Укрощение строптивой, или Роковая ночь, изменившая жизнь - Юлия Шилова

– Хорошо, я приготовлю вам спальню.

Вернулся запыхавшийся Толик с телефоном в руках. Он сгордостью протянул его Валентину и одарил того восхищенным взглядом. Гигантдостал из пиджака десять баксов и сунул парню.

– Возьми. Можешь купить своей подруге мороженое.

– Спасибо, – обрадовался тот.

Горилла обнял блондинку и направился к бассейну. Я соблегчением вздохнула.

– Не такой уж он и страшный, – сказал, глядя емувслед, Толик. – Самое главное, щедрый.

– Я курить хочу.

– Что?

– У тебя есть сигарета?

– Я думал, что ты не куришь.

– Я курю, только когда нервничаю.

– Сейчас ты нервничаешь?

– Разве ты не видишь?

– А почему ты нервничаешь?

Его тупость начинала меня раздражать, но я попыталась взятьсебя в руки, решив, что с Толиком не надо портить отношения. Он мне может ещепригодиться.

– Мне кажется, что я в тебя влюбилась.

– Что?

– Я в тебя влюбилась.

– Валя, по-моему, ты пьяна.

– Ты хочешь сказать, что я для тебя слишком старая?

– Какая же ты старая?

– Мне двадцать восемь.

– Не может быть.

– Может.

Мы отошли в сторону и закурили.

– Валя, мне все равно, сколько тебе лет, –взволнованно сказал Толик. – Обещай мне, что, когда мы поженимся, ты небудешь курить.

– Ты делаешь мне предложение?

– Пока нет. Мне нужно скопить немного денег. Вот чутьскоплю и сделаю. Понимаешь, я хочу купить квартиру, любую, пусть дажеоднокомнатную малогабаритку. Я не хочу, чтобы мы жили с моими родителями. Я ужевзрослый и хочу жить самостоятельно.

Я докурила сигарету и почувствовала, что немногоуспокоилась. Затем внимательно посмотрела на Толика. Милый, славный, глупыйдурачок, вот ты кто. Тебе еще в войнушки играть… Женилка не выросла, чтобыжениться.

– Хорошо, копи деньги. Потом будет видно.

– Валя, ты обиделась?

– Да ну брось, что мне на тебя обижаться? Копи деньги.

– Валя, а ты живешь с родителями?

– Нет, я не москвичка. Вернее, москвичка, но некоренная. Я уже себе на все накопила.

– У тебя есть квартира?

– Да, на Садовом. Квартира, дача, тачка. Мне хватает.

– Тогда что ты здесь делаешь?

– Зарабатываю на хлеб насущный. Не могу же я сидеть всвоей хате и питаться воздухом. А в редакции, к сожалению, не хватает даже нахлеб.

– Да, я тебя понимаю. Валя, а я и вправду тебенравлюсь?

– Нравишься.

– Знаешь, у меня теперь есть стимул зарабатыватьденьги. Я так тобой восхищен! Ты такая самостоятельная… Я когда-нибудь тожетаким буду. Ты в меня веришь?

– Верю.

– Если понадобится, я за тебя жизнь отдам.

Эта фраза мне приглянулась больше всего.

– Придет время, отдашь. Обещай, что, если случитсякакая-нибудь заварушка, ты за меня будешь биться до последней капли крови.

– Конечно, буду. А какая может быть заварушка? –Он удивленно посмотрел на меня.

– Расслабься и ни о чем не думай, это я так, к слову.Просто я хочу видеть в твоем лице союзника. Мне необходимы такие люди, как ты.Ладно, давай зарабатывай деньги, а мне пора.

Я развернулась и пошла в дом. Толик растерянно смотрел мневслед, открыв от удивления рот, пытаясь переварить наш разговор. Добравшись докухни, я услышала родной голос поварихи:

– Валя, ну где тебя носит? Прямо и выпить не с кем!

– Наливай.

– Тогда по две.

– Валяй.

Посидев с поварихой и поговорив о всяких мелочах, я вновьпошла наверх. Заглянула в свою комнату и проверила гранаты. Лежат на месте.Затем стала бродить по другим комнатам. Мое эмоциональное напряжение былонастолько велико, что опьянение моментально прошло и голова вновь сталасветлой.

Обойдя несколько комнат и не найдя ничего похожего на сейф,я немного приуныла. Но через мгновение я заставила себя встряхнуться: главное,не отчаиваться. Если опустятся руки, тогда уже просто не будет сил что-либоискать. Я зашла в солярий. Весь кафель лежит ровно, без всяких выпуклостей. Навсякий случай я решила его простучать. Это заняло уйму времени, но результатане принесло. Неожиданно моя выдержка изменила мне, я упала на пол и громкозаревела. Это абсурд! Я ничего не найду! Грач специально заслал меня сюда,чтобы я не помешала ему расправиться со Златкой. Он посадит ее на иглу, и тогдая ничего уже не смогу сделать. Что же ему надо от нее? От нее – явно ничего. Ончто-то хочет получить от ее родителей, вне всяких сомнений. Скорее всего, вэтом доме вообще нет никакого скрытого сейфа, а даже если и есть, то здесь надопрожить несколько лет, чтобы найти его.

Мое тело сотрясалось от рыданий, руки дрожали от нервногонапряжения. Нужно бежать отсюда, бежать как можно скорее и искать Златку, покаеще не поздно… И даже если уже поздно, все равно искать! Только где?!

Чтобы хоть как-то успокоиться, я скинула с себя одежду,включила лампу и легла. Солярий всегда действовал на меня положительно, может,и сейчас подействует. Я взяла со стоящей рядом тумбочки темные очки и наделаих. Вдруг совсем близко послышался чей-то голос. Я вскочила как ошпаренная ивыключила лампу. Передо мной стоял пахан и, выпучив глаза, рассматривал моеголое тело. Я скинула очки, взяла со стула платье и прикрылась им.

– Извините, ради бога. Я понимаю, что персоналу нельзязагорать. Еще раз простите. Этого больше никогда не повторится. Вы меняуволите?

Пахан наконец оторвал свои жадные, масленые глаза от моеготела и попытался совладать с собой.

– Прости, Валя, я не знал, что ты здесь загораешь.Ничего страшного. Мне этой дурацкой лампы не жалко. Ты девушка молодая, тебенадо хорошо выглядеть. Просто в следующий раз, когда захочешь позагорать,предупреди меня.

– Простите.

– Не извиняйся, все в порядке. Валя, а ты давно в доме?

– Да, уже больше часа, наверное.