куски покрошат. Лагранж наверняка хочет заработать, но он точно не желает Арриану Леванту смерти, как, например, бывшие политические заключенные или пираты.

— Рано или поздно люди догадаются, что никакие миротворцы сюда не прилетели. Нас сдадут.

— Значит, к тому времени этого лебедя надо починить, — Райнер указал на имперский корабль.

— Думаешь, получится? — засомневалась я.

— У тебя — да. И чем раньше ты это сделаешь, тем скорее мы избавимся от проблемы. Отправим принца восвояси и вернемся к своей привычной жизни. Поверь, я знаю, о чем говорю. Я мельком осмотрел поломки. Ты точно справишься.

Райнер произнес эти слова с такой уверенностью, будто все зависело только от скорости моих рук. Будто достаточно припаять пару проводов, подкрутить гайки, и все вернется на круги своя. Но я смотрела на обугленные обломки и понимала, что это не просто работа. Это игра с огнем, цена которой — наша свобода, а возможно, и жизнь. К тому же я не забывала предложение принца, из-за чего не переставала задаваться вопросом, а хочу ли я возвращаться к этой «привычной жизни»? К бесконечным ремонтам, латанию дыр в старых космолетах, к выживанию в постоянной нужде? Мосье Лагранж, конечно, дал мне кров и работу, но разве это повод вечно оставаться у него в долгу? Разве я не заслуживаю большего? Честное слово, мне уже осточертело проклинать судьбу. Не каждому выпадает шанс выбраться с Кассандры. На меня он буквально упал с неба. Значит, надо хвататься.

Еще раз окинув взглядом разбитый корабль, я вдруг поняла, что мне не нужно искать капитана и судно, чтобы вывезти отсюда Арриана. Я починю этот имперский лайнер...

Глава 4

День клонился к вечеру, а я все копалась в «Дряхлом Коршуне». Вымазанная маслом и сажей, методично разбирала механизмы, заменяла прокладки, подтягивала болты и колдовала над проводкой. Каждая деталь в этом старом ведре кричала от износа. Я даже не пыталась предположить, сколько еще капитан Грок сможет на нем летать. Оставалось лишь надеяться, что кораблик не разлетится на куски где-нибудь в открытом