Драконов много не бывает - Ева Ночь

И вдруг всё преображается. Я никогда не испытывал подобное. Не ждал. Они слетаются словно из ниоткуда. Драконовы. Бабуля Ася, Илья, его Варежка. Дядя Ваня и рыжая Сашка. Меньший Ванька и незнакомая девочка рядом с трагически накрашенными глазами, чёрными губами и ногтями. Димка и Ника – все, кого я не ждал, а они – вот здесь. Не все, конечно, но их становится так много, что я теряюсь.

– Драконовы своих не бросают! – кричит Илюха. – Раз на свадьбу к нам не попадаешь, значит мы припёрлись на твои проводы!

Крик, шум, гам, суматоха. Улыбки, визги, веселье. Я вдруг понимаю: они лучшее, что случилось со мной за всю жизнь, если не считать Осы. Потому что только она затмевает их всех. Я невольно ищу её в толпе, выхватываю глазами девичьи фигурки, немного завидую тем парням, кого провожают невесты. Я бы уезжал со спокойным сердцем, если бы мог сейчас хоть на миг прижать её к груди.

И вдруг… Я глазам не поверил.

– Алла! – кричу, вырываясь из драконовского окружения. – Алла!

– Какая Алла? – испуганно лепечет мать. Сторожевым псом вскидывается Пашка и крутит длинной шеей, пытаясь увидеть то, что вижу и я.

– По вагонам! – командует старший лейтенант. Суматоха усиливается. Голоса и крики – удваиваются. Я всё же вырываюсь и бегу. Бегу так, что ветер в ушах свистит.

– Аркадий!

– Драконов!

– По вагонам!

– Алла! – кричу я, срывая голос. – Аллочка!

Но её уже нет. А может, и не было вовсе. Показалось. Так захотелось моему мозгу, что искал её повсюду и, наверное, кого-то другого принял за Осу. Я пытаюсь себя уговорить. Пытаюсь прийти в себя. Но сердце упрямо твердит, что я не мог ошибиться. Что оно чувствует её, тянется к единственной девушке, что смогла завладеть главным драконовским сокровищем – моей душой.

– Я найду тебя, слышишь? – кричу я во вселенскую пустоту, окружённую толпой. – Я вернусь к тебе, запомни! И ты расскажешь, почему оттолкнула меня!

Я чувствую, как Илья обнимает меня за плечи.

– Тише, тише, побежали назад.

И мы бежим. Я не могу опоздать. Потому что я солдат. Потому что иду в армию, буду Родину защищать. И, как ни странно, для меня это не пустые слова. На какой-то миг я понимаю, что готов увидеть лицо папы Драконова, который всё это устроил. Я бы посмотрел ему в глаза спокойно. И, может быть, спасибо сказал. Поклон отвесил. А ещё бы добавил: я не сдаюсь. Армия – всего лишь отсрочка, и планы мои на жизнь не изменились. Через год я вернусь, чтобы продолжить с того места, где остановилась моя гражданская жизнь. Но отец, конечно же, не явился. Это ниже его достоинства и выше потолка его косности. А жаль. Очень жаль, что некоторым не судьба меняться.

Алла

Я спряталась за колонной. Не ожидала, что он меня заметит. Но мой Дракон, наверное, почувствовал. Слёзы лились сплошным потоком и не желали иссякать. Я не смогла даже проводить его взглядом. Стояла, боясь пошевелиться. Я слышала его слова.

– Если бы ты знал, как я хочу, чтобы ты меня нашёл, – шепчу в морозный воздух. Мне холодно. Ледяной ветер забирается за воротник. Ноги оледенели в сапожках. – Надеюсь, к тому времени, как ты вернёшься, не забудешь меня. И сможешь простить.

Я возвращаюсь к Лике – разбитая и почти больная. Ловлю её взгляд. Наверное, впервые. У меня зарёванное лицо, умывания не помогли. Но она по-прежнему молчит. А я не тот человек, что будет жаловаться и рассказывать о своих печалях.

