Телохранители тройного назначения - Лили Голд

на кусок собачьего дерьма, прилипший к его ботинку. И мне не нравится, когда меня называют принцессой.

Его хмурый взгляд становится глубже, голубые глаза тлеют.

— Да, серьезно. И мы чертовски уверены, что прошли через все эти тренировки не для того, чтобы быть твоей чертовой усладой для глаз.

Мужчина, сидящий рядом с ним, закатывает глаза и тянет его за запястье.

— Сядь, — бормочет он. — Дай ей шанс. — Он поворачивается ко мне со спокойной улыбкой. — Я думаю, мы не с того начали, мисс Сэйнт. Мы из лондонской службы частной охраны «Angel Security». Мы являемся полностью квалифицированным подразделением личной охраны с большим опытом работы с такими громкими делами, как ваше. — Он протягивает мне руку для пожатия. — Я Кента Ли.

О, слава Богу. Вежливый человек. Я сажусь напротив него и принимаю его руку. Кента — восточноазиат, с сильными плечами, угловатыми чертами лица и длинными темными волосами, собранными сзади в пучок. У него есть татуировка на руке, начинающаяся от запястья, а его темные глаза холодны и дружелюбны. Когда мои пальцы смыкаются вокруг его, я могу поклясться, что между нами пробегает электрический разряд. Я отстраняюсь, как будто обожглась.

Кента моргает и прочищает горло, хлопая Кларка Кента по спине.

— Это Мэттью Картер. Вы можете называть его Мэтт. Как Вы, наверное, уже заметили, он не очень хорош в том, чтобы заводить новых друзей.

На лице Мэтта мелькает раздражение. Ни один из нас не протягивает руку для рукопожатия.

Кента наклоняет голову к мужчине слева от него.

— А это Глен Смит.

Мой взгляд скользит к Глену. Он крупнее других парней: на десяток сантиметров выше и настолько широкий, что едва помещается на диване. В его густых волосах полно прядей цвета соли с перцем, а серые глаза такие бледные, что кажутся почти серебристыми. Впечатляющий шрам проходит по одной стороне его лица, протягиваясь от виска через бровь и врезаясь в щеку. Кожа сморщилась и вздулась, как будто рана зажила плохо. Пока я наблюдаю, он слегка наклоняет голову, как будто хочет скрыть шрам от посторонних глаз.

Я тянусь через стол, чтобы пожать ему руку. Он осторожно сжимает мои пальцы, у него они настолько огромные, что мои на их фоне кажутся карликовыми.

— Приятно познакомиться, — говорю я ему, и могу поклясться, что вижу, как его лицо покрывается розовым румянцем. Что-то теплое вибрирует глубоко внутри меня. Вот этот мне нравится.

Я откидываюсь назад, во рту внезапно пересыхает.

— Извините, что заставила вас всех ждать. Я была на совещании. — Кларк Кент — Мэтт — фыркает. Я поворачиваюсь к нему. — Что-то смешное?

Он пожимает плечом.

— Мы занимаемся этим бизнесом уже долгое время, мисс Сэйнт. Мы обучены наблюдать за тем, что нас окружает. И мы не идиоты.

Я приподнимаю бровь.

— Я рада это слышать. И?

Он кивает на мои руки.

— У тебя свежий лак на ногтях. Я чувствую запах. Ты была не на совещании, ты делала маникюр.

Я делаю долгий вдох через нос.

— Я сотрудничаю с крупной косметической компанией, чтобы создать свою собственную линию лаков для ногтей. Я была на совещании по дизайну продукта. У вас есть какие-нибудь другие неидиотские наблюдения, которые вы хотели бы высказать, или мы можем начать?

Глава 4

Брайар

Мэтт откидывается назад, его глаза пустые и холодные, но больше он ничего не говорит. Я киваю.

— Ладно. Прежде всего, я бы хотела, чтобы вы все выключили свои телефоны. Я не хочу, чтобы кто-нибудь из вас записывал этот разговор.

Глен и Кента оба делают, как я говорю. Мэтт фыркает.

— Принцесса, если бы мы хотели это сделать, мы бы не использовали наши телефоны. В нашем распоряжении есть несколько более совершенное оборудование.

Я пристально смотрю на него.

— Просто выключи свой телефон, — медленно произношу я слова. — И не называй меня принцессой.

— Брайар… — начинает Джули. — Пожалуйста. Ты грубишь.

— Я не грублю, — говорю я ровно. — Это порядок действий для любого нового человека, входящего в дом.

Она закатывает глаза и поворачивается к мужчинам.

— Не обращайте на нее внимание, — бормочет она, ее голос понижается до сексуального мурлыканья. — Она капризничает последние несколько дней. — Она хлопает ресницами, глядя на Кенту. — Вы знаете, я, честно говоря, ожидала, что появится только один охранник. Знакомство с вами тремя — приятный сюрприз.

— Мы работаем в команде, мэм, — отвечает Кента, явно не тронутый ее флиртом. — Боюсь, мы все идем одним комплектом.

— О. — Она выглядит озадаченной. — Ах, тогда каковы ваши расценки?

— Это невозможно рассчитать, пока мы не узнаем, с чем мы имеем дело, какой уровень безопасности нам нужно будет обеспечить, требуется ли ночное или международное покрытие…

— Приблизительные цифры, — требует Джули. — Сколько вы берете со знаменитостей с похожими профилями?

Кента пожимает плечами.

— Недавно нашу компанию наняли для личной охраны известного певца примерно за 1,2 миллиона долларов в год.

Джули бледнеет. Если бы я не была так раздражена, я бы, наверное, рассмеялась. Очевидно, она откусила больше, чем может прожевать. Агентство не будет в восторге от того, что она наняла мне команду охраны, за которую им теперь приходится раскошеливаться семизначными суммами.

— Эм, вероятно, все трое вы ей не нужны, — начинает она. — Я уверена, что мы сможем прийти к какому-то соглашению…

Я прервала ее.

— Успокойся. Я заплачу из своего кармана.

Она хмурится.

— Но в твоем контракте написано, что агентство должно обеспечить тебе безопасность.

— Я знаю. И ты обеспечила. И она была дерьмовой. Так что с этого момента я буду платить за свою собственную безопасность сама. Таким образом, я буду знать, что никто не экономит на мне, чтобы присвоить себе немного денег.

— Но…

Мэтт тяжело вздыхает.

— Не могли бы вы, пожалуйста, просто сказать нам, какого черта мы здесь делаем? Потому что с очень большой вероятностью вам даже не нужно будет нанимать нас в первую очередь. Мы беремся только за серьезные дела. Где жизнь клиента находится под угрозой.

— В мой… — Я смотрю вниз на свои руки, впиваясь блестящими красными ногтями в ладони, и делаю глубокий вдох. — Несколько дней назад в мой дом вломились. Парень в лыжной маске перелез через мой забор, взобрался на стену дома, разбил мое окно и забрался в мою спальню, пока я спала.

По трем мужчинам пробегает рябь. Их лица остаются абсолютно безэмоциональными, но они слегка напрягаются на своих местах. Что бы они ни думали о том, зачем их сюда вызвали, это было не то.

— На Вас напали? — тихо спрашивает Кента.

Я качаю