Доверься мне - Кристина Лин

его рядом нет. И, быть может, правильно было бы поговорить с ним и выслушать его версию. Только я уверена, что он слишком опытный мужчина, чтобы суметь выкрутиться. Конечно, он придумает, как заставить меня поверить ему. А жить и дальше в этом вранье я не хочу.

Сначала я злилась на него, потом обижалась. Но на что обижаться? И на кого? Если бы я не хотела быть обманутой, то вряд ли бы он смог меня обмануть. И в том, что мое тело предательски сдавалось всякий раз в ответ на его близость, он тоже не виноват. Или виноват? Я окончательно запуталась. Уверенности нет ни в чем. Кроме одного — доверять никому нельзя, даже мужу. Особенно ему.

Спускаюсь по лестнице и иду на кухню. Знаю, что нужно поесть, но аппетита в последнее время нет совсем. Со мной так всегда, когда я нервничаю, есть не хочется. А нервничаю в последнее время я много. Поэтому включаю кофемашину и жду, пока ароматная жидкость наберется в кружку. В задумчивости наблюдаю, как тонкой струйкой кофе стекает в емкость, и не сразу замечаю мужчину, вошедшего в комнату. Поэтому вздрагиваю от прикосновений его рук к моей талии.

Он прижимается ко мне сзади, тепло его рук такое привычное, а покалывания его щетины на моей щеке такие волнительные. Хочется раствориться в его руках, чтобы больше ни о чем не думать, вернуться в то время, когда я могла полностью ему доверять. Но я больше не могу себе позволить такой слабости. Поэтому беру себя в руки и мягко отстраняюсь, высвобождаясь из кокона крепких рук. Он не сопротивляется, не сдерживает меня, а я разочарованно смотрю на то, как его руки соскальзывают с моей талии, и чувствую холод, когда надежное мускулистое тело перестает прижиматься ко мне.

— Я могу отвезти тебя в офис сегодня, — говорит он тихо, и будто извиняясь. В последнее время меня не покидает ощущение, что он хочет извиниться. За что? За то, что он неисправимый лгун? Говорю себе это постоянно, чтобы не дать реакциям тела заглушить разум.

— Не беспокойся обо мне, Стас отвезет меня. — Он следит за мной, как кот за мышью, но вопросов не задает. Оно к лучшему, ведь ничего хорошего в ответ на свои вопросы он не услышит.

— Я всегда о тебе беспокоюсь, — шепчет, и внутренний голос твердит: «вранье!».

— Почему вдруг? — меня распирает от того, что он снова пытается обмануть меня, заговорить, чтобы я забыла обо всем на свете.

— Я люблю тебя. — И мне захотелось треснуть его Оскаром по голове. Не верю!

Диалог этот бесполезен, и я молча допиваю кофе и собираюсь на работу. Стас отвозит меня, и очень быстро я забываю обо всем, когда шквал посетителей и ворох бумаг на моем рабочем столе заставляют меня погрузиться в мир отчетов, графиков и цифр.

Вечером мне не хочется ехать в особняк. Ненавижу вранье, а у моего мужа черный пояс по обольщению молоденьких девушек. И, если он снова начнет мне врать о своих чувствах, я просто не выдержу. Поэтому прошу Стаса отвезти меня в торговый центр.

Медленно брожу по магазину, делая вид, что рассматриваю витрины, а на самом деле, бесконечно прокручиваю в голове события последних дней, стараюсь найти своему мужчине оправдание. Но выходит, что это невозможно. Он намеренно все устроил тогда. Заставил поверить в угрожающую нам опасность. И сейчас я почти уверена, что тот случай на приеме, когда мы сбегали из дома его знакомого и прятались в его квартире, тоже был подстроен. Вот такие изощренные методы соблазнения у него в арсенале. Ни в одном женском журнале и ни в одном романе о таких не пишут. А зря!

Углубившись в свои мысли, не сразу замечаю мужчину, который стоит за моей спиной. И только встретившись с ним взглядом в отражении витрины, поворачиваюсь. Высокий и немного полноватый мужчина в черном, как у моего мужа, деловом костюме. Он смотрит на меня сверху вниз, и от его взгляда озноб бежит по коже.

— Здравствуй, Алиса, — говорит он хриплым голосом, и по позвоночнику прошел холодок. Хоть он и старался выглядеть дружелюбно, весь его облик и давящая энергетика говорили совсем не о дружеском настрое.

— Мы знакомы? — я знаю, что нельзя показывать свой страх. Отчего-то в момент опасности, я всегда вспоминаю мужа. И вот сейчас в моей голове пронеслись его слова: «Что бы не случилось, не показывай врагу свой страх».

— Пока нет. — Говорит, ухмыляясь. Наверное, он считает, что это улыбка. Только у меня от этой улыбки по спине струится холодный пот. — Давай, пройдем в кафе, здесь недалеко. Есть разговор.

— Мне не о чем с вами говорить. — И его улыбка стала еще более хищной.

— Конечно, есть о чем. — Самодовольно хмыкнул. — Я могу тебе помочь.

— Почему вы решили, что мне нужна помощь?

— Я могу помочь тебе избавиться от ненавистного мужа. — От его слов в животе все сжимается, а в горле застрял ком. Вот теперь мне стало по-настоящему страшно. — Ты ведь хочешь этого?

Я молчу, а он продолжает:

— Подумай хорошенько. — Сейчас он шепчет, словно змей-искуситель. А мне хочется бежать, но ноги приросли к полу. — Ты получишь все, станешь очень богатой. И все, что для этого надо, это избавить мир от одного человека. Поверь мне, все будут только рады вздохнуть свободнее, когда его не станет.

Я лихорадочно соображаю, не зная, как поступить. Кто мог знать о том, что Николай забрал меня силой из отчего дома? Это ведь явно кто-то из своих? Но в доме полно прислуги. Да и потом, этот кто-то необязательно из дома моего отца. В последнее время наши отношения стали натянутыми, и прислуга в особняке, наверняка, в курсе событий. То, что стоящий напротив меня мужчина, в курсе нашей размолвки, почему-то у меня сомнений не вызывало. Уж слишком удачно он выбрал момент для такого разговора.

— Вот, возьми, — сказал он, протягивая мне свою визитку. — Позвони, когда надумаешь что-то сделать для себя. Поверь мне, детка, этот человек не заслуживает твоей заботы.

Он вложил мне в руку визитку и быстрыми шагами ушел прочь. Я смотрела ему вслед, потом на визитку. Положила кусочек картона в карман и пошла к выходу из торгового центра. Нужно было все обдумать. И хорошо, если мужа сегодня долго не будет, мне нужно время.

Глава 30. Николай

Алиса становилась все более отстраненной, и я не знаю, что делать. Она упрямо молчит,