Пью чай на кухне. Горячий, почти обжигающий. Пытаюсь отогреться, но мне холодно внутри и пусто. Хочется плюнуть и позвонить Аркадию. Услышать его голос. Но я держусь. Вздыхаю. Слёз больше нет – иссякли.

– Бастинда, гулять! – произношу я магические слова и снова начинаю одеваться. Не могу сидеть в тишине. Надо голову проветрить. Прогулка с собакой – неплохое лекарство.

– Мы скоро вернёмся, – отчитываюсь перед Ликиной спиной. Чуть вздрагивают плечи. В последнее время она так реагирует на меня. И есть стала охотнее. Да и вообще, наверное, какой-нибудь маленький толчок – и всё наладится. Живёт во мне то ли надежда, то ли предчувствие.

Мы спускаемся вниз по лестнице. Басти впереди, а я за ней. Хорошая зарядка. Правда, здесь всего три этажа. Кажется, мне нравится этот дом. Он чем-то похож на Лику – немного старомодный и хранящий секреты, я уверена.

* * *

Его нашла Бастинда. За мусорными контейнерами. Повизгивая, привлекла моё внимание. И я поплелась посмотреть, что же так взволновало лохматую девочку. Котёнок. Грязно-пегий комочек. Он даже не плакал – сидел понуро рядом с мусорками. Ветер ерошил грязную шерсть. Наверное, он умирал от голода. А ещё – от страха: огромная по сравнению с ним Бастинда переминалась с лапы на лапу, касалась его мордочки башкой и пыталась лизнуть. Наверное, это материнские чувства взыграли – другой ответ на ум не пришёл.

– Бедный… – я взяла котёнка на руки да так и не посмела отпустить. Приволокла в чужую квартиру, к чужой женщине, не зная, как она отреагирует. Впрочем, Лика почти ни на что не реагировала. Может, как раз внешний чужой раздражитель повлияет. Я искупала котёнка. На свой страх и риск. Замотала его в махровое полотенце. Своё. А затем высушила феном. Он не боялся. Наверное, от слабости и обречённости.

Худой – все косточки и позвоночки прощупывались. Его спасала только шерсть – пушистая и длинная. После купания оказалось, что котёнок – нежно-персикового цвета. С белыми пятнышками на лапках и пузе.

– Персик, – это было имя, пришедшее с первого взгляда. Оно ему неимоверно шло.

Он жадно ел, захлёбываясь молоком. Трясся всем телом. А я глотала слёзы от жалости. Бастинда повизгивала рядом. Когда Персик наелся, она оплела его лапами, согревая. Две умильные мордочки.

В этот момент я и услышала, как надрывается мой телефон.

– Что у тебя случилось? – спросил Костя, как только я ответила. – Я звоню тебе почти час, а ты не отвечаешь.

– Прости, пожалуйста. Я оставила телефон дома, а мы с Басти гуляли. Ты не мог бы помочь? Я тут…

– Она позвонила мне. Сказала, что ты плакала.

– Мне срочно нужен лоток для кота и наполнитель. А ещё… Что ты сказал? – я на автомате излагала просьбу – на ум пришло, что у котёнка нет горшка, а он скоро понадобится, когда до меня дошло, что сказал Костя.

– Лика позвонила мне. Я еду.

– Как позвонила? Костя, нам лоток нужен.

– Алла Жалейкина – ты удивительная девушка, правда, – бархатный смех врывается в сознание приятными волнами. – Я услышал тебя с первого раза. Ты подобрала кота на улице. Вам нужен лоток, наполнитель, кошачий корм и прочие кошачьи радости. Не знаю, из-за чего ты плакала, но Лика тебя услышала. Это шаг вперёд. И ты сделала его за какую-то несчастную неделю. Ну, чуть больше, но суть одна: тебе удалось. Я еду.

– Лика, – захожу я в комнату. – У меня всё в порядке. Но… спасибо вам. За беспокойство.